Брест на глаз производит впечатление самого зажиточного города Белоруссии после Минска. Во всяком случае по количеству новостроек он уверенно обходит и Гродно, и другие областные центры. Думаю, во многом это обусловлено близостью польской границы и связанными с ней бизнесами. Более того, в нынешнюю суровую эпоху санкций и полуопущенного железного занавеса Брест даже выиграл, т.к. оказался фактически единственным «окном в Польшу». Именно здесь продолжают действовать два последних работающих погранперехода на польской границе. Весь железнодорожный транзит в Польшу также идет через Брест.
Польша здесь совсем рядом и буквально видна из окон верхних этажей местных новостроек. Но при этом какого-то польского культурного влияния в городе не ощущается вообще, в отличие от того же Гродно, где дыхание польской цивилизации сквозит во множестве деталей — в архитектуре, шпилях костелов, польских мессах.
И это не случайно. Ведь Гродно был фактически частью литовской «метрополии», до Вильно оттуда рукой подать. Соответственно, и влияние польской культуры (в ее «литвинском» изводе) оказывалось весьма глубоким. А Брест — это Полесье, исторически это вообще часть Владимиро-Волынского княжества, которое в лучшие времена доходило до Слонима и Новогрудка. Поэтому и «врос» в Литву этот регион в гораздо меньшей степени, даже несмотря на то, что при Российской империи город официально назывался Брест-Литовском.
Конечно, свою роль сыграло и то, что старый Брест был снесен при строительстве крепости и заново отстраивался уже фактически как русский имперский город. Этот дух чувствуется до сих пор, а советский период его даже скорее усилил, добавив свои акценты и нюансы. В общем, два западнобелорусских областных центра, Гродно и Брест, отличаются очень сильно, как по внешнему облику, так и по атмосфере.
Ну что ж, а теперь полюбуемся панорамами Бреста с 16 этажа одной из местных новостроек:
Из окон также была видна станция Брест-Полесский. Это южное направление. На следующей за Брестом-Полесским станции Брест-Южный железная дорога раздваивается. Одна линия ведет к тупиковой станции Влодава на самой юго-западной оконечности Брестской области. Это обрубок бывшей Брестско-Холмской железной дороги. Линия продолжается на территории Польши (что характерно, пограничная станция там — тоже Влодава) и ведет к городу Хелм, но вот пограничный мост через Западный Буг давно разрушен и не действует. Вторая линия в сторону Малориты и Хотислава и далее на украинский Ковель, но сегодня там тоже тупик. В общем, наглядная иллюстрация того, как старая имперская транспортная сеть рвется новыми границами и геополитическими пертурбациями, которые следуют за крахом империи:
А это вид на Брест-Полесский с путепровода Московской улицы. Сегодня из пассажирского движения здесь несколько пар дизель-поездов на Хотислав и Влодаву, какое-то эпизодическое грузовое движение, видимо, тоже имеется. Но в целом это типичная малодеятельная железнодорожная глухомань:
Одна из главных туристических фишек современного Бреста — фонарщик, который каждый вечер зажигает настоящие газовые фонари. Происходит это на улице Советской, местном «арбате» и главной тусовочной улице:
Еще одна очень понравившаяся мне деталь — вот такие таблички с историческими названиями улиц, причем названия указаны на языке того государства, в состав которого тогда входил город. Названия времен Российской империи — на русском языке в старой орфографии, названия времен второй Речи Посполитой — на польском, ну и советские названия — на современном русском. Заодно очень хорошо видно, как в уличной топонимике отражалась государственная идеология:
Ну, и куда же без Брестской крепости. Я не силен в военной истории, и есть много людей, которые расскажут о происходившем здесь гораздо лучше меня. Но это однозначно наше место силы, форпост на западных рубежах, а энергетика, трагическая и мощная, ощущается до сих пор:
Гарнизонный собор св. Николая Чудотворца. Был построен в византийском стиле, освящен в 1877 г. Ранее на его месте располагался костел монастыря августинцев. При поляках оставался гарнизонным храмом, но уже католическим, и был соответствующим образом перестроен. Сильно пострадал во время обороны Брестской крепости. Восстановлен в постсоветский период в первоначальном виде. Когда я впервые попал в Брестскую крепость в 2000 г., собор находился в процессе реставрации, и меня тогда поразил контраст между ярко блестевшим на солнце золотым куполом и ободранными кирпичными стенами:
Интерьер храма. Внутренние стены оставлены без отделки, напоминая о войне:
Вид на Западный Буг у Брестской крепости. Здесь река течет не строго по белорусско-польской границе. На противоположном берегу — бывшее Тереспольское укрепление, оно на белорусской территории, но фактически это буферная пограничная зона, за которой уже «настоящая» Польша:
Слияние Буга и Мухавца. Хорошо видна граница вод двух рек. Вода в Мухавце более темная и буроватая, в Буге — более светлая и мутная:
Тереспольские ворота и казармы:
Напоминание о польском периоде — трилинка. Шестиугольная плитка, придуманная и запатентованная инженером Владиславом Трилинским, которой любили мостить улицы в Бресте и других городах Полесского воеводства:
Завершим вот этой скульптурной композицией на вокзале Бреста. До Варшавы отсюда ближе, чем до Минска, а до Парижа ненамного дальше, чем до Санкт-Петербурга. Однако географические и культурные дистанции очень часто не совпадают, и это тот самый случай: