У каждого из нас бывают моменты, когда ностальгия диким потоком воспоминаний врывается в нашу душу. Ностальгия по тем временам, что уже не вернуть, по тем людям, с которыми мы больше не увидимся. Друзья детства, родной двор, бабушкина печка или мамины пирожки. У каждого свои воспоминания. Объединяет их лишь одно - это больше никогда не повторится. Но что если я вам скажу, что моя ностальгия обрела плоть и стала реальной? Я об этом ни капли не жалею и готов к встречи с ней.
Счастливое детство.
Эх, а ведь прошло уже больше 20 лет. На дворе стоял далекий 2001 год. Я был мелким пятнадцатилетним пацаном, живущим в деревне. То время казалось по-настоящему счастливым и беззаботным. Я, с такими же пацанами, взрослел и познавал жизнь, как мог. В то время всяких высоких технологий особо не было, поэтому мы занимали себя, как могли. Летом играли на деревенском поле в футбол или лапту, зимой катались на санках и самодельных сноубордах (это отдельная история, как мы их делали и как это было для нас сложно), штурмовали снежные замки, которые сами же и строили. Первая неловкая любовь и драки с пацанами из соседней деревни, учеба, походы в лес и боль первого предательства. Мы изучали мир, стараясь понять, какое место в нем нам уготовано. Боюсь прозвучать как старый, ворчливый дед, но мне кажется что современная молодёжь не испытает и десятой доли тех эмоций и переживаний, что испытывали мы.
Прекрасно помню то недостроенное здание.
Рядом с нашей деревней в девяностых какой-то бизнесмен (а может и бандит) решил возвести что-то типа гостиницы или магазина. Но со строительством у него не сложилось и недостроенное здание портило прекрасный деревенский пейзаж. Это был трехэтажный дом с большим подвалом. Мы любили полазить по этому недострою, но так сложилось, что в подвал никогда не спускались. Что-то нас прямо отпугивало от темного провала, ведущего под землю. А еще про этот подвал ходило много всяких слухов: то маньяки там ночуют, то сатанисты жертвы приносят, то ядовитые испарения. Короче говоря, мы и сами не горели желанием спускаться в этот подвал.
Дети всегда хотят доказать свое бесстрашие.
Я запомнил этот день в мельчайших деталях. Спустя много лет я бесчисленное количество раз прокручивал его в голове. Могли ли мы поступить иначе? Могли ли мы не ходить в этот подвал? Могли. И тогда мои друзья и я остались бы живы. Но обо всем по порядку.
Понедельник, 13 августа 2001 год. Вчера в деревне праздновали свадьбу. Что бы вы понимали, наши свадьбы они своеобразны. С самого утра прямо во дворе дома молодоженов накрывается огромный стол и все деревня целый день приходит поздравить новобрачных и выпить за их крепкую семейную жизнь. Пошла туда и моя семья. Там же я встретил своих друзей. Мы до этого не пили алкоголь, да и желания не было. Так сложилось, что в деревне у нас было мало пьющих, прямо очень мало. Лишь по большим праздникам народ мог позволить себе алкогольные возлияния. Ну а мы, молодые и неопытные в этом деле пацаны, решили приобрести немного опыта в труде принятия алкоголя. Урвали пару бутылок самогона и убежали в сарай, где пили на спор, мол кто быстрее и больше вольет в себя этой огненной воды.
Утро понедельника было тяжелое.
Голова болела, но больше всего болела душа от осознания отцовского воздаяния. Он у меня был суровым и справедливым. Мать, увидев что я проснулся и умылся, позвала завтракать. Отец уже был за столом. Чувствуя свою вину, я склонил голову, готовый принять любое наказание. Отец не ругался, не лупил меня ремнем. Лишь дождался, когда я доем и повел меня в огород.
Это было жестко. Голова болит, солнце печет нещадно, а вокруг вьются тучи мошкары и комаров. Одеваешься, что бы комары да мошкара не заедали - становиться очень жарко. Раздеваешься, что бы ветерок хоть немного обдувал - летающая нечисть начинает чуть ли не заживо пожирать мою бедную плоть. Сколько мне пришлось вытерпеть страданий, пока картошка была окучена. Но отцовский урок я запомнил на всю жизнь - все имеет свои последствия и надо уметь их принимать, отвечать за свои поступки. После этого к алкоголю я долго даже не притрагивался.
Детство в этот день кончилось.
И связано это не с отцовским наказанием. Этим же вечером мы с друзьями решили доказать себе, что ничего не боимся. Нам это надо было. Каждый из нас был наказан родителями за вчерашнюю пьянку и мы хотели реабилитироваться в своих глазах. В наших неокрепших душах смешалось чувство вины за проступок, глупая жажда справедливости, желание бросить вызов миру и доказать друг другу, что мы "крутые".
Последний вечер детства.
Стою на самом краю деревни. На забор прислонен мой верный конь - велик Десна, мечта многих детей того времени. Я готов. Скоро подойдут мои друзья. А вот и они: Витя, Женька, Андрей и Илюха. Все на своих верных велосипедах, все готовы к приключению. К недострою мы поехали не сразу. Сначала прокатились до озера, где вдоволь накупались в свете заходящего солнца. Развели костер, когда стало прохладно и принялись с наслаждением жарить сосиски на веточках. Не стесняясь, мы делились своими эмоциями от вчерашней гулянки и последующего наказания. Мы были откровенны и честны друг с другом. Каждый из нас понимал, что чувствует другой. Мы валялись на берегу у почти затухшего костра и смотрели в звездное небо. Впереди была целая жизнь и мы надеялись пронести нашу неразрывную дружбу сквозь все года.
Наше испытание было впереди.
Когда угли от костра почти потухли, Женька сказал, что пора. Полная луна улыбалась нам вслед, когда мы подходили к заброшенному зданию. Сколько раз мы бывали тут днем, не сосчитать. Ночью же все выглядело иначе. Тьма и тени, притаившиеся по углам и в комнатах, рождали в голове страшных монстров. Но мы были непоколебимы, ведь мы вместе. Пять друзей, как пять пальцев: неразлучны, едины и готовы сжаться в кулак.
- Да ну этот подвал, погнали по домам, а? - прошептал Илья.
Я видел по глазам моих друзей, что многие с ним согласны. Сейчас, в ночной темноте, идея посетить подвал уже не казалась такой хорошей. Но отступать было поздно. Кем бы я стал тогда в своих глазах? Точнее, в глазах того пятнадцатилетнего пацана, что жаждал доказать, прежде всего себе, что он не трус. Я отговорил ребят. Взывал к их гордости, угрожал, что пойду один, а потом всем расскажу, какие они трусы. Это сработало.
Глупый, наивный ребенок.
Лучше быть трусом, чем... не быть. Ступенька за ступенькой мы спускались. Свет от луны становился все тусклее, а тьма словно становилась материальной и осязаемой. Спустившись вниз, мы увидели мокрые бетонные стены, из которых торчали ржавые арматурины. Везде валялся строительный мусор, какие-то провода и банки. Мы затаились. Тишина казалась искусственной, словно где-то в темноте сидит нечто, что специально не издает ни звука. Единственное, что нарушало звенящую тишину, был мерный звук падающих с потолка капель. Набравшись храбрости, мы двинулись вглубь подвала. Почти час ничего не происходило, даже страх начал нас отпускать. Вот только за все это время мы так и не облазили подвал полностью, хотя ни на минутку не останавливались. Это какой же он был огромный?!
Мы поняли, что заблудились.
Чем дальше мы шли, тем понятнее становилось, что никто из нас не помнит дорогу назад. Подвал превратился в настоящий лабиринт. Мы сами себя завели в западню. Страх стал возвращаться. Мы ругались и спорили, виня друг друга в случившемся. Голоса дрожали, а в свете фонариков мелькали испуганные лица. В конце концов мы приняли решение искать обратный путь. Ну не могли же мы пройти и не оставить никаких следов на захламленном полу? Прошел еще час, когда мы поняли, что не знаем даже примерное направление выхода. Мои друзья уже были на грани истерики. Я же был спокоен. Какое-то обволакивающее спокойствие накатило на меня. А может я просто смирился с неминуемым и подсознанием понимал, что все кончено.
В момент наисильнейшего отчаяния пришел он.
Мы уже были готовы переколотить друг друга, когда фонарики в наших руках одновременно погасли. Мы кричали, началась настоящая истерика. Кто-то плакал и звал маму, а я пытался заменить батарейки в фонаре. Пальцы были деревянными и дрожали, но спустя долгих две минуты я справился с этой задачей. Нестерпимо яркий луч фонаря осветил пустую комнату и Илью, что размазывал слезы по грязному лицу. Никого больше из друзей не было. Они просто испарились, не оставив даже следов. Я водил фонарем из стороны в сторону, но кроме Ильи, мусора на полу и влажных стен ничего не было. Вдруг я услышал жуткий звук, сложно кто-то с силой провел ножом по бетону. Мы с Ильей обернулись на звук. В душе еще теплилась робкая надежда, что это друзья так прикалываются, но где-то глубоко я понимал, что их уже нет.
Звук приближался. Мы с оставшимся другом переглянулись и не сказав ни слова побежали. Мусор лез под ноги, прямо на пути появлялись тупики, а арматуры, торчавшие из стен, так и норовили зацепить нас своими ржавыми пальцами. Но мы продолжали бежать взявшись за руки, падая и поднимая друг друга. Ускорения нам придавали грузные шаги, что мы не переставали слышать позади.
Было очень страшно.
Легкие горели огнем, кровь стучала в висках, руки были изранены мусором, а ноги дрожали от долгого бега. Сил не оставалось. Мы с Ильей свернули в боковую комнату и затаились. Шаги тоже стихли, словно тот, кто гнался за нами, решил дать двум мальчуганам возможность отдышаться. Казалось, что он играет с нами. Будто он охотник и знает, что его добыча уже не ускользнет. Я жадно хватал ртом воздух, а Илья продолжал безмолвно плакать. Вдруг, совсем рядом с нами я услышал четкий звук извлекаемого из ножен ножа. Мой отец - охотник и с этим звуком я очень хорошо знаком. Мы вновь помчались по нескончаемым коридорам и бесконечным комнатам. Тьма и шаги, что ни на мгновение не отставали, сводили с ума. Силы уже кончились и мы продолжали бежать вперед лишь надеясь, что вот-вот нам предстанет выход и мы спасемся. Но выхода все не было.
Рано или поздно даже надежда умирает.
Когда я был готов от долгого бега выплюнуть легкие и обессилено упасть, смирившись со своей судьбой, то увидел выход. Буквально еще пару десятков шагов и мы будем на свободе. В темноте лабиринта, что погубил моих друзей, свет от открытой двери был подобно маяку, дарующему веру в спасение. Мы с Ильей сделали последний рывок. Уже поднимаясь по лестнице, я неловко оступился и выронил фонарик. Он, как в замедленной съемке, падал по ступенькам вниз. Мы, словно завороженные падением фонарика, замерли на месте. Его луч озорным проказником скакал по станам и потолку. И в этом скачущем свете я увидел его.
Он был родом из ночных кошмаров или фильмов ужасов.
Его было бы сложно описать взрослому, не то что ребенку. Я увидел здоровенного двухметрового мужика. Точнее нечто, очень похожее на мужика, так как он словно состоял из теней и тьмы. Его лицо напоминало злобную маску из ужастиков, а в глазах было столько веселья и радости, словно он только что выиграл главный приз. В блике фонаря мелькнула вспышка ножа и Илья начал заваливаться назад. Я увидел растерянность в глазах друга, мол, как же так, вот он выход. Прямо из его груди торчало острие ножа. Мужик рывком сблизился с нами и рванул Илью на себя.
Я кричал и плакал.
Не помню, как добрался до дома и что говорил родителям. Этой же ночью вся деревня искала пропавших пацанов, но их так и не нашли. На следующий день со мной общались из милиции и какие-то врачи. Я ничего не скрывал и абсолютно все рассказал. Я понимал, что мне никто не поверит, но и скрывать правду я не мог. Вдруг это как-то помогло бы найти моих друзей. Меня даже водили к тому подвалу, вдруг бы это что-то прояснило. Но днем подвал оказался самым обычным помещением, без вечных коридоров и бесчисленных комнат. Там не было никаких следов - ни моих, ни моих друзей. Дело вызвало большой резонанс и к нам даже приезжали следователи с Москвы, но... Но моих друзей так и не нашли. Ни на следующий день, ни через неделю, ни через год.
Я скучаю по моим друзьям.
Прошло больше 20 лет, а я до сих пор ностальгирую по тем беззаботным временам. Вспоминаю наши покатушки на великах, посиделки у костра и игру в футбол, купания в озере и соревнования в рыбалке, школьную зубрежку и дележку девчонок, шутки и безудержное веселье. Я был счастлив и в тот злополучный день потерял не только друзей. Я потерял саму возможность быть счастливым. Душа моя не познает покоя, пока эта тайна будет преследовать меня. Я пытался сам вести расследование, но успеха не достиг. Не раз после случившегося посещал этот подвал, нанимал сыщиков и все безрезультатно. До сих пор я не знаю, что с ними случилось и куда они делись. Другой мир? Аномалия или маньяк? Хотя, теперь это не важно. Я готов отдать все, абсолютно все, что бы изменить тот день. Но прошлого не вернешь.
Но недавно они вернулись.
Сначала мои друзья пришли ко мне во снах. Теперь я вижу их в отражениях и тенях. Они зовут меня к себе. Хотят вновь кататься на великах и гонять мяч, они хотят сидеть у костра и смотреть на звезды. Они хотят вернуть мне счастье. Им не хватает только меня. Они не изменились. Такие же веселые и озорные пацаны. Я вижу огонек в их глазах, огонек настоящей жизни, который уже давно не вижу в своем взгляде.
Я хочу быть счастлив. Рюкзак собран, ехать предстоит не мало. Время двенадцать дня по Москве. Я больше не могу ждать, воспоминания и ностальгия сжигают меня изнутри. Сейчас допечатаю и выезжаю. Ждите меня, мои друзья. Я больше не хочу жить одними воспоминаниями.
- Предыдущая история