Рита шла через парк, шаркая ногами по опавшему вороху листвы, то и дело спотыкаясь на узкой тропинке, так как вместо того, чтобы смотреть под ноги, оглядывалась по сторонам. Стемнело стремительно, уличные фонари, растянувшиеся вдоль дороги, лишь слабо освещали ее путь. Накинув капюшон, она плотнее закуталась в курточку, стараясь укрыться от пронизывающего ветра. Ей казалось, что пусть к гостинице длился вечность. Но, наконец, впереди замаячил долгожданный пункт назначения.
— Для полной радости осталось еще только заболеть и слечь на пару недель, — бурчала она себе под нос.
Сгущающиеся сумерки и хруст листвы под ногами создавали особую атмосферу — зловещую тишину, разрезаемую лишь ее быстрыми шагами. Когда она наконец добралась до входа, ее встретил тусклый свет вывески, и Рита с облегчением потянула дверь на себя. Внутри было тепло, но ощущалась легкая затхлость, как в местах, которые не видели ремонта годами. За стойкой рецепции сидела женщина средних лет, держа в руках старую книгу. Ритка могла бы поклясться, что, если бы не вывеска над входом, она бы решила, что заблукала и случайно попала в какое-то общежитие. Вид этого места оставлял желать лучшего, но выбора иного у нее не было.
— Добрый вечер, — с трудом выдавила из себя Рита, стараясь не подать виду, как сильно она замерзла, — мне нужен номер на ночь. Есть что-нибудь свободное?
Рецепционистка оторвалась от своей книги и взглянула на нее с недовольным прищуром, как будто ее прервали в самый неподходящий момент.
— С свободными номерами у нас не очень, — отозвалась она, не спеша, — сегодня как раз делегация приехала, все разобрали. Но, — добавила она, заметив, как лицо Риты потемнело, — остался один номер на самом верхнем этаже. И есть еще номер люкс. Не знаю, если он Вас заинтересует, — процедила та сквозь зубы, оценивающе разглядывая девушку.
— Давайте верхний этаж, — быстро согласилась Рита, чувствуя, как силы ее покидают, и единственное желание сейчас — скорее принять в ванную, лечь в постель и согреться. Она спокойно могла бы позволить себе люкс, но Рита не рассчитывала оставаться здесь надолго, а на одну ночь не было смысла тратить деньги впустую.
Женщина, протянув к ней регистрационный бланк, небрежно бросила фразу через плечо:
— Только лифт временно не работает. Придется пешком подняться.
Рита невольно нахмурилась, но возражать не стала. Проблемы с лифтом — это последнее, что могло бы ее напугать в этой ситуации. Когда она подписала документы, рецепционистка выдала ей тяжелый ключ с массивным брелоком и скрипнула стулом:
— Третий этаж, в конце коридора. Комната 45.
Поднявшись по холодной, едва освещенной лестнице, Рита все же почувствовала, как ее терпение начинает сдавать. Каждая ступень отдавалась в ногах неприятной болью, и казалось, что лестничные пролеты никогда не закончатся. Наконец, она добралась до двери и открыла ее с негромким стуком.
Комната встретила ее ледяным воздухом и приглушенным светом лампочки под потолком. Видно было, что сдавалась она не часто. Потому и отопление в ней не включалось. Она едва поставила сумку на пол, как побежала раскручивать батареи. Они зашумели, давая знать, что скоро в помещение станет тепло.
— Ууу, ну хоть ванна, а не душ. Полежу, расслаблюсь, хоть что-то приятное за сегодняшний день, — Рита прошлась по тесному пространству, стараясь разогнать холод, и войдя в ванную комнату, решила включить воду, чтобы та потихоньку уже набиралась.
В этот момент и случилось то, что окончательно вывело ее из себя. Сначала она услышала шипение, а затем из крана тонкой струйкой побежала ржавая вода.
— Ну и гостиница! — прошептала Рита, закатывая глаза, — где ж я так нагрешила в прошлой жизни, а?! — она громко выругалась и широким шагом пересекла в пару секунд всю комнату, хватаясь нервно за телефонную трубку.
— Алло! — рецепционистка подняла не с первого раза, но все же подняла, — у меня в номере ржавая вода. Да, с крана. А откуда она еще может по вашему течь?! Нет, я не могу подождать до утра! Вы издеваетесь? Я не знаю, что с этим делать! Не я здесь работаю, чтобы решать эти проблемы! Нет, я с вами ссориться не собираюсь, но, если через полчаса ситуация не измениться, будьте готовы к тому, что я вам уже завтра устрою такую рекламу, что вы разгребать будете лопатами! — Рита бросила трубку и, тяжело дыша от резкого прилива адреналина, просто расплакалась.
То что произошло за последние два дня, было выше ее сил. А ситуация в отеле стала последней каплей, которая попросту вывела ее оканчательно из равновесия. Будь то какой-угодно иной день, случай, ситуация, — Ритка бы никогда в жизни так себя не повела, но понять ее можно было, нервы действительно стали сдавать после всех пережитых эмоций. Как бы это не было парадоксально, но ее истерично-хамское поведение дало свои плоды. Видимо, ее слова и угрозы, что она там всем устроит, так сказать, кузькину мать, подействовали на персонал, так как они судорожно стали искать сантехника. Но как назло, время уже было позднее, тот уже был дома и не отвечал на мольбы коллег. Тогда рецепционистка вспомнила, что один из гостей, учился с ее младшим братом, приехал на пару дней, а по профессии он как раз таки и был тем, кого они искали. На их счастье, парень был в своем номере, более того, не отказал помочь им с “проблемной гостьей”.
Когда в дверь постучали, Рита уже окончательно остыла, даже чувствовала себя неловко, что накричала на рецепционистку.
— Да? — отозвалась она.
— Сантехника вызывали? — раздался голос.
Рита не сразу отреагировала на стук в дверь. Она все еще переваривала недавнюю вспышку эмоций и неожиданный поворот с ржавой водой. Подойдя к двери, она остановилась на мгновение, чтобы унять нервное дрожание в руках. Она уже приготовилась встретить какого-то старого, закопченного местного сантехника, но когда открыла дверь, ее взгляд наткнулся на молодого парня с привычно озорной улыбкой на лице. Парень выглядел не как мастер на все руки, а скорее как простой гость отеля, возможно даже турист. Но не это смутило ее — лицо его было слишком знакомо, чтобы она могла пропустить это мимо.
— Мишка? — внезапно вырвалось у Риты. Сердце на мгновение остановилось, как будто встретилось с призраком из прошлого.
Парень стоял с легким недоумением, пытаясь понять, что так задело девушку, пока наконец его глаза не расширились в удивлении. Он прищурился, пробегая взглядом по ее лицу, а затем расплылся в широкой, теплой улыбке.
— Рита?! Ничего себе! Ну надо же! — он засмеялся, энергично качнув головой, как будто не верил своим глазам, — какие люди! Сколько лет, сколько зим! Ты-то как здесь оказалась? Вот кого-кого, а тебя я тот точно не ожидал увидеть. Сама что ли?
Рита все еще не могла поверить своим глазам. Перед ней стоял тот самый Михаил, лучший друг ее жениха Виктора. Последний раз она видела его на свадьбе у общего друга, год назад. Миша несколько раз приезжал к Вите в гости, устраивали веселые посиделки. Витя много о нем рассказывал. Ребята ходили в один и тот же класс и в школе были “не разлей вода”. Потом вырасли, каждый пошел по своему пути и стали реже видеться. С годами их пути разошлись — Михаил был какое-то время за границей, даже практически обосновался там, а Витька еще пару лет сидел в родном городе, после чего уехал в столицу. Там они, кстати, спустя несколько лет и встретились, вновь стали общаться, но видится, как раньше, уже не позволял ритм жизни: у каждого свои дела-заботы, плотный график работы.
— Я... я здесь по делам, — пробормотала она, пытаясь осмыслить его внезапное появление, — А ты? Ты, если я правильно помню, своих перевез тоже в столицу, разве нет?
Мишка взял ключ и крутанул его в пальцах, пожав плечами:
— Да, все верно. А приехал я ненадолго, старых друзей навестить. Дом здесь в городе мы продали давно, а тут вот остановился в гостинице. У деда дача еще осталась, но, сама понимаешь, холодно уже, так что не стал там оставаться. Слушай, а ты чего так разволновалась-то? Что-то с номером не так? — его взгляд упал на ее взволнованное лицо.
Рита вспомнила о ржавой воде и о том, как недавно пыталась разобраться с рецепционисткой. Она смущенно улыбнулась, понимая, что теперь, когда перед ней стоит Миша, вся ситуация выглядит даже немного комично.
— Да, что-то с трубами не то, — вздохнула она, — я чуть не взорвалась тут полчаса назад, пока с ними по телефону спорила.
— Так значит, мне повезло, что я оказался под рукой! — весело подмигнул Миша, проходя в ванную комнату, — Не переживай, сейчас посмотрим, что там за проблема у тебя. Может, и не так все плохо.
— Так, а какие у тебя дела, говоришь? — невзначай спросил Миша, не подавая виду, что ему не терпиться разгадать эту загадку.
— Виктор вернулся домой, — внезапно ляпнула она, не удержавшись от ответа.
Мишка замер на месте, с удивлением подняв брови.
— Виктор? Домой? Да ты что! — отозвался он, — я бы знал, если б такое произошло. Мы ж с ним на связи были постоянно, хоть и не виделись долго. Да и с тех пор как он в город подался, сюда вроде не собирался… — Миша немного помолчал, а после того, как обмозговал услышенное, продолжил, — так а в каком смысле вернулся? Навсегда? Вы что, разбежались? Или…
— Долго объяснять, я сама не понимаю ни черта, — Рита почувствовала, как земля снова уходит из-под ног.
Михаил покачал головой и присел на корточки возле раковины, чтобы осмотреть трубу. Но, видимо, захотел обговорить ситуацию, потому что осторожно продолжил разговор:
— Знаешь, Рит… Витьке, конечно, в одном сильно не повезло — с семьей. Вернее с матерью. Нельзя так, конечно, говорить, но все же… Мать у него, тетя Тамара, женщина сложная. Отец-то от нее сбежал, не выдержал ее характера. Говорят, она его вконец замучила своим деспотизмом. Но с Витькой отец общается. Они, как ни странно, родственные души. Только Тамара всегда в стороне стояла, будто Витя — это ее проект, а не сын. Все под свой контроль брала.
Рита сидела, стараясь сосредоточиться на словах Михаила, но в голове все громче звучали мысли о матери Виктора. Казалось, будто всплывают все неприятные моменты, связанные с ней. От явного вмешательства в их отношения, все начало складываться в единую картину. Тамара была причиной того, что Витя не то что не хотел, он понятия не имел о том, что может, что ему нужно кого-то вспомнить. Слова Михаила о ее деспотизме только подтверждали догадки Риты. Она невольно вздрогнула, когда ее собеседник снова заговорил, отвлекая ее от неприятных мыслей:
— Но вот что я тебе скажу, — с теплотой продолжал Миша, смахивая пыль с рук после того, как отложил инструмент, — в одном Витьке, конечно, повезло — с тобой, Рит. Ты для него всегда была поддержкой. Это было видно даже тогда, когда мы в первый раз виделись на свадьбе. Помнишь? Он на тебя смотрел, будто ты — его смысл жизни. Такого тыла, знаешь, еще поискать надо.
Рита чувствовала, как внутри все сжалось. Мишины слова тронули ее до глубины души. Слезы подступили к глазам, но она сжала зубы, не позволяя себе расклеиться прямо перед ним. На сегодня истерик уже было достаточно. Да, Витя действительно был ей дорог. Она любила его всем сердцем, и эта мысль только еще больше ее колола.
— Я понятия не имею, что у вас там произошло, не мое, конечно дело, Рит, — продолжил Миша, осторожно, чтобы не задеть ее чувств, — Витьке нелегко приходилось, но он всегда мог на тебя положиться. Может, и зря он уехал в город, может, это его мать повлияла... но, Рит, ты для него — единственное, что действительно было настоящим. Это я тебе точно говорю.
Рита глубоко вздохнула, обдумывая, как лучше рассказать Михаилу правду. Слишком долго она держала это внутри, и все пережитое сейчас нахлынуло с новой силой. Ей нужно было выговориться. Она подошла к окну и, всматриваясь в пустоту за стеклом, начала говорить:
— Миша, знаешь, все гораздо хуже, чем ты думаешь, — она коротко взглянула на него, как будто проверяя, готов ли он услышать, — Витя не собирался оставаться здесь. Я уверена в этом почти на все сто процентов. Мы ведь говорили об этом… У него в городе были планы, дела. Да и все шло вроде бы неплохо.
Михаил нахмурился, слушая ее. Рита продолжила, чувствуя, как все напряжение последних дней находит выход в словах:
— Понимаешь, все изменилось буквально за несколько дней. Когда он уехал… я думала, что он просто решил отдохнуть от всего, навестить родню. Но потом получила это сообщение. На деле все оказалось абсолютно иначе. Он стукнулся головой. На пристани. И теперь… он ничего не помнит. Вернее, ничего не помнит обо мне, о нас с ним, все, что было до момента удара. А его мать, вместо того чтобы помочь ему все вспомнить, подливает масла в огонь, — Рита сделала паузу, чтобы собрать силы для следующего признания, — она сказала ему, что в городе у него ничего не получилось, что не было никакой работы, никакой жизни там. И что он якобы сам решил вернуться сюда.
Мишка застыл, переваривая услышанное. В его глазах мелькнула смесь удивления и недоверия.
— Ты серьезно? — тихо спросил он, хотя по его тону было ясно, что он уже начал понимать всю серьезность ситуации, — и Витя... не помнит тебя?
Рита молча кивнула, чувствуя, как слезы снова подступают к горлу.
— Он меня почти не помнит. И в этом, Миш, самое страшное. Я почти поверила, что он меня разлюбил, что ему просто надоело. Но теперь понимаю, что это не так. Все это — ее слова, — Рита сжала кулаки, стараясь справиться с волнением, — она буквально переписывает его воспоминания, как ей удобно. И мне страшно, что если ничего не предпринять, он так и останется с этой ложной картиной.
Михаил долго молчал, обдумывая услышанное. Потом тихо произнес:
— Это ж какой человек так поступить может... Чтоб собственному сыну память перекроить, еще и жизнь заново сочинить… — он покачал головой, словно не веря в то, что такое возможно, — это… даже для нее слишком.
Рита лишь покачала головой. Внутри ее все сжалось от напряжения и обиды.
Мишка чуть не уронил разводной ключ, когда Рита рассказала ему всю историю. Он даже присел на край ванной, ошарашенный новостями.
— Как такое вообще возможно? — выдохнул он, тряся головой.
— Я не знаю, как его вернуть, — пробормотала она, — но я не собираюсь сдаваться.
Миша решительно встал и бросил ключ в сумку с инструментами.
— Ладно, давай тогда вместе разберемся. Поехали завтра, найдем этого оболтуса. Посмотрим, как он выкрутится, когда увидит нас обоих.
Витя действительно, как Рита и предполагала, не скрывался ото всех дома. Они подкараулили его с утра, когда он выходил в магазин.
— Привет, Вить! — начал Миша с широкой ухмылкой, — ну что, узнаешь меня, а?
Виктор фыркнул, бросив взгляд сначала на одного, потом на другого, и усмехнулся снова:
— Нет, не помню.
— Ты издеваешься?! — выпалил Миша, — Лучшего друга тоже не помнишь?
Виктор на миг замялся, но потом улыбка сошла с его лица, и он стал серьезнее.
— Мать мне говорила, что не все вокруг друзья, — медленно сказал он, словно размышляя вслух, — эта девушка у нас вчера была дома, я помню, что было вчера. И мать мне все объяснила. Вы пытаетесь расстроить мое счастье с Аленой. Меня предупреждали. Чего вам от меня нужно?
Рита почувствовала, как у нее внутри все перевернулось. Она шагнула вперед:
— Совсем уже сдурел?! — возмутилась она.
— Рит, не надо, ты же видишь, он не в своем уме, — остановил ее Миша.
— Все. Хватит. Мне надо домой, — вмешался Витя.
Он развернулся и, не оглядываясь, пошел обратно к дому, оставив Мишку и Риту в полном недоумении.
Они остались стоять на месте, как две статуи, глядя вслед Виктору. Шок от его слов и поведения был настолько велик, что ни один из них не мог сразу ничего сказать.
Миша первым пришел в себя. Он хлопнул себя по лбу, как будто пытался выбить из головы непонимание, и вздохнул.
— Черт возьми, Рита, — произнес он, поворачиваясь к ней, — тут явно что-то не так. Он должен помнить. Мы не можем просто так оставить все. Должны быть какие-то триггеры, нужно найти рычаги управления.
— Наверное, — Рита механически кивнула, но потом резко замотала головой, — но как? Я же не заберусь к нему в дом и не буду махать нашей общей фотографией перед физиономией! — возмутилась она.
Мишка задумался. Будто у него созрел план, и теперь он был готов им воспользоваться.
— Нужно найти способ, чтобы Виктор вспомнил. Мозг, память… все это можно попробовать подтолкнуть, — начал Миша — но одно я могу гарантировать точно, так это то, что у нас есть одна карта в рукаве.
Ещё больше историй здесь
Как подключить Премиум
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.