Найти в Дзене
Счастливый амулет

Чужая кровь. Глава 26

"- Диана… ты меня прости, - начал вдруг свекровь, - Я понимаю, что трудно это забыть… сама вот до сей поры не могу забыть, как старая ведьма, мать муженька моего, меня изводила… А сама я не лучше! Правду тебе скажу, потому что знаю – терзаешься ты, за что я так… Да надумала я себе всего, что сыночку моему не пара ты… а вон как вышло всё, вижу теперь, хорошо Тарасу с тобой, любишь ты его!" Осенью началась у Дианы школа, такие милые и немного испуганные первоклассники пришли в её класс, и сразу же атмосфера наполнилась восторгом и теплом – потому что Диана познакомила класс со своим ассистентом и главным помощником – Рыжиком! Ребята тут же позабыли свои страхи и стеснение, окружили Дианин стол, на котором стояла банка с хомяком и засыпали её вопросами – а что он кушает, а как он спит, и не страшно ли ему одному оставаться ночью в пустом классе. Диана отвечала на вопросы, показывала, как рыжика нужно кормить, и как важно менять ему водичку в поилке. - У нас с вами будет дежурство, - говор
Оглавление

"- Диана… ты меня прости, - начал вдруг свекровь, - Я понимаю, что трудно это забыть… сама вот до сей поры не могу забыть, как старая ведьма, мать муженька моего, меня изводила… А сама я не лучше! Правду тебе скажу, потому что знаю – терзаешься ты, за что я так… Да надумала я себе всего, что сыночку моему не пара ты… а вон как вышло всё, вижу теперь, хорошо Тарасу с тобой, любишь ты его!"

Художник Млада Константиновна Финогенова
Художник Млада Константиновна Финогенова

*НАЧАЛО.

Глава 26.

Осенью началась у Дианы школа, такие милые и немного испуганные первоклассники пришли в её класс, и сразу же атмосфера наполнилась восторгом и теплом – потому что Диана познакомила класс со своим ассистентом и главным помощником – Рыжиком!

Ребята тут же позабыли свои страхи и стеснение, окружили Дианин стол, на котором стояла банка с хомяком и засыпали её вопросами – а что он кушает, а как он спит, и не страшно ли ему одному оставаться ночью в пустом классе. Диана отвечала на вопросы, показывала, как рыжика нужно кормить, и как важно менять ему водичку в поилке.

- У нас с вами будет дежурство, - говорила Диана ребятам, - Каждый ученик в свою очередь станет кормить Рыжика и ухаживать за ним. А сейчас мы проведём наш первый урок на улице, узнаем, какие деревья растут в нашем школьном сквере и будем наблюдать за ними – какие изменения происходят в природе, когда меняются времена года.

Как же она любит свою работу… Эти глаза, весёлые и любопытные, и бесконечные вопросы обо всём на свете! Всё здесь было настоящим, искренним…

А вот дома всё было не так хорошо, к осени по селу прокатился слух, что Григорий Осипович Суханов уехал вовсе не в командировку! И что жена его Галина скрывает от всех то, что муж подал на развод! Слухи ходили разные болтали и про то, что Суханов Григорий, партиец и первый борец и порицатель на собраниях, завёл себе молодую вдовушку, а может и не вдовушку, а вовсе даже молодую девицу, городскую и потому не очень порядочную!

Сам Григорий Осипович в доме больше так и не появился, хотя в сельсовет приезжал – написал какие-то заявления, подписал бумаги, да и отбыл куда-то, на расспросы не отвечал. Говорили, что должность в городе он всё же себе выбил, используя старые свои знакомства, получил служебное жильё и теперь все его думы были вовсе не о бывшей своей семье, а о том, как бы так устроить, чтобы переезд к нему Катерины не отразился на его репутации – ведь должность у него не абы какая была, в городском партийном комитете!

Что касается денег, которые так бережно хранила Галина Ивановна на сберкнижках и думала, что про одну из них муж не знает, то здесь она ошиблась. Подавая заявление на развод, Григорий заручился не только характеристикой на жену, описывающей её, как «человека с тяжёлым характером», и «не пользующегося в коллективе авторитетом и уважением в силу своего скверного характера». Он получил и справочки, указав что половина накопленных им и его женой сбережений принадлежит ему, как и дом, который ему остался от родителей, но он согласен поделить его на себя и жену – тех, кто есть в домовой книге, а остальные… Старший сын Павел прописан далеко, на севере, в вахтовом городке, а младший Тарас – в местном общежитии, да и вообще, живёт он с женой и площади вполне хватает на двоих…

Галину чуть удар не хватил, когда она получила письмо и узнала, что требует муж при разводе… Все её надежды на будущую жизнь рухнули, Гришка и теперь не давал ей дышать, душил, душил, чтоб поскорее убралась на тот свет и ему не мешалась! Потом смирилась, конечно, чего ж тут поделаешь… Видать судьба у неё такая, теперь ещё и на старости лет угла своего не останется! Всю свою жизнь, все силы положила она на этот дом, на хозяйство, и вот теперь к чему пришла – половина Гришкина, и хоть тресни, а он от своего не отступится!

Развод им не дали с первого раза, судья с сочувствием смотрела на бледную и худую Галину, в голубом платочке, повязанном по-старушечьи вокруг шеи, и с осуждением – на нарядного, благоухающего одеколоном и лощёного Григория. Дали время на примирение – целых три месяца, и Галина тяжело вздохнула – не скажешь же судье, что она убить Гришку готова, лишь бы освободиться от него навсегда!

После суда Григорий ждал жену возле здания суда. Поглядев на неё брезгливо, он поморщился и заявил, что готов отступиться от дома, если та отдаст ему все деньги. С двух сберкнижек.

- Это будет справедливо! – заявил он, свысока глядя на Галину, - Я всю жизнь работал и домой приносил львиную долю, так что – я тебе дом, живи, пользуйся, но и сам я не должен с котомкой одной на старости оставаться! А не согласишься – всё делить стану, до последней сковородки! Есть у меня специалист по таким делам, поможет!

- Жаль, что не отравила я тебя после свадьбы, - глядя на Григория, сказала тихо Галина, - А ведь думала, даже поганок раза два с боровиками пожарила… да пожалела, побоялась греха такого наделать и живую душу сгубить. Да зря боялась – нет у тебя души, и не было никогда!

Испуганно отшатнулся Григорий Осипович от жены, не думал он, что так глубоко она его ненавидит, считал, что бессловесная Галина давно уже осознала, что облагодетельствовал её Григорий, когда в жёны взял!

Тарас мать жалел, помогать ходил по дому, к ноябрю увёз скотину на бойню, деньги вырученные матери отдал. А сам тайком в Вершинино съездил, якобы к Сергею, обговорить первую осеннюю сессию… да только нужды такой не было, хоть и рад был Сергей другу, но на самом деле тайная цель у Тараса была, и недолго пробыл он у Сергея.

Катерина так и квартировала у старой бабки Степаненковой, работать не работала и на что жила – никто не знал. Поговаривали, будто справка у неё какая-то была, что пока по здоровью работать она не может, но, может врали местные сплетницы, кто знает. Ещё болтали, что в город Катерина частенько ездит, то сама, а то машина за ней приезжает какая-то, но когда бабку Степаненкову про то спрашивали, та начинала так сплетниц костерить, что каждая поскорее старалась отступиться, чтоб не слышать о себе и о родне, до седьмого колена…. Зла была бабка на язык, палец в рот не клади!

Когда Тарас узнал, что Катерина в город не уехала, а так и живёт в Вершинино, то засомневался… может и был у той роман с его отцом, но… она ведь молодая, и вон какая красивая, поди уж давно старика бросила! Пару раз прошёлся тогда вдоль палисада, сам не знал – для чего. Но тихо и пусто было во дворе старой Степаненковой, ни самой хозяйки, ни её квартирантки Тарас тогда не встретил.

Диана про эту поездку так и не узнала, Тарас решил, что не важно это, ни к чему обсуждать, ведь у них так всё хорошо! Зачем портить? Жизнь отца его больше не касается, ушёл и ушёл, скатертью дорога! Ничто его не волновало в этом случае, кроме денег на книжке и дома – вот за то, что отец требовал половину имущества, он сказал Диане, что у него больше нет отца. Причину правда не назвал – знал, что она к чужому имуществу относится, именно как к чужому! Бестолковая, что уж!

В конце ноября состоялся развод, и побоявшись остаться на улице, Галина Ивановна согласилась и отдала мужу деньги, осталось ей совсем немного, но видать такова цена её свободы, подумала она. А вернувшись домой – слегла. Да так, что две недели не могла встать с кровати, Тарас и Диана по очереди за ней ходили, давали лекарства, кормили.

Диана решила, что насильно милой ей не быть для свекрови, и просто приходила сделать свои дела – прибрать, приготовить, накормить больную. И если уж та не желала с ней говорить – она не будет противиться.

- Диан, слушай, я тут что подумал…, - начал как-то Тарас, был уже поздний вечер, и они собирались ложиться спать, день у них теперь был долгим и насыщенным, - Может нам к матери переехать? Будем у неё жить ведь не может она одна… я как подумаю, что она там одна лежит сейчас… И ночевать к ней каждый день ходить я не могу – так утром сперва у неё всё переделаешь, потом домой бежишь, а после ещё на работу. Да и я тут подумал… вот смотри, я даже в домовую книгу не вписан, и Пашка тоже, потому папаша и отхватил себе денег у матери! А так, переедем, пропишемся, и если с ней что… не дай Бог, конечно, но ведь всякое может случиться… то дом нам и останется.

- Ты знаешь, - Диана так удивилась такому предложению от мужа, что даже не сразу смогла говорить, - Я даже не знаю, что тебе и сказать… Ты видел, как она со мной? И это я только в гости заходила, а представь, что будет, если я там жить буду?! Да я даже в страшном сне такое не могу представить!

- Да она уже не так к тебе сейчас, - сказал Тарас, - Несколько раз спрашивала, как ты… Сказала, что старается тебе не говорить ничего, когда ты приходишь, чтобы не рассердилась ты. Говорит, что понимает, как была неправа.

- Нет, Тарас, жить туда я не пойду, ты сам понимаешь причину, - покачала головой Диана, - Она твоя мать я всё понимаю, но… нет. Я вот сижу, проверяю тетрадки, сама у себя хозяйка, а там? Как ты себе это представляешь?

Тарас покачал головой и не стал больше поднимать этот вопрос. А Галина Ивановна вскоре нашла в себе силы пережить своё горе и пошла на поправку. Как-то раз Диана шла после уроков к свекрови, чтобы как обычно прибрать и приготовить, утром там Тарас был, печь протопил, а теперь вот она идёт… что делать, не бросать же. Увидев издали что из трубы идёт лёгкий дымок, Диана обрадовалась – значит Тарас приехал пораньше, и ей не придётся одной быть со свекровью.

Но на пороге её встретила сама Галина Ивановна. Опираясь на палку от швабры, она стояла у зеркала и причёсывала отросшие волосы.

- А, Диана, пришла! – сказала свекровь, и будто даже обрадовалась, - А я думаю, чаю согрею… встала вот, вроде бы и легче мне. Садись за стол, почаёвничаем вместе.

Диана удивилась… столько приветливых слов в её адрес за раз? Да та ли это Галина Ивановна? Или лекарства так действуют… Но она решила не припоминать сейчас старых обид, что уж теперь.

- Вы присядьте, я сама налью, - сказала она свекрови, - Это хорошо, что вам лучше, но всё же пока лучше поберечься.

Они сидели за столом, чай дымился в чашках, Галина Ивановна с удовольствием пила напиток из блюдечка вприкуску с сахаром.

- Диана… ты меня прости, - начал вдруг свекровь, - Я понимаю, что трудно это забыть… сама вот до сей поры не могу забыть, как старая ведьма, мать муженька моего, меня изводила… А сама я не лучше! Правду тебе скажу, потому что знаю – терзаешься ты, за что я так… Да надумала я себе всего, что сыночку моему не пара ты… а вон как вышло всё, вижу теперь, хорошо Тарасу с тобой, любишь ты его! А что ещё мужику надо? Прости меня, дуру старую. Не стану тебя звать ко мне приходить, понимаю, неприятно это тебе будет… А за то что не оставила меня сейчас, и сыну помогала за мной ходить – спасибо тебе!

Диана не знала, что и думать, она уже так привыкла к их отношениям, что теперь не знала, как себя вести. Кивнула, ещё чаю свекрови подлила да спросила, принимала ли та микстуру, которую доктор назначил…

- Да, всё сделала, как доктор велел, - кивнула Галина Ивановна, и поднявшись пошаркала ногами в комнату.

Вернулась она с маленьким свёртком в руке, села на стул и с трудом перевела дух. За время болезни ослабла, тяжело ходить-то стало!

- Вот, это тебе подарок! Прошу, прими, и не гляди так, а то мне стыдно за прошлое ещё больше!

Развернув коричневую бумагу, Галина Ивановна достала бархатную коробочку, а открыв её извлекла оттуда золотую брошку в виде птички.

- Это Гришка мне подарил, ещё до свадьбы, когда замуж звал, - сказала Галина Ивановна севшим голосом, - Я сперва выкинуть хотела, да так стало жаль… красивая вещь, ведь кто-то над ней трудился, все пёрышки выводил… Сама я не смогу её носить, ты понимаешь, а ты… может оденешь когда… А если нет – так продай кому, она золотая.

- Галина Ивановна, спасибо! Брошка очень красивая! – Диана прикрепила её к кофточке, - Давайте я её возьму на время, поносить, покрасоваться, а после вам верну. Ведь память…

- Да кто бы мне её отшиб, память эту! – махнула рукой Галина Ивановна, - Тебе к лицу, носи. Ты красивая, молодая, самое время украшения носить. А ко мне не ходи больше прибирать-то, я уж сама… Лучше на чай приходи, когда сама захочешь.

Диана шла домой в полном недоумении. Галину Ивановну ей было очень жаль… это какое же горе выпало ей пережить, чтобы так вот измениться… Видать пока лежала она больная что только не передумала. Может у них в семье и наладится всё, ведь больше никого у них и нет родни, они и есть вся тут семья.

А Тарас обрадуется, думала Диана, когда узнает, что такой вот разговор у них со свекровью состоялся. И птичка эта золотая тоже очень красивая!

Продолжение здесь.

От Автора:

Друзья, рассказ будет выходить ежедневно, по одной главе, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.

Навигатор по каналу обновлён и находится на странице канала ЗДЕСЬ, там ссылки на подборку всех глав каждого рассказа.

Все текстовые материалы канала "Счастливый Амулет" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.