- Почему ты не улыбаешься? У тебя папа будет. И сестричка. Или братик, но я верю, что это девочка. Почему ты тогда не улыбаешься? Характер свой показываешь? Так я его ремнем легко поправлю.
- Дарья Константиновна, отойдите от Оли.
Подоспела Дарина.
Она к потенциальной свекрови доброжелательна, но дочь за дочку горой.
Оля гладила их домашнего кота Барсика, и тот мурчал в ответ. Оля, завернувшись в свою толстовку на 6 размеров больше, чтобы висела мешком, сидела в дальнем углу комнаты - за зеркалом, чтобы ее не разглядывали и не лезли с вопросами, но нет, и тут достали...
Барсика зашипел на Дарью Константиновну.
Зашипел, изогнулся дугой, и шерсть у него встала дыбом.
- Олю воспитывать надо, желательно - построже, а то она сидит, как лимон проглотила, и показывает, что мать свою ни во что не ставит. А отчима и подавно... Кота своего унеси!! - закричала женщина, испуганно отпрянув, - Вывезти его в промзону или в гаражный кооператив, что за лесополосой! В доме младенец будет, а тут такой монстр.
Небольшой котик снова замурчал, когда пугающая его женщина отошла.
- Дарья Константиновна, со своей дочкой я поговорю сама. И кот этот тоже мой!
- Распустились! - воскликнула женщина, - Когда я маленькой была, мы при старших все были, как шелковые. Рожали по пятнадцать детей, потом старшие за младшими смотрели, ухаживали, и не подумали бы родителям что-то поперек сказать, что им, таким господам, чем-то не угодили младшие!
По мнению Дарьи, надо улыбаться через силу.
Но выводы сделаны верные.
От Дарьи не укрылось то, что Оля маминой беременности не рада.
- У Оли в школе был кросс на 5 км и изложение по русскому, - Даня подошел к матери, - Она обессиленная, а не недовольная. Мама, отцепись от нее, пожалуйста.
Даня грубовато осадил мать.
То, что Оля не улыбалась, сегодня видели все, но у других хватило такта промолчать об этом. Да и их положение все понимали. Оля - дочь от первого брака, и Даня ей никто. Этого гости уже не знали, но и знакомство Дани с Олей протекало очень тяжело, нервно и со скрипом. Они делали шаг вперед и три - назад. Оля хотела жить только с мамой, вдвоем, а Дарина - найти хорошего мужчину. Желание-то нормальное, что ей, после развода, неприкаянной оставаться? Просто их желания не совпали.
Оля отчима выживать из квартиры не пыталась, но бродила по дому как призрак. Пряталась у себя в комнате. Истерик не устраивала и ультиматумов маме не ставила, но будто и не считала себя уже частью семьи... Улыбалась иногда через силу.
Мама звала ее с ними комедию посмотреть - Оля отговаривалась, что ей еще физику доделать надо.
Даня хотел расспросить ее о ее интересах и любимых школьных предметах - она отвечала, вся напряженная, сухо и по факту, как перед дознавателем. Когда он закончил спрашивать, живенько убежала в комнату.
Они мечтали, чтобы Оля включилась в их жизнь, а она все больше замыкалась.
Тут, кажется, был проблеск света, Оля даже на школьный спектакль пригласила не только маму, а их обоих, а потом эта беременность...
Оля и глазом не моргнула, когда мама ей все сказала, даже изобразила подобие улыбки, пересилив себя, но видно было, что улыбка дается ей через слезы, которые она так и не пролила, пытаясь быть послушной дочерью. Дарина видела. Видела, как угасает улыбка, и как потухла искра во взгляде.
Оля посчитала себя пятым колесом в телеге.
А мамина новоприбывшая свекровь все усугубила.
Дочка ходила по квартире, опустив голову. Перед Дариной она хорохорилась, но мама-то все-все понимала.
Даня нервничал из-за того, что нервничает Дарина, и уже злился на Олю. Все двигалось к тому, что он сорвется. Даня очень человечный, добрый, но характер у него непростой - может в запале наорать и наговорить разной ерунды, потом пожалеет, сам каяться будет, извиняться прибежит, но сделанного не воротишь...
- Маме рожать скоро, а ты ее доводишь своим молчанием и взглядом бездомной собаки!! Прекращай! Я, как отчим, тебе был не нужен, конечно, но, хочешь ты того или нет, а я уже здесь, и скоро у тебя будет брат, поэтому пересиль уж как-нибудь себя и начни вести себя, как дочка, а не как посторонняя, которую тут силой удерживают! На Дарине лица просто нет!
- Что я сделала? Я молчала!
- Да, ты молчишь, но так, будто похоронили кого-то вчера! У тебя настоящий траур!
Доигрались.
Зайдя в квартиру, Дарина застала уже кульминацию концерта.
Данин вспыльчивый характер дал о себе знать, и он накричал на Олю.
- Даня, Даня, Даня, - вмешалась Дарина, - И так наговорил уже прилично. Прекрати!
- Где это видано, чтобы дети за родителей решали, сколько детей будет в семье!
- Я не решаю за вас, сколько у вас будет детей, но я решаю, что мне чувствовать по этому поводу! - Оля больше ничего ему не сказала. Даже, когда он кричал на нее, молчала. Вот только эту фразу она и произнесла. Как к дочери, к ней претензий нет. Учится на отлично. Кружки посещает. К матери с истериками не лезет. Отмалчивается и все. Ну, так нельзя же человека заставить радоваться...
Позже к Оле зашла мама.
- Даня уже остыл... Он очень сильно раскаивается, Оль. Он раскаивается, но в чем-то он и прав, доченька. Обстановка у нас в доме такая... гнетущая. Так дальше продолжаться не может. Что мы будем с этим делать? За что Дане такая немилость? - спросила мама, - Ты понимаешь, что он теперь мой муж. Он живет с нами, это уже не изменится. Разве он кричал на тебя раньше? Прогонял тебя? Пытался встать между нами? Нет. Но ты таким запуганным взглядом на него глядишь, будто он в интернат тебя собирается отправить. В чем корень проблемы?
- Ни в чем, - Оля гладила Барсика.
Дарине начинало казаться, что коту проще договориться с Олей, чем ей.
- Ни в чем? Ты правда смотришь на нас так, будто у тебя траур, - сказала Дарина.
- Отчасти так и есть, - ответила ей дочь, - Траур по нашей замечательной жизни, когда были только ты, я и Барсик... и папу. Я не прошу, конечно, вернуть папу, ваш развод - ваше решение, но, если уж без папы, то хотя бы только вдвоем... Втроем. С Барсиком. Даня тебя у меня почти забрал. Теперь этот ребенок заберет тебя окончательно. Я пыталась улыбаться, пыталась это чувство перебороть, но все бессмысленно. Отпусти меня к папе.
Это шокировало.
Дарина переполошилась при мысли, что может потерять дочь, и тоже прикрикнула:
- Твой дом здесь! Ты живешь с нами!
И сама за это раскаивалась.
Но Дарина, однако, не восприняла просьбу дочери полностью всерьез, пока не позвонил ее отец. Марк.
- Почему я звоню, а Оля там шепотом рыдает и говорит, что все в порядке? Как ты с этим мужиком съехалась, так дочка сама не своя. Грустная всегда. Отмалчивается. Говорит шепотом, чтобы вы не слышали. Причем такое чувство постоянно, будто она перед моим звонком плакала часа четыре, а сейчас просто сдерживается. Я долго молчал! Но это последняя капля. Не знаю, что ты сделала с нашим жизнерадостным ребенком, но у нее будто всю радость отняли, - теперь накричал Марк. На бывшую жену, - Я уже в аэропорту. Вылетаю к вам.
- Как хорошо! Жить в Сеуле, в 8 часах лету, и при этом отчитывать меня за то, что я никудышная мать!
- В Сеуле я меньше года! И я предлагал забрать Олю, когда еще в Питере жил, но ты же возмущалась, что девочке нужна мать. А матери-то эта девочка нужна? Или новый муж - новый ребенок - новая жизнь?
Дарина его послала.
Для полного счастья тут не хватает только бывшего мужа. Ох, он-то не упустит такой прекрасный шанс доказать всем, что, как мать, она несостоятельна. Он-то не упустит свой звездный час! Еще, когда они разводились, он едва не отсудил у нее Олю, но тогда Оле было 9, ее мнение значило гораздо меньше, чем сейчас, а судья встал на сторону матери.
Тут-то Дарину осенило: Оле 14! Ее мнение в суде будет решающим! Если Марк прилетит забирать дочь, а она не отдаст, то он пойдет в суд и туда же потащит Олю, а при Олином настрое это будет катастрофа...
Руки похолодели. Олю у нее могут забрать. От неожиданно накатившего осознания Дарина аж присела.
- Мама, тебе плохо?
- Конечно, ей плохо, - завелся Даня, подслушивавший все разговоры, - Восьмой месяц, а вы ей такие эмоциональные качели устроили. Зачем пожаловалась отцу?
- Я не жаловалась...
Оля ни разу не пожаловалась. Не обмолвилась ни словом. Но ее задорный голосок за год постепенно сменился на тихий и жалкий шепот, и папа сам понял.
- Брешешь! Ты-то со своим разъездным папашей заграницу улетишь, по странам путешествовать, а как мать тут без тебя будет?? Она беременна! А ты не радуешься за нее, а нервы ей треплешь!
- А как мне заставить себя прыгать от восторга?
- Мелкая и капризная эгоистка, бездельница, которая обиделась, что перестала быть для матери центром вселенной! Не прыгаешь от восторга? Тогда ври! Ходи и улыбайся, но улыбайся убедительно, чтобы Дарину не огорчать. А на твои капризные выкрутасы мне вообще наплевать.
Оля хотела проскочить мимо него, чтобы попасть в свою комнату, но Даня схватил ее за плечо, по которому уже расползались лиловые отметины. Не рассчитал силу. Оля взвизгнула. Даня ее мгновенно отпустил и даже отступил на полшага.
- Оль...
- Оля, он случайно! - за время их перепалки опомнилась Дарина.
Дальше все было, как в тумане.
Даня схватился за голову, и уже он сползал по стеночке, не устояв на ногах, а Дарина уговаривала дочь выйти из комнаты. Оля забежала туда, закрылась и взвыла похлеще стаи волков!
Она хотела уехать с папой.
Дров в этот костер подкинул Марк. Он заявился утром. Заспанный после долгого перелета и раздраконенный несколькими неудобными пересадками. Дарина ему не открывала, пока он не сказал, что сейчас вызовет судебных приставов, якобы ему запрещают видеть дочь.
- Марк, сейчас не до тебя! - рявкнула Дарина, - Мы переругались, ты сюда добирался почти сутки и устал, так что мы все сейчас максимально взвинчены и можем наговорить лишнего. Приходи завтра, когда ты выспишься, а Оля успокоится.
- Успокоится? После чего?
Дарина искренне удивилась, что Оля не написала отцу про вчерашнее происшествие. Из комнаты она не выходила на "поговорить", только до ванной сбегала, и заперлась снова. Даже не поела. А отцу до сих пор не пожаловалась...
- Маленькое недопонимание, мы его скоро урегулируем, - приглушенно ответила Дарина.
Усталость обрушилась на нее всей своей тяжестью. С дочкой полный разлад, Даню мотает от раскаяния до праведного гнева и обратно. Еще и Марк подоспел, чтобы окончательно развалить их семью...
- Пропусти меня.
- Вы, уважаемый, здесь больше не проживаете, - сказал Даня, высунувшись из-за Дарины, - Пускать вас не обязаны.
- Я, Даниил, здесь никогда и не проживал. У меня есть, куда жену свою привести, - поддел его Марк в ответку.
Проснулась Оля, которая периодически засыпала, ведь ночью она тоже, как и ее мама, не сомкнула глаз. Проревела.
- Папа? Ты приехал из Кореи? Так долго летел, чтобы увидеть меня? - кажется, Оля не верила еще, что это реальность, - Папа!
На Дарину опять обрушилось осознание, что дочь может от нее уехать. Вообще многое сейчас для Дарины рушилось...
- Зачем пожаловал? - отодвинула она Олю от отца, взяв за плечо.
Оля не смогла сдержать крик.
- Что с плечом? - щурясь, спросил Марк.
- На физкультуре упала вчера, - без колебаний соврала Оля.
Какие бы конфликты у них ни были, но маму-то она тоже любит и не хочет, чтобы у нее были проблемы.
- Слабо верится...
- Папа, все хорошо. Ты прилетел за мной?
- Оля, ты не можешь переехать в другую страну... Об этом не можем быть и речи, - шепнула мама.
- Если тебя смущает именно переезд в другую страну, то у меня есть вариант поработать во Владивостоке, - сказал Марк, - Меня там ждут хоть завтра. Я улажу свои дела в Сеуле, могу полететь туда сразу с Олей, а оттуда уже во Владивосток. Управимся за неделю. Я и неустойку компании заплачу, чтобы не дорабатывать. Все для дочери. Как ты смотришь на это, Оль? Или я пока на удаленку перейду. Так тоже возможно.
- Пап, я хочу поехать с тобой! - говорила она отцу, а смотрел на маму.
Дарина пресекла эти разговоры:
- Нет. Ты никуда не полетишь. После развода я стала твоим опекуном, и мне лучше знать, что для тебя хорошо, а что - плохо! - и такая злая она стала...
Дарина отдавала себе отчет, что этим рычанием и категоричными запретами только отталкивает дочь, с которой и так они уже на разных полюсах, но ничего не могла с собой поделать...
- Не хочу тебя огорчать, Дарина, но раз Оля сама хочет поехать...
- Она пока что несовершеннолетняя и сама еще ничего не решает! Я тебя, Оль, никуда не отпущу.
- Зачем тебе так нужна дочь, если ты все равно рожаешь замену? - спросил Марк.
И это не случайная оговорка на нервах. Нет. Он отлично знал, что говорит, и зачем говорит.
- Оленька, мне никто тебя не заменит. Я буду любить тебя и брата одинаково, - сперва Дарина обратилась к дочери, но уже по глазам видела, что та ей больше не верит, - То, что произошло вчера, это недоразумение. Это никогда не повторится. Марк! - закричала она, - Зачем ты ее накручиваешь?? Приехал, чтобы дочь у меня отнять, когда понял, что у нас дома не все ладится? Для этого приехал? Ловишь момент? Не отдам я ее!
Дальше они говорили уже без дочери.
- Я ведь и в суд могу пойти, - ответил он, - Ты с этим ничего не сможешь сделать. И твой муженек, который уже готов кинуться в драку, тоже ничем не поможет. Дарина, я лез в вашу семью, пока у Оли было все хорошо? Ты требовала оставить ее тебе. Но ты больше не справляешься. Не смотри на меня взглядом "это просто сложный период". Когда этот период закончится? Ты скоро родишь. Все внимание будет доставаться младенцу, что естественно. Так, когда закончится этот период? Когда младший в пятый класс пойдет? Оле, кстати, будет 24, и она не будет тебе звонить, потому что такие обиды не проходят. Отдай ее.
- Нет. Говоришь, что хочешь, и пугай меня, как тебе вздумается, но я ее не отдам.
- Значит, суд.
- Суд всегда оставляет ребенка матери.
- Это если ребенок сам не попросит поехать с папой.
И он увел Олю погулять.
Дарина решила бороться, но наладить отношения с дочкой не представлялось возможным, потому что та не простила отчима. Двоякая ситуация. Как бы ее ни уговаривала мама, Оля стояла на своем - хочу поехать с папой.
Даже на колени встала, упрашивая.
Если она что-то такое в суде выкинет?
Борьба длилась до конца лета. И Дарина, у которой на руках уже был младенец, эту борьбу проиграла. Все предсказания Марка сбылись. После рождения Васи Оля совсем отошла на второй план, Дарина просто не могла уделять внимание всем, а Вася еще постоянно плакал, и дочь окончательно разуверилась в том, что здесь ее любят.
Опекуном стал Марк.
В аэропорту Дарина полчаса не выпускала дочь из объятий. Казалось, все потеряно...
Но неожиданно воодушевился Даня.
- Ой, я тебя умоляю - поживет у отца, поймет, как несладко без мамы-то, и сама через неделю попросится назад. Даже хорошо получилось, что Марк этот суд выиграл! Здесь бы Оля нам годами свои выкрутасы показывала, а с папой поживет - и все поймет мгновенно.
Прождали месяц...
За ним прошел и год...
Оля с отцом спелись. После развода он стал убежденным холостяком, так что живет в своей холостяцкой берлоге и в ус не дует. Больше детей ему не надо. С дамами встречается на нейтральной территории. Во Владивостоке он приобрел жилье, продав кое-что из недвижимости в другом городе. Живет он небедно, у Оли не только своя комната, но и все гаджеты, какие пожелает.
Оля опять расцвела. Звонит и своим задорным голоском рассказывает маме о последних событиях в ее жизни, а Дарина улыбается через силу...
В институт Оля поступила тоже во Владивостоке, правда к тому времени Дарина с Даней уже развелись, и мама опять приглашала дочь пожить с ней, поступить тут, но Оля, хоть их отношения и наладились, обратно не приехала.