- Подожди, – и Светлана спросила, как будто это было самое важное, – Ты мне присылал такие красивые фотографии, а на самом деле здесь полный треш... Что это?
Алексей помолчал пару секунд:
- На свете есть такая вещь как фотошоп.
- Понятно. Значит ты считаешь, что я неспособна была понять происходящее...
- На тебя и так свалилось слишком много всего. И тут я, с нашей семейной драмой...А покажи я тебе просто это захолустье, без пояснений, ты бы сразу решила, что сюда ехать не стоит, начала бы отговаривать...
Такой момент был между ними в первый раз. Когда прервалась беременность Светланы – им обоим было горько, но подобного отчуждения не было и в помине. Теперь же Алексей смотрел жене в глаза, и она понимала, что говорил этот взгляд. «Я не мог поступить иначе, как бы ты на меня ни обижалась, и что бы ни решила сейчас делать – выхода у меня не было».
- Дядя Алеша, – окликнул мужа старший из мальчишек, – Может, пойдем на ту площадку, где на скейтах катаются?
Почему-то именно в эту минуту Светлана поняла, что муж ни солгал ей. Это были не его дети. И та женщина, к которой он приехал, даже не делала попыток связать их всех в одну семью. Для мальчишек мужчина оставался «дядей Алешей».
Алексей взглянул на часы:
- У вас там дома мама с ума сойдет. Она сказала, чтобы мы пришли к обеду. Мы же договорились, что не будем ее сейчас пугать и расстраивать.
Старший парнишка кивнул с серьезным видом, как взрослый.
- Как их зовут? – спросила Светлана.
- Старший Никита, младший – Игорек. Младший на отца очень похож. Геннадий называл его «моя маленькая копия».
Домой они шли, невольно разбившись на пары. Ребята впереди, муж с женой сзади.
- Три раза в неделю, по четыре часа я работаю в клинике, – говорил Алексей, – Остальное время на удаленке дома. Собственно, я секретарь профессора. У Олега Сергеевича куча работ, которые нужно привести в порядок. Там и статьи, и таблицы, и графики....Многое начерчено от руки, с компьютером он так до конца и не подружился. Мне нужно это систематизировать, что-то просто подготовить в электронном варианте, что-то отослать в журналы для публикации.
- А в клинике?
- Там не так уж много больных, которых мне поручили. А те эксперименты, о которых я тебе говорил раньше....они касаются гипноза....
Рассказать подробнее Алексей не успел. Они пришли. Теперь, после того, что она увидела своими глазами, Светлана готовилась к самому худшему, к тому, что им придется поселиться к какой-нибудь трущобе. Но это был действительно коттедж, с большой верандой, заплетенной виноградом, с розами вдоль садовой дорожки...Старый, но ухоженный коттедж.
Алексею отвели здесь две комнаты – спальню, полутемную, с окнами, выходящими на северную сторону – и в сад. И совсем маленький кабинет, напротив, светлый и солнечный. Здесь нашлось место только письменному столу, ноутбуку и креслу с высокой спинкой.
- Особых удобств предложить не могу, – Алексей поставил сумку Светланы в спальне, – Разбирай вещи, устраивайся. Но если честно, мне будет спокойнее, если ты будешь здесь. Так я смогу приглядывать за вами всеми.
Марина прибежала примерно через час. Именно прибежала – сначала хлопнула калитка, потом раздались торопливые шаги. Светлана уже знала – Алексей рассказал – что Марина работает в пошивочном цехе, что открылся в здании бывшей школы. Раньше, когда народу в городке жило много, школ тут было две, а теперь ребят с трудом и на одну набирается. Старая школа стоит с выбитыми на верхних этажах окнами, а на первом этаже работаю швеи...
- Так она почти моя коллега....
Светлана ожидала увидеть хрупкую женщину, которую так легко запугать, сломать, которая очень нуждается в чужой защите. Но Марина оказалась совсем иной. Невысокая, крепко сбитая, вьющиеся темные волосы до плеч, приятное лицо. Чувствовалось, что она не боится жизни, и привыкла полагаться сама на себя. И только в глазах ее, когда она увидела Светлану, мелькнуло что-то затравленное.
Мальчишки бросились к матери, позже это продолжало удивлять Светлану – троица встречалась всегда как после долгой разлуки. Марина поставила разогревать обед. И Светлана не могла не оценить вкусную домашнюю еду – борщ, голубцы, даже печенье.
- Все эти домашние хлопоты отвлекают, – Марина поняла, о чем думает гостья, – Когда я дома, то все время что-то делаю: глажу или пеку, или работаю в огороде. Иначе можно сойти с ума от тревоги и неопределенности.
Остаток дня прошел на редкость гладко. Накормив семью, Марина вновь поспешила на работу, Алексей ушел к себе в кабинет – его ждали бумаги, Светлана же в охотку читала мальчишкам, а потом смотрела вместе с ними фильм. Ребята оказались совсем не капризными, воспитанными, привыкшими к дисциплине.
- Соберите свои игрушки, – говорила Светлана, – Мама не похвалит вас за такой бардак...
И ребята безропотно принимались наводить порядок к своей комнате.
После ужина Светлана помогла Марине помыть посуду, а когда дети уснули, хозяйка позвала гостью посидеть в кухне, выпить чаю и поговорить. Только теперь Марина могла не торопиться – она заваривала душистый чай, расставляла на столе чашки, блюдца. Но Светлана заметила, что молодая женщина не один, а несколько раз подошла к входной двери – проверить, заперта ли она, точно самой себе не доверяла. Потом Марина плотно задернула шторы на окнах.
- Знаешь, я очень редко рассказываю о прошлом, – наконец она села, взяла дымящуюся чашку, – Но Алексей столько для меня сделал, что... Я хочу, чтобы ты всё это знала, чтобы у тебя больше не возникло даже тени подозрений...
...Марину с Геннадием познакомила ее подруга. После школы девушка почти сразу вышла замуж, а во время свадьбы приложила определенные усилия, чтобы свидетель и свидетельница как можно больше времени проводили рядом друг с другом. После этого Геннадий несколько раз созванивался с Мариной, а потом позвал ее на свидание.
- Знаешь, я ведь не влюбилась в него, – призналась Марина, переходя «на ты», – Просто так получилось.... Подружки одна за другой создавали семьи, распалась наша «девчачья команда», Геннадий за мной ухаживал, ну я и подумала – схожу-ка замуж, посмотрю, как оно там. ... Не понравится – так разойдусь, только и всего. Через некоторое время я поняла, что мне повезло даже больше, чем другим девчонкам. Они со своими мужьями ссорились, порой даже скандалили, жаловались мне по телефону, на то, что супруги им не помогают, или помогают мало, что не хватает денег, а кому-то негде жить, только снимать. Упоминали свекровей со своими «погремушками».
У нас же всё было... Как тебе сказать... Спокойно. У Геннадия свой дом в частном секторе, зарабатывал он неплохо, было у него и хобби – вырезать скульптуры из дерева. Неплохие, их периодически покупали. И еще – между нами очень редко бывали разногласия. Обычно, Геннадий не спорил, соглашался поступить по моему. А уж если он на чем-то настаивал – я понимала, значит, а этом он разбирается лучше, и тут уже стоит уступить мне.
Родился Никита. Ну, ты представляешь, как может уставать молодая мать, и тут я еще раз оценила своего мужа. Он не сваливал все заботы на меня. Мог и посидеть, понянчиться с ребенком, чтобы я выспалась. Ходил по магазинам, а позже стал гулять с сыном.
В ту пору у наших соседей пропали девочки-близнецы. Ужасно, конечно, тем более – девчонок так и не нашли. Но с другой стороны – тут не было ничего удивительного, и многие, наверное, думали, что так оно и должно было кончиться. Неблагополучная семья, родители злоупотребляли, часто забывали о детях. Накормлены ли девочки, почему задерживаются – ведь на улице уже темнеет.... У этих папы с мамой подобных вопросов не возникало. Не пришли ночевать? Значит, дочки заночевали у подружки... Их даже искать начали не сразу. Но поиски не дали результатов.
Но что бы там ни говорили об этой семейной чете – мне все равно было очень жаль родителей. И я не раз думала – как хорошо, что Никитка все время под присмотром отца. Геннадия тоже впечатлила эта история и он в свободное время не отходил от сына.
Потом на свет появился Игорек. Мне уже хотелось девочку, но вот такая судьба – снова мальчишка. Геннадий оставался хорошим отцом, внимательным мужем, но.... В нашем городе время от времени исчезали дети. И ....скажу я тебе... Живым не нашли никого. Не было ребенка, которому удалось бы убежать, и он мог бы потом свидетельствовать – меня, мол, позвал вот этот дядя.
Я не знаю, по каким причинам полиция стала подозревать моего мужа, как они на него вышли...Но следили за ним долго, шла подготовка к опер-ации. А день, когда его взяли, стал для меня полным шо-ком. Я не верила, что все эти преступления совершил он. Я думала , что в человеке, способном на такое, должен быть какой-то стержень, страшный стержень. А мой тихий, серый, незаметный муж ничего подобного сотворить просто не может.
Не всё удалось доказать, но и собранных материалов с лихвой хватило, чтобы дать Геннадию большой срок. Я сразу поняла, что нам нельзя оставаться в родном городе, надо уезжать. Никто не верил, что я не знала ничего о происходящем, все думали, что я покрывала Геннадия, а теперь просто хочу избежать наказания, прикидываюсь невинной овечкой.
Я потеряла работу – меня вынудили написать заявление по собственному желанию. Жить стало не на что. Но еще хуже было то, что я знала – мои дети не смогут спокойно расти в такой обстановке, они всегда и для всех будут изгоями.
Тогда мне и стал помогать Алексей. Мы с мальчишками переехали, далеко, за две тысячи километров, обосновались в большом городе. Я наивно надеялась, что это – лучший вариант. Во-первых, тут проще с работой для меня. Во-вторых новости быстро сменяют друг друга, и скоро про моего мужа никто тут и не вспомнит. И, наконец, в-третьих – в большом городе нас не так просто будет найти. Потому что после того, как люли узнали о моем муже – нам с мальчиками грозили многие, очень многие. И близкие тех, кто пострадал от его рук, и просто, так сказать «неравнодушные».
Но самое страшное было впереди. Когда Геннадий сбежал – вот тут я думала, что сойду с ума. Как ему это удалось? Но факт остается фактом. Бежало их несколько, а Геннадия так и не поймали.
Вот тогда Алексей и стал для нас главным спасителем. К тому времени у него уже была ты, он женился. И я боялась вмешивать его во все это... Но он сказал, что все равно не оставит нас с детьми. Я сменила фамилию – взяла мамину девичью, ребятам выписали новые свидетельства о рождении. И Алексей привез нас сюда, в это Богом забытое место. Мы договорились, что будем тут жить, пока Геннадий не окажется там, откуда он сбежал.
Кажется, что здесь – абсолютная тишина, любой новый человек тут сразу будет заметен. И еще – нас с ребятами опекает семья этого самого профессора – Олега Сергеевича. Я всегда могу обратиться за помощью, сын профессора, тоже врач, стал для нас настоящим «другом дома». Какое-то время я надеялась на то, что Геннадий после побега затаился, что он оставит нас в покое, будет вести свою жизнь, стараясь, в первую очередь не попасть снова в руки правосудию.
Но потом он написал письмо. Нашей общей знакомой. И пообещал, что все равно отыщет нас. Теперь я боюсь разлучиться с детьми даже на минуту. И так совпало, что у Алексея появилась возможность как раз сейчас приехать в наши края, пожить с нами какое-то время. Мне очень неловко, что ты ни о чем не знала, и даже подумала, что мы....Могу поклясться тебе чем угодно, между нами никогда не было ничего, похожего на роман. Я безоговорочно слушалась Алексея – и только.
Светлана машинально помешивала ложечкой остывший чай. Потом спросила:
- Неужели ты и вправду ни о чем не подозревала?
- Ни о чем, – твердо ответила Марина, – Ты не представляешь, как я себя сейчас виню за это. Даже мальчишки... Никита несколько раз говорил мне, что боится отца. Я думала, грешным делом, что он не всерьез... Ну, какая-то мелочь. Может, Генка голос на него повысил или даже шлепнул. Я спросила: «Тебя папа что, обижал?» А он так шепотом, будто большой секрет мне доверяет, говорит: «Папа страшный».... Видишь, ребенок оказался наблюдательнее меня.
А сейчас, когда я оглядываюсь назад, меня дрожь охватывает – с каким человеком рядом я прожила столько лет. Он же способен на что угодно.....
- Я тебя понимаю, лучше чем кто бы то ни было, – сказала Светлана, – Когда я была маленькой – я потеряла сестру. Ее так и не нашли. Но с другой точки зрения, я в твоем случае могу встать и на позицию близких.... Если ты знаешь, кто виновен, то желаешь и этому человеку, и всем родным его .... Ну, ты сама понимаешь....
Марина закусила губу:
- Если хочешь, я могу попытаться.... Попросить Алексея уехать. Ему небезопасно быть тут – рядом с нами.... Я понимаю, что ты на это сердишься....
- Он не уедет, – сказала Светлана, и решила, наконец, переменить тему, – У вас тут на горе стоит такой красивый дом.... Он старинный или под старину...Кто там живет?
- Его вроде бы сдают, или продают....Он долго стоял пустым. Но сейчас, я слышала, там уже кто-то поселился.
Продолжение следует