Гитарист-виртуоз Марти Фридман рассказал о том, почему он не получил место в группе Оззи Осборна, несмотря на прекрасное исполнение материала.
В беседе на подкасте Talk Louder Марти отметил, что в этом деле нужно обладать чем-то большим, чем просто безупречно исполнять песни. Когда гитариста спросили о том, было ли прослушивание у Оззи «катастрофой», он ответил:
«Это не было катастрофой. Может быть, это и была катастрофа. Я к тому, что катастрофа была в том, что я не знал, что прослушивание в группе — это не просто исполнение песен.
В то время я был очень наивен. Я просто выучил песни, и выучил их очень хорошо, а потом сыграл их... Я думаю, они были исполнены идеально. Для меня они звучали абсолютно идеально».
Это было примерно в то время, когда Марти участвовал в проекте Cacophony, в котором, как известно, играли он и Джейсон Беккер. Как он заявил, тогда изучение музыки Оззи было для него было совсем не сложной задачей. Однако был ещё один аспект, который он не осознавал:
«Учить песни Оззи для меня было всё равно что играть в Ramones. Это было не так интересно, как то, что я делал обычно. Поэтому я думал, что у меня не будет проблем с музыкой. Но даже тогда я, можно сказать, переборщил с практикой. Я всё выучил очень хорошо и знал материал вдоль и поперёк.
И вот я прошёл прослушивание. На мой слух, звучание было потрясающим. Все были довольны звуком. Но я чувствовал, что провалил прослушивание по совершенно другой причине. А причина была в том, что я не был таким же чуваком, как остальные парни.
Басист в группе того времени и барабанщик в группе того времени были как в Лос-Анджелесе, на Сансет Стрип: браслеты на руках и ожерелья, чёрные футболки, ботинки и шляпы. Они были настоящими металлистами из Лос-Анджелеса. А я был гитарным ботаником в обычной футболке и джинсах».
Хотя Марти не называет имён, барабанщиком в то время был Рэнди Кастильо, а басистом — Фил Суссан. И Марти, и эта ритм-секция были великолепны сами по себе. Однако для того, чтобы всё работало в рок-группе, особенно если в ней вокалист Оззи Осборн, есть и другие аспекты. Он добавил:
«У меня не было ничего общего с этими ребятами. Мы не разговаривали. Мы сыграли четыре или пять песен. Я подумал: "Чертовски круто, мы отлично звучим. Мы звучим как группа". Всё получилось. В музыкальном плане всё было просто офигительно. Я так думал. Я играл всё точно так же, как на альбоме, насколько мне было известно.
Но по атмосфере в комнате я всё понял. Они не говорили: "Чувак, давай отрываться" или "Чувак, что ты об этом думаешь?", или "Мне раньше нравились Dead Boys", или "Мы раньше увлекались Generation X", или что-то ещё.
Ничего этого не было. Мы просто играли песни, и эти парни говорили: "Может, покончим с этим? Я хочу пойти напиться в "Стрип" или ещё куда-нибудь". Я был просто очень прилежным гитарным ботаником».
Конечно же, на прослушивание пришёл и другой талантливый молодой гитарист того времени. В итоге этот молодой парень стал одним из самых узнаваемых гитаристов всех времён.
«И, как оказалось, они взяли Закка Уайлда, который в 1000 раз лучше подходит для этой работы, чем я».
Марти сказал, что этот опыт многому научил его в музыкальном бизнесе:
«Из этого я узнал, что прослушивание в группу — это не просто исполнение партий. Если бы я был по-настоящему умным, то мог бы разузнать немного больше о том, кто играет в группе, что они из себя представляют, как я мог бы понравиться им на личном уровне. Это очень помогает, если бы я узнал немного, например, о влиянии барабанщиков.
Я даже не знал имён этих парней. Интернета не было, но я мог бы попытаться выяснить, какое влияние оказывает барабанщик, и, возможно, разогреться на одной из его любимых песен или что-то в этом роде, и сделать какую-то мелочь, чтобы привлечь этих ребят на свою сторону, а не просто "Играй музыку. Если ты сыграешь, ты получишь это место".
Всё совсем не так. В реальной жизни, как вы все знаете, если ты умеешь играть, то это, возможно, 30 % успеха. Все могут играть. Любой может сыграть. Нужно быть тем, с кем ребята хотят общаться, и тем, кто выглядит так, будто ты в одной с ними группе. А я выглядел иначе. Я говорил по-другому. Это было очень наивно».
Другие публикации на похожую тему: