Предыдущая главаhttps://dzen.ru/a/ZxvT0Ul7jV-tYBbP
Демьян
С отвращением отодвинув ногой коробку с каким-то хламом, риелтор проходит в следующую комнату. Когда-то этот свинарник служил нам кухней. Кажется, будто с тех пор прошла целая жизнь…
- Батарей нет, стены покрыты плесенью, окно разбито, — перечисляет она, оглядываясь. - Боюсь, единственный шанс продать эту квартиру - это сделать рекламу на вашем имени, возможно кто-то из поклонников захочет выбросить кучу денег, вложиться в ремонт и поселиться здесь.
- Ну, нет. Постарайтесь не афишировать, кому принадлежит квартира, не используйте мою фамилией. О владельце расскажете только человеку, который будет реально заинтересован в покупке. Цена меня не волнует, сделайте хорошую скидку. Я просто хочу избавиться от этого бремени.
Я делаю несколько шагов. Под подошвой хрустит стекло — осколки разбитой люстры. Мне даже трудно представить, что здесь происходило после смерти мамы. Полиция говорила, что какое-то время в квартире жил отчим... Полагаю, на момент его выселения, он полностью потерял рассудок. Замечаю кресло, в котором я часто спал. Оно в нескольких местах прожжено сигаретами. Я касаюсь пальцами обгоревшей ткани, и воспоминания, словно едкий дым проникают в мое сознание. Крики, слезы, страх, чувство одиночества и безысходности. Ненавижу эти стены, здесь я снова чувствую себя маленьким мальчиком, который хочет спрятаться за креслом, пока взрослые угрожают друг другу расправой.
- Тогда надо нанять рабочих, пусть наведут здесь порядок, — продолжает риелтор. - Зачистим все до голых стен, и выставим как готовый к ремонту объект недвижимости.
-Хорошо. Вам виднее, - сразу соглашаюсь я.
- Может быть, хотите забрать что-то из дорогих вам вещей?
Я смеюсь. О каких "дорогих" вещах может идти речь, если мои родственники в свое время даже батареи продали?
- Пусть рабочие сожгут все, что найдут. Проследите за этим.
- Как скажете, - кивает женщина.
Мы не хотим задерживаться в этой квартире, поэтому при первой же возможности выходим в подъезд. Я сразу же надеваю солнцезащитные очки и бейсболку. Хочу как можно дольше оставаться инкогнито.
- Еще один момент... Я отложила это напоследок..., - риелтор достает из сумочки еще упакованный новенький блокнот. - Вы бы не могли оставить автограф для моей дочери. Не волнуйтесь, я подарю ей этот блокнот на день рождения, а это еще только через три недели. К тому времени весь город и так будет знать о вашем приезде.
Она снимает обертку с блокнота и, сжимая его в руках, смотрит на меня чуть ли не с мольбой. Я вроде как и привык к подобному, но все не перестаю удивляться, почему люди готовы стоять в очереди или вот так едва не кланяться ради какого-то там автографа. Как будто я из другого мяса сделан.
- Конечно, - я достаю ручку. - Как зовут вашу дочь?
- Карина.
Я пишу пару стандартных предложений, обращаясь к Карине, но даже такая мелочь приводит женщину в восторг. Черт, какое разочарование, а ведь она сначала показалась мне достаточно адекватной и деловой женщиной.
- Дайте знать, если еще что-то понадобится, - я с улыбкой отдаю ей блокнот.
- Договорились, и еще раз спасибо вам, - говорит она и выходит из дома первой.
Я жду еще несколько минут и тоже выхожу на улицу. Оглядываюсь по сторонам, уже по привычке удостоверяясь, что меня не подстерегают журналисты. Чисто.
Захожу в магазин неподалеку. Приятно знать, что бизнес Михаила не загнулся. Теперь это не задрипанная лавочка, а полноценный супермаркет. Замечаю владельца возле одной из полок, но не приближаюсь к нему. Лишь отмечаю, что за эти годы он потерял последние волосы, но зато поднабрал несколько килограммов. Подхожу к кофейному автомату и покупаю американо. Вообще-то, ненавижу кофе, но я не спал почти сутки, поэтому надо хотя бы немного взбодриться.
Уже в машине позволяю себе снять очки. Делаю пару глотков кофе.
- Гадкий, как и все в этом городе, - бормочу себе под нос и достаю телефон.
Ну, конечно, пропущенный от Ани. Я бы удивился, если бы она не позвонила. Нажимаю кнопку вызова и жду, пока в трубке зазвучит ее вечно недовольный голос.
- Вообще-то, мы должны были ехать вместе! На нашем автобусе! - рычит она вместо того, чтобы поздороваться. - Зачем ты поперся туда так рано? Не мог подождать пару дней?
- И тебе здравствуй.
- Это безответственно, Демьян. Мы с тобой должны держаться вместе, ты же знаешь.
- Нет, я не знал, что помолвка — это обязательство становиться сиамскими близнецами. Неужели не достаточно того, что мы стабильно держимся за ручку перед камерами?
- Недостаточно. Ты читал новый контракт? В моем, например, прописано, что я не имею права снимать обручальное кольцо даже во время съемок.
Делаю еще один глоток кофе.
- Тогда ты должна поблагодарить меня за то, что я выбрал для тебя самое красивое кольцо. Там бриллиант с горошину, таким колечком не грех похвастаться.
- Спасибо, - даже не глядя на нее, я знаю, что сейчас она закатывает глаза. - Просто я хочу сказать ... Будь осторожен. Не наделай глупостей, по крайней мере до тех пор, пока я не приеду.
- Да хорошо-хорошо. Я буду образцово-показательным женихом, а ты не будь такой занозой в заднице, — выдыхаю я. - Мне этого и на площадке хватает.
- Козел.
- Обожаю тебя, любовь всей моей жизни.
Она бросает трубку.
Сто процентов уже пожаловалась руководству. Да мне это, честно говоря, безразлично. Пусть, когда приедут отругают меня за непослушание. Я потерплю. А пока у меня есть более важные дела. Надя.
Я знаю, где она живет, ведь это я купил ей дом. Не своими руками, конечно ... Это произошло уже после рождения ребенка. Некоторое время я поддерживал связь с Ильей, чтобы убедиться, что он делает все по моим инструкциям. Он должен был завоевать мое доверие, и лишь после этого я обещал оставить его в покое. Однажды он позвонил мне и сообщил, что жить с родителями стало невыносимо. Надя очень хочет иметь отдельное жилье, потому что хочет почувствовать себя независимой. Я ее понимал. Молодая семья должна жить отдельно, а не ютиться в маленькой комнатке старого родительского дома.
Илья попросил денег в долг. Сумма была названа относительно небольшая, так как недвижимость в нашей глуши всегда была копеечной. Я не смог отказать, а Илья так и не смог отдать долг. Честно говоря, я несильно на это и рассчитывал. Меня грела мысль, что я сделал для Нади все, что мог. У нее есть семья, есть крыша над головой. Она защищена и никогда не повторит судьбу моей мамы.
На какое-то время мне этого вполне хватало. Но теперь... Теперь я не могу избавиться от стойкого ощущения, что снова нужен ей. Да, прошло много лет. Она замужняя, счастливая женщина, а я вдруг решил свалиться как снег на голову.
Ладно, обещаю не вмешиваться. Просто хочу убедиться, что все в порядке. Просто посмотрю, как она. Просто увижу ее глаза. Возможно, после этого меня наконец меня отпустит чувство вины и тревоги. Желательно…
Останавливаюсь через дорогу от дома. Не спешу выходить из машины, сначала рассматриваю двор. Сквозь штакетник видна неплохая машина возле гаража, ухоженный сад, надувной бассейн и детские игрушки. Возможно, кроме сына она успела завести еще одного малыша. Наверное, надо радоваться, что все у Нади сложилось настолько хорошо.
Выходит, меня зря преследовало чувство тревоги? Я просто придумал повод приехать? Даже перед собой становится стыдно, что уж говорить о моих коллегах. Мы могли снимать пятый сезон и в Москве, а из-за меня съемки перенесли к черту на рога. Это же надо быть таким дураком…
Вдруг калитка открывается, я вижу мужчину, который совсем не похож на Илью. Следом за ним во двор входит женщина. Ее невозможно спутать с Надей, ведь на вид этой даме лет сорок. Во мне просыпается детектив, которого очень скоро придется играть на площадке. Я стремлюсь узнать больше о людях, которые так уверенно разгуливают по двору Нади. Кто они, черт возьми, такие?
Допиваю последние капли уже холодного кофе. Надвигаю бейсболку поглубже на лицо и выхожу из машины. Только теперь понимаю, что солнцезащитные очки выглядят совершенно неуместно в вечерних сумерках. Да и черт с ними. Я еще не готов светить мордой на улицах родного города.
- Извините, - я бегу через дорогу, - можно вас на минутку?
Пара останавливается. С недоверием смотрит в мою сторону.
- Добрый вечер, - начинает мужчина.
- Здравствуйте. Вы ..., - я не знаю, как начать этот разговор, - вы не подскажете не здесь ли проживает Надежда... Маслова? - до сих пор не могу привыкнуть к сочетанию ее имени с чужой фамилией .
- Простите, но мы такую не знаем, - уверяет меня женщина и уходит вглубь двора.
Стоп.
- Как же так. Это же ее дом, - я заглядываю за забор, словно пытаюсь найти доказательства присутствия Нади. - Я точно знаю.
- Это наш дом, - возражает мужчина, преграждая мне путь к воротам. - Хотя постойте... Да! У прошлого владельца этого дома была фамилия Маслов.
- Прошлого?
- Ну, да. Мы купили этот дом четыре года назад, - спокойно и уверенно говорит мужчина.
- А куда переехала семья, жившая здесь до вас?
- Не знаю. Я их планами на жизнь не интересовался.
- Возможно вы хоть что-то помните?
- К сожалению, ничем не могу помочь. Поспрашивайте у соседей…
Как будто у меня есть такая возможность. Еще день-два, и журналисты не дадут мне и шагу ступить со своими расспросами о сюжете нового сезона.
Меня накрывает разочарование. Возможно, Нади в городе вообще нет, а я ехал сюда через полстраны... А, может, это как раз знак, что надо оставить свою погоню за иллюзиями и наконец начать жить настоящим. Вот бы знать наперед, как лучше поступить.
- Хорошо ... спасибо.
- Да не за что, - разводит руками мужчина.
Женщина, которая уже зашла на крыльцо, кивает, однако не сводит с меня взгляда.
- Я вас нигде не могла видеть? Голос знакомый, - произносит она, вглядываясь в мое лицо.
- Вряд ли, - бросаю я и спешу уйти.
Ну вот и все. Нашел? Увидел? А ты думал, что она будет сидеть на пороге и ждать тебя? Идиот! Надо признать, что у Нади своя жизнь. Она не привязана к этой дыре и имеет право ехать, куда пожелает. Опомнись, наконец. Ты ей не нужен.
Вот только на душе так плохо, что хочется волком выть. Эту пустоту не заполнишь ни работой, ни славой.
Читать дальшеhttps://dzen.ru/a/ZyDsXNPEjUm9MGkX
С любовью и уважением к моим читателям. Жду ваши комментарии, и благодарю за корректность по отношению ко мне и друг к другу. Если вы нашли ошибку или описку, напишите, я исправлю. Главы будут выходить ежедневно в 7 утра по московскому времени.