- Эдик, слушай, мы всё правильно делаем? Может, пока не поздно, домой вернёмся,– голос Петьки звучал жалобно и испуганно.
Друзья находились на оживленном вокзале, и суетливый Петька уже успел сбегать к ближайшему ларьку, торговавшему горячими пирожками. Сейчас он, давясь этим местным «деликатесом», решил разговорить своего молчаливого друга и услышать от него слова поддержки. Мол, не переживай, друг Петр, всё будет хорошо!
Но Эдик лишь коротко бросил на него озлобленный взгляд и прошипел:
- Я тебя с собой не звал! Если боишься, возвращайся домой, а мне не мешай.
Выпалив эту не совсем деликатную фразу, Эдуард отвернулся от товарища, давая понять, что разговор окончен.
- Да я то что… Мне всё равно, - принялся оправдываться Петька, - я за Катьку эту переживаю. Зачем мы её с собой взяли? Она же девчонка, а путь нам предстоит неблизкий и опасный, наверное….
- Катя, в отличии от тебя, ни на что не жалуется, - парировал Эдик.- Ты же постоянно ноешь.
- Ничего не ною, - засопел Петька, и тут же законючил. - Тебе хорошо. Твой отец по командировкам вечно, а мать тебя жалеет, всё прощает. Меня же мой убьёт, выпорет и убьёт, а может наоборот, а мать ему ещё поможет, да потом и от себя всыпет. Я из дома ещё ни разу не убегал…
- Езжай домой, - очередной раз повторил Эдик.- Мы с Катей сами до этой деревеньки доберёмся. Катя- смелая девочка, мне с ней будет легко… Помнишь, после драки – она помогла мне.
- Я тоже помог.
- Чем? Собирался ментов вызвать и не вызывал? Спасибо большое! А я, между прочим, за тебя заступался.
- Я не просил, - обиделся Петька.
- Вот и я тебя с собой не звал. Очень мне нужно твоё нытьё слушать.
Друзья замолчали, при этом Петька обиженно сопел и всем своим видом показывал, что очень оскорблён.
- Ты думаешь, я не знаю, почему ты за мной увязался? – нарушил молчание Эдик.
- Ну… чтобы помочь, - пробормотал Петька.
- Нет, мой дорогой друг, не по этой причине. Ты Славика испугался. Он бы тебя и завтра нашёл. Нашёл и наказал. Вот этого ты боялся.
- Да иди ты…
Похоже, что в этот раз Петька обиделся серьёзно.
Эдик тяжело вздохнул и подумал, что действительно перегнул палку. В конце-то концов Петька - его старый друг. Да не очень смелый, но друг. И дружили они с самого детства. Надо бы извиниться.
Но попросить прощения Эдик не успел.
- Здравствуйте дорогие мои! – грубоватый, прокуренный женский голос заставил друзей вздрогнуть и обернуться.
Прямо перед ними стояла цыганка. Взгляд её, тяжелый и проницательный, казалось проникал в самую душу, и парни, не сговариваясь, чуть отступили назад. А цыганка, словно не заметив их испуга, продолжила:
- Позолоти ручку, яхонтовый мой, всю правду тебе расскажу. Судьбу твою раскрою. Врагов назову.
И прежде чем они успели что-то ответить, цыганка схватила Петьку за его пухлую руку и развернула ладонью вверх:
- О, вижу! Вижу, золотой мой! Студент ты! Учишься хорошо, друзьям помогаешь! Да не все к тебе относятся хорошо. Обижают, порой.
- Всё правильно говорите, - пробормотал изумлённый Эдик,- а что дальше его ждёт? Можете посмотреть?
- Отчего же не посмотреть, - радостно согласилась цыганка, - сейчас всё расскажу.
В это время к парням и беседующей с ними цыганке подошла Катя. Девушка держала в руках свёрнутую в кулёк газету, доверху наполненную спелой черешней. Катя радостно улыбалась, видимо, планируя рассказать друзьям, где раздобыла эту красоту, но Эдик быстро приложил палец к губам, одновременно с этим показывая глазами на цыганку. Катя замерла, внимательно рассматривая представшую перед ней картину и закивала головой Эдику. Мол, не переживай, всё поняла.
А цыганка тем временем внимательно изучала ладонь улыбающегося Петьки, и лицо её становилось всё серьёзнее и серьёзнее…
В конце концов она испуганно отшатнулась от паренька и замерла, глядя ему в глаза.
- Ну что там? – чуть насмешливо проговорил Эдик. - Что ждёт нашего друга? Неужели что-то страшное? Женится и детишек нарожает, а там «дом, семья, работа, дом»? Ужас какой!
Петька прыснул в кулак, а цыганка не обращая на них внимания, схватила за руку Эдика и принялась водить своим смуглым пальцем с длинным ногтём по его ладони.
- Эй, эй, полегче, - возмутился было Эдик, но цыганка шикнула на него, опалив на мгновение взглядом чёрных глаз, и продолжила изучать ладонь.
- Что вы задумали, ребята? – проговорила она наконец, грубо отбросив в сторону ладонь Эдика.
- В смысле? – удивился Эдуард.
- На смерть вы идёте, - прошипела цыганка, - на страшную смерть. Вернитесь, пока не поздно… Одумайтесь…
Сказано это было так страшно и пронзительно, что Петька и Эдик испугано вздрогнули, а Катя, стоявшая за спиной у цыганки, не выдержала и вскрикнула. Тяжелые бордовые ягоды черешни выпали из её пакета и упали на холодный асфальт.
Цыганка обернулась, обвела девушку взглядом и проговорила:
- Красавица, с ними не езжай! Погубят они тебя… Сами сгинут и тебя до погибели доведут… Езжай домой к маме. Она себе места не находит… Ищет свою кровинушку… Беги, красавица… Беги…
На некоторое время над площадью нависла гнетущая тишина, а затем громкий неживой голос вокзального громкоговорителя произнёс:
- На первый путь, первая платформа прибывает скорый поезд сообщением…. Нумерация вагонов начинается с головы поезда…
- Это наш! – проговорил Эдик. Он схватил сумку и, не обращая внимания на цыганку, продолжавшую сыпать страшными угрозами, рванул к приближающейся махине поезда стальной змеёй, извивающейся у подъезда к вокзалу.
Петька и Катя поспешили за ним…