"... Помощь Теймура действительно потребовалась, но не физическая или моральная, а материальная. Владу уже было восемнадцать лет. За причинённые телесные повреждения средней тяжести он бы ответил по всей строгости закона..."
Читайте: Не по любви
В тот день Теймур вернулся из школы раньше, чем обычно. Отменили два последних урока из-за болезни учителя. Его встретила Инна, которая уходила на производственную практику ни свет ни заря, но и возвращалась раньше всех. Она только поздоровалась с двоюродным братом и ушла в свою комнату с книгой в руках. Инна любила читать, записалась в городскую библиотеку и постоянно ходила с книгой в руках по дому, пока не было матери. Тётя Лена считала, что чтение - это бесполезное времяпрепровождение. Лучше заняться чем-то полезным, а не сидеть с книжкой. Сейчас же, пока мамы не было, Инна могла насладиться чтением и окунуться в вымышленный мир вместе с героями произведений.
Первым делом Теймур взял широкую шуфлю и отправился чистить снег, которого за день намело довольно много. За калиткой лежали самые настоящие сугробы. Про себя парень отметил, что в ближайшие дни на каток им с Милой точно не пойти, и начал усиленно махать шуфлей, делая дорожку от калитки до крыльца. За этой работой застала его Мила. Выглядела она немного растерянной.
- Привет! Я проходила мимо и увидела тебя! Пойдём сегодня на стадион?
- Так кататься будет невозможно,- ответил Теймур остановившись. Он поставил шуфлю возле штакетника, а сам вышел к Миле, про себя отметил, как же она хороша в своей куртке голубого цвета, которая сливается с глазами, делая их ещё более выразительными.
- Может, наш физрук и ребята расчистили место для катания, хотя всё ещё метёт, что всё равно весь лёд будет занесен. Значит, не пойдём?
- Давай просто погуляем, - предложил Теймур. Ему очень хотелось взять Милу за руку и просто идти с ней по дороге вдоль заснеженных деревьев.
- Давай! - с радостью ответила она. - Тогда до вечера?
- В шесть я зайду за тобой, пойдёт? Или это уже поздно?
- Наоборот, я как раз к этому времени успею выполнить домашку по математике и русскому, - ответила Мила. - До вечера!
Пока голубенькая курточка не исчезла из вида за поворотом, Теймур не мог продолжить работу. Зато потом принялся махать шуфлей так, как будто это было всего лишь лёгкое пёрышко. Краем глаза, когда в какой-то момент повернул голову, Теймур заметил Никитина Вадима. Тот куда-то спешил по дороге, ведущей на остановку. В последнее время они мало общались и редко виделись. Став студентом, Никитин стал более серьёзным. Был занят своими делами, и Теймур не замечал, чтобы соперник проявлял интерес к Миле. Она тоже никогда не заговаривала о Вадиме, как будто тот никогда не пытался ухаживать за ней и не дарил ей цветов.
Посмотрев на широкую дорожку от крыльца до калитки, плавно переходящую в дорогу на переулке, Теймур пошёл домой. Не только Миле задавали домашнее задание, но и ему тоже. Русский по-прежнему давался "не очень", зато по биологии учительница подготовила его к городской олимпиаде, где он занял третье место.
Тимур сидел за письменным столом, когда входная дверь открылась, а потом захлопнулась с такой силой, что, казалось, в хлипких рамах в коридоре зазвенели стёкла. Он вскочил с места, всем нутром почувствовав, что сейчас услышит нехорошие новости. В голове промелькнуло, что тётя Лена до вечера сегодня на работе и вернётся поздно, значит, вернулись Инна или Влад. Кто-то из них сейчас расскажет неприятное.
В коридоре на длинной скамейке сидел двоюродный брат, опустив голову. Он смотрел в пол не моргая.
- Влад, что с тобой? Тебе плохо?
Брат ничего не ответил, продолжил смотреть в одну точку. Казалось, что он сейчас ничего не видит и не слышит. Теймур хоть и не услышал ответа на своё предложение дать кружку воды, быстро подошёл к питьевому ведру (так его называли дома), где была колодезная вода. Влад протянул руку, и в этот момент в коридоре появилась Инна. При виде сестры он очнулся и спокойно произнёс:
- Он тебе больше тебя не обидит. Я его хорошенько проучил.
Инна сразу поняла, что речь идёт о Кирилле, потому что спросила:
- Кирилла? Что ты с ним сделал? Он хотя бы жив?
- Не волнуйся, такое г....о, как он, живучее. Подлечат его и будет дальше ходить и здравствовать. Только к тебе не подойдёт, я уверен. Побоится.
Теймур внимательно слушал их разговор, понимая, что он многого не знал о жизни двоюродных сестры и брата. Теперь стало понятно, почему Влад стал тихим и задумчивым. Наверняка он обдумывал, как отомстить обидчику сестры. То, что Инну обидели, Теймур понял из их разговора. Он только спросил:
- Ты хоть не сильно его...Ну...
- Думал, что сильно не буду, но он оказался крепким. Хорошо, что у меня с собой камень был. Иначе мне бы никогда одному не справится.
- Какой камень? - испуганно спросила Инна. - Не тот ли, что на бочке с капустой лежал?
- Он самый.
- Так это же булыжник самый настоящий. Как ты только его дотащил?
Прошёл всего час, а может, немного больше времени, когда возле их дома остановилась машина чёрного цвета. Раздались чьи-то голоса. Теймур выглянул в окно и увидел солидного мужчину, чем-то похожего на отца Никитина Вадима. Инна, которая тоже подошла к окну и увидела, что незнакомец уже открыл калитку и направляется к ним по расчищенной Теймуром дорожке, подбежала к двери и заперла её.
Раздался стук, потом просьба открыть дверь, а затем посыпались угрозы. Мужчина кричал, что за его сына он горой и что от Влада и мокрого места не останется!
- Откройте! Мы с ним поговорим, - попросил Влад. Похоже, ему самому было абсолютно всё равно, какая участь его ждёт. Он защитил сестру и готов был за всё ответить.
- Уйдите, иначе я вызову милицию, - наконец-то нашёлся Теймур.
- Я сам это сделаю, - кричал мужчина. - Этот ще....нок у меня за всё ответит.
- И Ваш сын тоже. Моя сестра подтвердит, как он ей прохода не давал, как запугивал и как приставал. Между прочим, и свидетели имеются. Так что подавайте заявление! - осмелился сказать Влад. Он не кричал, говорил спокойно, решив, что будь что будет. Наверное, слова Влада подействовали отрезвляюще на незнакомца. Он выругался и ушёл, обещав вернуться и поговорить.
Влад больше не хотел ни с кем разговаривать и пошёл в комнату, попросив Теймура пока не приходить. Пришлось собраться раньше и пойти к Миле, чтобы вместе с ней отправиться на школьный стадион. Теймур подошёл к калитке в надежде, что ему не придётся стучать в окно. Надеялся, что Мила сама увидит его и выйдет. Залаяла собака - и в окне показалась маленькая Маша, сестра Милы. Она заулыбалась, увидев Теймура, и скрылась в комнате, а через пару минут на крыльце показалась Мила.
- Ты чего так рано? Договаривались ведь в шесть?
- Я подожду тебя. Как справишься, выходи.
- Я скоро буду. Мама сказала, чтобы я поела, а так не выпустит меня из дома.
- Жду тебя на большой дороге.
- Хорошо, - кивнула она и быстро скрылась за дверью. Теймур пошёл вдоль домов, а затем вышел на дорогу и остановился возле деревьев. Смотрел на красивый зимний закат и думал, что недооценивал своего двоюродного брата. Представил себя на его месте и подумал: наверное, и он поступил бы точно так. В реальность его вернул Вадим, который шёл по дороге в сторону переулка.
- Чё стоишь? Милу ждёшь?
- Да, а что?
- Так спросил. Пойдёте с ней круги нарезать вокруг стадиона? Будете за ручку ходить, как дети малые?
- Тебе какая разница? - с вызовом ответил Теймур. - Ты идёшь своей дорогой, вот и иди.
- Смотрю, что ты осмелел. Думаешь, что здоровый, так я тебе ответить не смогу? Просто связываться с тобой неохота, чурка!
Произнёс последнее слово Вадим с пренебрежением. Теймуру захотелось ответить. Наверное, Вадим этого ждал, потому что уходить не спешил. Но Теймур сдержал себя, хоть это было и трудно. Просто отвернулся и пошёл своей дорогой, не понимая, почему Вадим так вызверился. Ведь уже давно вообще не трогал его, проходил мимо, а здесь готов был наброситься. Понятно, что это всё из-за Милы. Не хотелось Никитину мириться с тем, что все его старания по завоеванию Милы пошли прахом. Она всё равно выбрала Теймура, хотя, если Никитин при встрече на улице угощал её шоколадками или конфетами, не отказывалась, считая, что в этом нет ничего такого.
Теймур шёл вперёд не оборачиваясь под голос Никитина. Когда тот замолчал и пошёл в другом направлении, Теймур повернулся. Он видел удаляющуюся фигуру соперника, навстречу которому в своей голубенькой курточке и беленькой шапочке шла Мила. Как только она поравнялась с Вадимом, остановилась. Теймур подумал, что, наверное, это Никитин специально её остановил и о чём-то расспрашивает. Мила пришла и сразу извинилась.
- Ты почему такой расстроенный? Не обижайся, пожалуйста. Меня Вадим задержал, спрашивал, куда мы с тобой направляемся.
- Я видел, что ты с ним стоишь и разговариваешь.
Мила сама взяла Теймура за руку, и они вместе пошли на школьный стадион. Правда, Теймур каждую секунду думал о брате. Вся случившаяся ситуация не выходила у него из головы. Мила заметила, что он встревожен, поинтересовалась, в чём дело.
- Неприятности у нас семейные. Мне домой нужно пораньше вернуться. Кто знает, может, моя помощь потребуется...
***
Помощь Теймура действительно потребовалась, но не физическая или моральная, а материальная. Владу уже было восемнадцать лет. За причинённые телесные повреждения средней тяжести он бы ответил по всей строгости закона. Кирилл провёл некоторое время на больничной койке, но вместе с родителями был готов все обиды оставить "в прошлом". Разумеется, не просто по доброте душевной, а за приличные деньги.
Что творилось в это время в доме, Теймур даже и говорить не хотел. Тётя Лена билась в истерике. Дядя Андрей, который явился в город после того, как узнал от жены, что произошло, носился с ремнём по дому, пытаясь воспитывать сына, а потом и всех остальных. Бедная Инна плакала, закрывшись в своей комнате, а Теймур и Влад пытались успокоить разбушевавшегося родственника, больше всего от которого доставалось его жене. Во всех бедах и неприятностях Андрей считал виноватой Елену. Она плакала, а Теймуру, видя, в каком состоянии тётя, было её жаль. Теперь он понимал, почему бабушка не оставила дочь без наследства. С мужем ей , и вправду, жилось вовсе не сладко...
- Где взять деньги? Где? - причитала тётя Лена. - если посадят тебя, сынок, то всё, перечёркнута твоя биография. Пятно, считай на всю оставшуюся жизнь!