Как бы лихо сценаристы не закручивали сюжеты фильмов, они никогда не сравнятся с тем, что порой преподносит нам жизнь. Ну вот, например, маленький мальчик из бедной гонконгской семьи не мог и подумать, что однажды получит Оскар за неоценимый вклад в искусство. Но какой ценой далась эта награда?
Этот его детский задор, безбашенный юмор в сочетании с невероятными трюками и отточенными ударами в драках. Любое высокомерие тает, когда на экране очаровательный Джеки Чан.
Вроде как клоун от мира кунг-фу, а в реальности один из величайших деятелей кинематографа. Недаром ему вручили Оскара за неоценимый вклад в искусство.
Когда ему вручали награду, он сказал: "Я до сих пор не верю, что стою здесь."
Только мало кто знает, каким колоссальным трудом дался успех этому неграмотному пареньку из нищей гонконгской семьи. И какую роль в его удивительной истории сыграл счастливый случай.
Джеки Чан родился в Гонконге в 54-м году. Для туристов это уже тогда был мир экзотики и тайн. Для местных же обычная жизнь, полная нищеты и бесправия.
Когда малыш появился на свет, его родители, повар и уборщица, настолько были в финансовом отчаянии, что даже были готовы продать ребенка врачу, который принимал роды за 26 долларов.
И все же здравый смысл победил, и мальчик остался в семье. Но ненадолго.
Безденежье порой ставит перед людьми страшный выбор. Вот и родители Джеки не могли отказаться от работы при американском посольстве в Австралии. Но мальчика они с собой в лучшую жизнь не взяли.
Перед отъездом в шестилетнего Джеки определили очень специфическое учебное заведение, своего рода детский монастырь, где тренировали артистов пекинской оперы.
Это были очень сложные театральные представления, в которых участвовали танцоры, мимы, акробаты, гимнасты, виртуозы, которые как бы пересказывали сюжеты китайских легенд.
Ошибиться ни в одном движении было нельзя.
Только помимо сценического мастерства, школа пекинской оперы славилась еще и садистским отношением к маленьким ученикам. Детей, которых годами не навещали родители, морили голодом, заставляли тренироваться до полуночи, постоянно били и унижали.
Джеки Чан вспоминает эти нелегкие годы: "Я никогда не забуду день, когда учитель выпорол меня. Десять ударов, один удар, бам, и ты не можешь плакать, не можешь показывать страдания мимикой, не можешь вздрогнуть. Если происходит так, один, два, и ты вскрикиваешь «а», то всё начинается заново. Один, два. Да, это время я никогда не забуду."
Да, трудно забыть опыт, который определит всю жизнь и в результате приведет к счастливому случаю. Но пока до него было далеко.
Джеки Чану 17. Он наконец закончил школу пекинской оперы. Не умеет ни читать, ни писать, зато потрясающе прыгает, дерется и садится на шпагаты любой сложности.
Парадокс был в том, что артисты пекинской оперы в 60-е в таком количестве были практически никому не нужны. Они могли бы выступать в таких храмах, но вынуждены были работать разносчиками газет и мойщиками посуды.
Джеки повезло больше. Будучи одним из лучших учеников, он стал участником киномассовки. В Гонконге в то время только начал набирать обороты жанр кунг-фу боевика.
Джеки Чан вспоминает: "Обычно в кино нужны сотни актёров массовки. Я был одним из таких. Говорят вдруг, нам нужны мертвецы. Ну я ложусь, немного искусственной крови изо рта и вот так валяюсь.
В это время я наблюдал за координатором массовки в Гонконге.
Они всегда были разными, но всегда управляли сотнями людей и давали команды. Камера, мотор, легли, встали, кровь. Я сказал себе, однажды я стану координатором массовки."
Наверное, мечтой стать координатором массовки дело бы и ограничилось, если бы в судьбу не вмешался счастливый случай. Кунг-фу фильмы не отличались ни качеством, ни высокими бюджетами.
Зато их было так много, что в Америке сперва началась мода на китайские виды боевых искусств, а затем появилась и звезда жанра Брюс Ли, рождённый, в отличие от Джеки, в Америке.
Именно Брюсу Ли Джеки Чан обязан своим счастливым случаем. Однажды Джеки переозвучил легендарного коллегу в фильме «Кулак ярости». А тот после работы пригласил всю группу в боулинг.
Однажды после съемок Джеки пришел в боулинг с Брюсом Ли. Брюс не играл с ним, не болтал. Просто посидел, посмотрел, а потом ушел. И Джеки был просто на седьмом небе от счастья еще несколько дней.
Он говорил, что все в этом боулинге знали. Это он привел с собой Брюса Ли. И это была огромная радость.
Привычка вкалывать была освоена с детства. Оставалось только поставить цель.
И с того вечера Джеки понял, что может мечтать о большем. Стать звездой Голливуда. Как Брюс Ли. Но для этого надо было избежать славы второго Брюса Ли и найти собственный путь.
"Я знал, что должен что-то изменить. Я обожал Брюса Ли, но я не хотел провести всю жизнь в его тени. И я стал изучать технику Брюса и делать всё наоборот. Когда он делал удар сверху, я делал удар снизу. После удара он всегда был сердитый вот такой. А я же стал делать смешные гримасы. Образ получился полностью противоположный." - рассказывал потом Джеки Чан.
И вот он, поворот судьбы. Разбавив серьезность китайских боевиков самоиронией, умножив это на общую моду 80-х на восточные единоборства, Джеки получил коктейль, который просто заколдовал западную аудиторию.
Киноведы позже отмечали, что в своем добром клоунском юморе он наследовал Чарли Чаплину, а его невероятные трюки, всегда исполненные самостоятельно, сегодня, в эпоху компьютерной графики и спецэффектов, выглядят еще более впечатляюще.
Вспомнить хотя бы знаменитый автобусный проезд на зонтике из полицейской истории. Или спуск по гирлянде, который Джеки называет самым рискованным в жизни.
Однако самую опасную травму, перелом черепа, он заработал на съемках обожаемых в нашей стране приключенческих "Доспехов бога", а фильм "Разборки в Бронксе", который частично снимался в Нью-Йоркском Чайна-тауне, стал поворотным.
Это была первая картина Джеки Чана исключительно для западного зрителя.
Отличный детективный сюжет, плюс фирменный юмор и трюки. Это был беспроигрышный, уже проверенный вариант. Фильм сделал Чана полноценной звездой Голливуда.
Джеки Чану сейчас 70, и журналисты по-прежнему расспрашивают его о страшном сиротском детстве в Гонконге. А Джеки даже на непростое прошлое смотрит с улыбкой.