- Мам, ты что, с ума сошла? Откуда у нас такие деньги? - Иван недоверчиво смотрел на мать, держа в руках квитанцию на оплату детского лагеря.
Анна Григорьевна отмахнулась, не поднимая глаз от кроссворда:
- Не твоего ума дело, сынок. Главное, что внуки отдохнут как следует.
- Не моего ума дело? - Иван повысил голос. - Мам, мы тут все жилы рвем, чтобы концы с концами свести, а ты вдруг выкладываешь такую сумму! Откуда?
В этот момент на кухню вразвалочку вошел Владислав, младший брат Ивана. Потягиваясь и зевая, он открыл холодильник:
- Чего орем с утра пораньше?
Иван резко повернулся к брату:
- А ты чего дома? Опять с работы уволился?
Владислав лениво пожал плечами:
- Ну, уволился. Найду что-нибудь получше. Чего ты кипятишься?
Анна Григорьевна вмешалась, пытаясь разрядить обстановку:
- Ванечка, не злись. Все будет хорошо. Вот увидишь, Владик скоро найдет хорошую работу.
Иван покачал головой:
- Мам, ты как будто не в этом мире живешь. Какая хорошая работа? Везде сокращения, зарплаты урезают. Вон, у тебя на заводе что творится?
Анна Григорьевна поджала губы:
- Ничего, прорвемся. Не в первый раз.
Иван тяжело вздохнул и вышел из кухни. В коридоре он столкнулся с женой, Дарьей.
- Что случилось? - тихо спросила она, глядя на хмурое лицо мужа.
- Да как обычно, - буркнул Иван. - Мать опять что-то мутит, Владька бездельничает. А мы крутимся как белки в колесе.
Дарья обняла мужа:
- Не переживай. Мы справимся. Вместе.
Иван поцеловал жену:
- Что бы я без тебя делал? Ладно, побегу на работу. Вечером еще на подработку.
Когда за Иваном закрылась дверь, Дарья вернулась в комнату. Она задумчиво смотрела в окно, пытаясь понять, что происходит в этой семье. Что-то здесь было не так, и она чувствовала это всем своим существом.
Прошло несколько недель. Жизнь в доме Анны Григорьевны текла своим чередом. Иван разрывался между основной работой и подработкой, Дарья тоже взяла дополнительные часы в школе, где преподавала. Владислав по-прежнему "искал работу", а на деле целыми днями валялся на диване с планшетом.
Однажды вечером, когда дети уже спали, а Иван еще не вернулся с подработки, Дарье позвонила подруга, Светлана.
- Дашка, привет! Слушай, у меня тут такое... В общем, ты сидишь?
Дарья напряглась:
- Свет, что случилось?
- В общем, - Светлана понизила голос, хотя говорила по телефону, - помнишь, я тебе рассказывала, что работаю помощницей у нотариуса? Так вот, сегодня к нам приходила твоя свекровь. С Владом.
- И что? - не поняла Дарья.
- Они оформляли покупку квартиры. В новостройке, представляешь? Двушка, 60 квадратов.
Дарья почувствовала, как у нее закружилась голова:
- Какая квартира? Откуда у них деньги?
Светлана вздохнула:
- Вот и я о том же. Даш, там сумма немаленькая. И оформили на Влада. Твоя свекровь еще и кредит взяла.
Дарья молчала, пытаясь осмыслить услышанное.
- Даш, ты тут? - встревоженно спросила Светлана.
- Да, я... Свет, спасибо, что рассказала. Мне надо подумать.
Положив трубку, Дарья опустилась на стул. В голове крутились тысячи мыслей. Откуда у Анны такие деньги? Почему квартира оформлена на Влада? И главное - почему Ивану ничего не сказали?
Когда Иван вернулся домой, Дарья решила пока не говорить ему о звонке Светланы. Она хотела во всем разобраться сама.
На следующий день, пока Иван был на работе, а дети в школе, Дарья решила действовать. Она понимала, что то, что она собирается сделать, находится на грани законности, но чувствовала, что у неё нет выбора.
Дарья позвонила своей подруге Марине, которая работала в том же банке, где обслуживалась Анна.
- Марин, привет. Слушай, мне нужна твоя помощь. Это очень важно и... не совсем законно.
Марина насторожилась: - Даш, ты меня пугаешь. Что случилось?
Дарья глубоко вздохнула и рассказала подруге всю ситуацию.
- Понимаешь, я должна знать, что происходит. Это может разрушить нашу семью.
Марина молчала несколько секунд, потом тихо сказала: - Даша, ты понимаешь, что просишь меня нарушить банковскую тайну? Я могу потерять работу за это.
- Я знаю, Марин. И не стала бы просить, если бы не была в отчаянии.
Снова повисла пауза. Наконец Марина вздохнула: - Ладно. Я посмотрю, что смогу сделать. Но ты никому не должна говорить об этом, поняла?
- Спасибо, Мариночка. Я твоя должница.
Через час Дарья получила сообщение от Марины с прикрепленным файлом. "Удали сразу после прочтения", - гласила подпись.
То, что Дарья увидела в выписке, повергло ее в шок. Полгода назад на счет Анны поступила крупная сумма - явно от продажи какой-то недвижимости. А через несколько месяцев - еще одна, поменьше. И обе эти суммы были сняты буквально неделю назад.
Дарья удалила файл, как и просила Марина, но информация уже отпечаталась в ее памяти. Теперь она знала, что ее подозрения были не напрасны. Оставалось только понять, как использовать эту информацию, не подставив при этом подругу.
Вечером, когда Иван вернулся с работы, Дарья решилась.
- Ваня, нам надо поговорить, - серьезно сказала она.
Иван устало опустился на стул: - Что-то случилось?
Дарья глубоко вздохнула и рассказала мужу все, что узнала за последние дни. С каждым ее словом лицо Ивана становилось все мрачнее.
- Не может быть, - прошептал он, когда Дарья закончила. - Мама не могла так поступить.
- Ваня, у меня есть доказательства, - тихо сказала Дарья. - Но я не понимаю, почему она это сделала. Почему только Владу? Почему тебе ничего не сказала?
Иван сидел, опустив голову: - Я... я не знаю. Надо с ней поговорить.
Но разговор с Анной не принес ясности. Женщина отрицала все, говорила, что Дарья что-то напутала, а потом и вовсе разрыдалась, обвиняя невестку в том, что та хочет разрушить семью.
- Знаешь что, - сказал Иван жене после этого безрезультатного разговора, - поехали-ка мы с тобой в мамин родной город. Может, там что-нибудь прояснится.
Городок, где выросла Анна Григорьевна, встретил их пыльными улицами и покосившимися домишками. Иван и Дарья бродили по улицам, расспрашивая старожилов о семье Анны.
- А, Анька-то? - оживилась древняя старушка, сидевшая на лавочке возле облупившегося дома. - Как же, помню. Красавица была, ух! Все мужики за ней бегали.
- А муж ее? Мой отец? - спросил Иван.
Старушка прищурилась:
- Муж-то? Да хороший мужик был, работящий. Только вот незадача вышла...
- Какая незадача? - насторожился Иван.
Старушка понизила голос, хотя вокруг никого не было:
- Да поговаривали, что Анька-то твоя гуляла. С начальником своим крутила. Вот муж и ушел.
Иван почувствовал, как земля уходит из-под ног. Дарья крепко сжала его руку.
- А дети? - тихо спросила она. - Двое сыновей у них.
Старушка махнула рукой:
- А кто ж их разберет, чьи дети-то? Анька молчала, муж ушел. Так и жили.
Иван и Дарья возвращались домой в полном молчании. Каждый думал о своем, но мысли были безрадостные.
Уже дома, лежа без сна, Иван вдруг вспомнил случай из детства. Ему было лет десять, он упал с велосипеда и сильно разбился. В больнице ему перелили кровь.
- Даш, - тихо позвал он жену. - А помнишь, я тебе рассказывал про тот случай, когда мне кровь переливали?
Дарья повернулась к мужу:
- Помню. А что?
- Я тогда еще спрашивал, почему не мамину кровь перелили или Владькину. А врач сказал, что группы не совпали.
Дарья резко села на кровати:
- Ваня, ты думаешь...
Иван кивнул:
- Думаю, что мы с Владькой - сводные братья. И теперь понятно, почему мама его всегда больше любила.
Дарья обняла мужа:
- Ваня, мне так жаль...
Иван отстранился:
- Знаешь, я, пожалуй, съезжу в тот город, где отец жил после развода. Хочу кое-что проверить.
Город, где провел последние годы отец Ивана, оказался совсем не похож на пыльный городишко его детства. Современные многоэтажки соседствовали здесь со старинными особняками, а по широким улицам сновали дорогие иномарки.
Иван нашел дом, где жил отец, без труда. На звонок открыла женщина лет шестидесяти, с добрыми глазами и седыми волосами.
- Здравствуйте, - неуверенно начал Иван. - Я... я сын Николая Петровича. Иван.
Женщина на мгновение замерла:
- Господи, Ванечка! Как же ты вырос! Проходи, милый, проходи.
Она провела Ивана в уютную гостиную, где все дышало теплом и уютом.
- Я Галина Сергеевна, - представилась женщина. - Вторая жена твоего отца. Вернее, была ею...
Иван кивнул:
- Я знаю, что отца не стало. Мне жаль.
Галина Сергеевна вздохнула:
- Коля часто вспоминал о тебе. Все хотел связаться, да все откладывал. А потом... - она махнула рукой. - Присаживайся, чаю попьем.
За чаем Иван рассказал Галине Сергеевне о цели своего визита. Женщина внимательно выслушала его, а потом тяжело вздохнула:
- Ох, Ванечка. Не думала я, что придется эту историю ворошить. Но, видно, пришло время правде выйти наружу.
Она встала и достала из серванта старую шкатулку.
- Вот, - сказала она, протягивая Ивану пожелтевший конверт. - Это письмо твой отец написал незадолго до своей кончины. Просил отдать тебе, если ты когда-нибудь приедешь.
Дрожащими руками Иван открыл конверт. Знакомый почерк отца прыгал перед глазами:
"Дорогой сын,
Если ты читаешь это письмо, значит, меня уже нет в живых. И значит, пришло время рассказать тебе правду.
Я любил твою мать. Очень любил. Но она... она сделала выбор не в мою пользу. Когда я узнал о ее романе с начальником, мой мир рухнул. Я не мог оставаться в том городе, где каждый угол напоминал о предательстве.
Но знаешь, что было самым страшным? Сомнения. Я не был уверен, мой ли ты сын. И Влад... Эти сомнения разъедали меня изнутри. Я не мог смотреть на вас, не задаваясь этим вопросом.
Прости меня, сынок. Прости за то, что был слаб, за то, что ушел. Я должен был остаться, бороться за вас. Но я не смог.
Знай одно: кем бы ни был твой настоящий отец, я всегда считал и считаю тебя своим сыном. И я горжусь тобой.
Твой отец, Николай."
Иван опустил письмо на колени. По щекам текли слезы.
Галина Сергеевна тихо сказала:
- Ванечка, я знаю, это тяжело. Но может, теперь ты сможешь простить отца? И понять его?
Иван поднял глаза на женщину:
- Спасибо вам. За все. Я... мне нужно подумать.
Галина Сергеевна вдруг сказала:
- А знаешь что? Оставайся у меня. Дом большой, места хватит. Да и работы в городе полно, если захочешь остаться.
Иван удивленно посмотрел на нее:
- Но... почему вы предлагаете это совершенно незнакомому человеку?
Галина Сергеевна улыбнулась:
- Потому что ты - сын Коли. А значит, и мне как сын. У нас с ним, знаешь ли, своих детей не было...
Иван почувствовал, как что-то теплое разливается в груди. Впервые за долгое время он ощутил, что его принимают просто так, без условий и ожиданий.
- Спасибо, - тихо сказал он. - Я подумаю над вашим предложением.
Вернувшись домой, Иван долго не мог решиться на разговор с матерью. Но вечером, когда Владислав ушел на очередную гулянку, а Дарья укладывала детей, он все же собрался с духом.
- Мам, нам надо поговорить, - сказал он, входя в кухню, где Анна Григорьевна, как обычно, разгадывала кроссворд.
Анна подняла глаза:
- Что случилось, сынок?
Иван глубоко вздохнул:
- Я все знаю, мам. Про отца, про твой роман, про квартиру для Влада. Все.
Анна побледнела:
- Ваня, ты не понимаешь...
- Нет, мам, это ты не понимаешь, - перебил ее Иван. - Всю жизнь я чувствовал, что что-то не так. Что я как будто чужой в этой семье. А теперь я знаю почему.
Анна расплакалась:
- Ванечка, милый, ты не чужой! Ты мой сын, мой родной...
- Но не папин, да? - горько усмехнулся Иван. - А Влад - да. Поэтому ты его всегда больше любила. Поэтому купила ему квартиру, а нам с Дашей и детьми ничего не сказала.
Анна рыдала, уткнувшись в ладони:
- Прости меня, сынок. Я... я не знала, как сказать. Боялась, что ты меня возненавидишь.
Иван покачал головой:
- Я не ненавижу тебя, мам. Но я больше не могу так жить. Мы с Дашей и детьми уезжаем.
Анна резко подняла голову:
- Как уезжаете? Куда?
- В город, где жил отец. Там есть работа, жилье. И люди, которые готовы принять нас такими, какие мы есть.
- Но как же я? - прошептала Анна. - Ты ведь всех нас содержал...
Иван грустно улыбнулся: - А теперь придется Владу повзрослеть и взять ответственность на себя. У него теперь есть квартира, пусть работает и выплачивает кредит.
Он повернулся, чтобы уйти, но у двери остановился:
- Знаешь, мам, я не держу на тебя зла. Но мне нужно время. Может быть, когда-нибудь я смогу понять и простить. А пока... пока прощай.
Иван вышел из кухни, оставив рыдающую Анну одну. В коридоре его ждала Дарья с детьми.
- Ну что, - тихо спросила она, - едем?
Иван кивнул:
- Едем. Начинать новую жизнь.
Через два дня они собрали все вещи и вышли из квартиры, где прошло столько лет их жизни. Внизу их ждало такси. Погрузив вещи, Иван обернулся и посмотрел на окна родной квартиры. Ему показалось, что в одном из них мелькнуло лицо матери.
"Прощай, - подумал он. - И прости".
Такси тронулось, увозя семью Ивана в новую жизнь. Жизнь, где не будет места тайнам и недомолвкам. Жизнь, которую они построят сами, на фундаменте любви и честности.
А в старой квартире осталась Анна, наедине со своими воспоминаниями, сожалениями и последствиями своих решений. И Владислав, которому предстояло наконец повзрослеть и понять цену семейных уз.
Тени прошлого все еще витали над этой семьей, но теперь каждый из них мог выбрать свой путь к свету. И, может быть, однажды эти пути снова пересекутся, но уже без груза старых обид и тайн.