«Письмо позвало в дорогу» - расхожий газетный штамп из советского прошлого. Но тут реально письмо, и реально позвало. Правда дорога у нас будет виртуальная.
Уточню: письма было два. Сначала – электронное: добрейшей души Татьяна-«Зеленая-Жизнь» сообщила, что в очередной послала мне сюрприз-подарок: семена кое-каких любопытных растений (а она – большой знаток именно любопытных/интересных/необычных цветов), простым письмом.
Присел у почтового ящика – жду не пропустить конверт. Неделю жду, вторую, - только квитанции-напрасный-перевод-бумаги, никакого письма.
Нервы не выдержали – написал Татьяне: извините, мол, не дождался. «Не отчаивайтесь, - ответила Татьяна-оптимист-знающая-Жизнь, - и не столько приходилось ждать». Права оказалась оптимистка: прошло полмесяца – и вот оно, Письмо с семенами!
Века проходят – Отечественная Почта живет своей, неведомой и непредсказуемой жизнью. За последние десятилетия сколько ее реформировали-рационализировали-модернизировали – а письма все равно идут своими задумчивыми караванными путями.
Прошу простить длинное вступление - про почту вообще не планировал. Просто в этом простом конверте оказались среди прочих семена оставленного в далеком моем прошлом замечательного растения – горноколосника/оростахиса. Почти забыл его. А ведь где-то в 80-90-х увлеченно наблюдал в самых разных условиях. И даже несколько статей об оростахисах опубликовал (две – в немецких журналах). Не то чтобы какие-то важные/новые сведения, но цветы эти суккуленты были (и остаются) невостребованными в культуре и малоизвестными любителям – как цветоводам, так суккулентоводам.
Еще раз извинюсь: мой бурный роман с оростахисами происходил в прошлом веке, и многочисленные фотосвидетельства сохранились лишь в архивных слайдах и в архивных же оттисках статей. Рыться в архивном беспорядке – лень и душа не лежит. Так что сообщение это почти без оригинальных фотографий. Самому жаль.
Но тем не менее.
Моя личная оростахисовая история началась с моими монгольскими экспедициями. В разных пустынях я и до этого работал, но куда им, разным, до Настоящей Пустыни – Южной Гоби! Потому что Настоящая Пустыня – это мир, в котором нет практически НИ-ЧЕ-ГО живого. Только зной, сухость, камни, песок.
Восхитительная, красивейшая экзотика – невероятное приключение! Если только не жить в этом приключении месяца так два, в постоянных переездах на грузовике. Который и дом, и быт, и склад, и лаборатория, и единственное местечко общения в крайне узком кругу.
И нарастающая тоска не только по свежей еде и нормальному быту, но и увидеть что-то живое, оптимистичное/не-подавленное.
В таком настроении и случилась моя первая встреча с оростахисом – на каких-то низеньких холмах со скуднейшей и полностью высохшей растительностью. Но все-таки с растительностью – а не просто голые камни в песке! А среди этой гербарно-сухой – съежившиеся, но – живые! – крошечные растеньица! И именно суккуленты – которыми я тогда был увлечен восторженно и бестолково.
Почти незаметные, в трещинах меж камней, но целыми колониями и даже … цветущие!
Так это же вообще сказка удивительная: высокое сияющее на солнце соцветие из крошечных белесых цветков! Маленькое, почти незаметное – но наперекор остальному миру, в котором все высохло, все спит/умерло.
Так началось мое знакомство с оростахисами.
Горноколосники, Orostachys, - род семейства Толстянковые, довольно близкие родственники семпервивумов, с которыми у них и заметное внешнее сходство. Только соцветия совсем иные.
Признается около 15 видов, произрастающих в азиатских регионах с умеренным климатом от Казахстана и Монголии до Японии.
Замечательную характеристику им дает наша Википедия: «более-менее ксерофиты». Чуть ниже поясню своими наблюдениями.
Растения с двухлетним жизненным циклом: в первый год жизни нарастает сферическая розетка многочисленных плотно сомкнутых листочков, из центра которой на следующий год появляется цветоносный стебель. Все накопленные силы растение вкладывает в солидное соцветие – колосовидную кисть/кистевидный колос, а после отцветания – полностью погибает и высыхает. Размножается семенами и вегетативно – дочерними розеточками на побегах-столонах.
Но двулетний цикл – это в идеале. А как в жизни – чуть ниже расскажу.
Там, где оростахису удается зацепиться за землю и за жизнь, он стремится образовать колонию, даже дернинку из множества головок-розеток, живописной россыпью.
У нас произрастает около 10 видов, все – в азиатской части России. В Монголии можно найти четыре из них.
_____________________
После первой, поразившей меня встречи, я находил и наблюдал оростахисы в самых разных регионах огромной Монголии (в соответствии с нашими научными задачами я побывал во многих из них) – и они продолжали меня поражать. Теперь уже необъятно широким своим распространением и многообразием освоенных ими биотопов. Вот уж поистине вездесущие/всюду растущие организмы!
Наши экспедиции бывали, естественно, и по родным просторам. И тут случилась самая неожиданная встреча с оростахисами: в сосновом лесу в окрестностях Новосибирска. Во влажном лесу, почти заболоченном. Я даже сначала не узнал своих давних знакомцев-оростахисов: такие раскормленные/сочные, широко растопырившие свои надутые листья, растущие массивными ярко-светло-зелеными куртинами. Живо напомнили мне подмосковное молодило.
А между тем это были самые обычные и распространенные горноколесники колючие, Orostachys spinosa.
Именно этот вид, наряду с довольно на него похожим горноколосником щитковым, Orostachys thyrsiflora, в основном и встречался мне в Монголии. Я их сначала не различал, хотя у них есть пара замечательных диагностических признаков: у оростахиса спиноза на кончике каждого листика – длинный тонкий шипик, а у оростахиса тирсифлора – белесая «роговая» пластинка, утонченная на конце; у первого цветки от белых до кремово-зеленоватых, у второго – бело-розовые.
Обычно я ездил по Монголии весной и в начале лета – когда активны мои ящерицы, но много позднее случилось побывать в этой стране в сентябре, причем на севере, куда мы до того не доезжали. Там была уже не просто осень, а глубокая, морозная осень. Вся природа практически уснула. И вот тогда на вершинах пологих холмов среди небольших каменистых выходов я нашел совсем удивительные оростахисы – приготовившиеся к зиме.
Нужно отметить, что в период вегетации в центре не-цветущих розеток образуется своеобразная «розетка-почка» - из крошечных, плотно сомкнутых листьев. Очевидно, именно эта замещающая розетка и зимует. Материнская же часть растения с крупными листьями к осени полностью отмирает высыхает.
Зимующая розетка как бы капсулируется. Ее внешние листья совершенно высохшие, коричневого цвета, отмершие, сомкнуты, образуя своеобразную оболочку, защищающие внутреннюю часть розетки. Последняя сохраняет зеленую окраску и, очевидно, жизнеспособна. Хотя и эта часть розетки сильно высохшая.
Живых корней у растений в этот период нет. Они держатся засохшими остатками корней и легко отделяются от почвы.
Очевидно, что в таком обезвоженном состоянии растения способны противостоять сильным зимним морозам даже при скудном снежном покрове (что характерно для этого региона).
Впрочем, что я заладил про жизнь оростахисов в природе – пытливых читателей ведь, в первую очередь, интересует возможность вырастить эти непривычные/малознакомые растения у себя в саду или на балконе. Так что теперь об этом.
Итак – оростахисы в культуре.
Конечно, я их привез домой: крошечные розетки и семена. И пытался выращивать. Разочаровался.
В первую очередь, из-за того, что главные события и процессы их жизни случаются в начале сезона. А в это время я непременно куда-нибудь уезжал с экспедицией. Но главное все-таки не из-за этого.
- Оростахисы - совсем крошки, в норме – с орех (от фундука до грецкого). В саду такое естественно теряется – и зрительно, и просто технически.
Вот только они здесь росли – а уже не найдешь. То ли вороны/сороки утащили, то ли собака лапой отбросила, то ли кто-то по незнанию на этом месте копнул, не заметив, то ли сорняки задушили.
- Далее. Совершенно не любят пустынные оростахисы – как и многие кактусы – нашей слезливой погоды. Застойная влага, ливни моментально губят крошечные их корешки (возможно, привези я их собратьев из новосибирского сосняка, было бы надежнее). Тем более - влажные зимы губительны для них.
- Более менее успешно росли они с кактусовой коллекцией – в горшочках. Но и что за счастье: сделаешь им все хорошо, дорастут/развернут розетку и … зацветают, и … тут же умирают бесследно. Вегетативно же они размножаются совсем не так споро и уверенно, как родичи их семпервивумы. Тоже надо постоянно хлопотать и заботиться. Как и при выращивании из семян.
Плюс большой: двухгодичный их цикл - не роковая неизбежность. Лишь в благоприятных условиях так краток их жизненный путь. А в неблагоприятных: не удалось собрать сил для цветения - живет розеточка дальше, год за годом. Впрочем, так себе утешение это.
В разочарованиях моя неопытность, конечно. Но вот читаю на профессиональном ботаническом сайте (про оростахис спиноза):
«В Сибирском ботаническом саду выращивается на каменистой горке. Цветение и плодоношение наблюдается редко. Самосев не образует. Подвержен вымоканию в зимне-весенний период. Выпад может достигать 80 % особей. Слабоустойчив.»
В общем, как-то не нахожу в себе мотивации и устойчивого энтузиазма для выращивания оростахисов. Попробовать, познакомиться – да, любопытно, азартно даже. Но «вести» оростахисы как постоянную садовую культуру? Что-то не сладывается.
Судя по литературным данным, только один вид горноколосников широко и полноценно вошел в культуру: оростахис японский, Orostachys japonica.
А как же декоративность?
О, да! Встанешь на колени, наклонишься поближе к трещине с миниатюрными головками оростахисов – какая же все-таки красота! И как интересно наблюдать их жизнь!
Есть замечательное и немного загадочное для меня качество растений (как и людей, впрочем) – фотогеничность. Как, чем она определяется?! Оростахисы – безусловно, фотогеничны. Просматриваю фотографии в интернете – просто сказочные картинки, сказочно красивые!
И все ведь – правда: именно такие они в реальности и в определенные стадии своего развития. Только видеть это вы будете, если заинтересованно присматриваться. Просто так, мимо проходя, - и не заметите.
На мой взгляд, есть только один вариант эффектного выращивания оростахисов: контейнерными группами и композициями.
Так что спасибо Татьяне и за письмо-сюрприз, и что побудила эти воспоминания!