Все удивленно уставились на Катарину, насколько это позволял туман.
- Что вы сказали?.. - переспросила Аделина. - Это из-за вас лорд Кардье поднял мятеж? И... как это понимать?
Женщина шла вперед, глядя себе под ноги.
- Ох и не люблю я разглашать всякие интимные подробности о своей жизни... Но раз уж так дело обернулось, то ничего не поделаешь - расскажу. Только учтите, что то, что я вам расскажу - лишь мои предположения. Может быть я права, а может и нет...
Катарина вздохнула и нехотя начала рассказ.
- Я с детства была вот такая, как сейчас. Другие девчонки сидели дома, учили стихи, этикет и прочее... - она поморщилась. - Я же это все терпеть не могла. Папаша мой был мужик боевой. То на охоту собирается, то бандитов со своих земель гоняет. Да и соседям помогать с этим делом любил... Вечно дома ему не сиделось.
Я, как подросла, сына ему заменила - начала проситься с ним, когда он куда ехал. Ха! Он во мне не разочаровался! Я любому пацану еще по шее дать могла, а как он меня обучать драться взялся, так и вовсе от меня житья не стало! Мне б мальчишкой родиться, да уж кто есть... Главное, что папаша мною гордился страшно и очень скоро я вовсе от него не отходила. Всюду вместе.
Так что вместо платьев у меня был походный кожаный костюм - настоящую броню еще тяжеловато было таскать, этикет я учила у походного костра с компанией грубых мужиков, а украшения...
Катарина провела пальцем по белесому шраму на своем лице.
- Вот мои украшения... Так и жили мы. Пока...
Она вгляделась в туман и перед ее взором появилась картина. Явственная, будто она ее перед собой сейчас воочию видит.
Комната. Окна занавешены шторами, слабо пропускающими солнечный свет. В воздухе летают пылинки, оседая на немногочисленных предметах интерьера - письменный стол и кресло, тумбочка и... кровать.
Душно очень. Хочется вздохнуть полной грудью, а Катарина не может. Она сидит на табуретке возле этой большой кровати, а у ног ее стоит таз с холодной водой, в которой она смачивает полотенце.
На кровати лежит отец. Он исхудал страшно. Зарос. Сам стал похож на разбойника, каких так любил гонять по лесам.
Он тяжело и прерывисто дышит. На лице выражение страшной муки.
Каждый вздох дается ему с трудом и приносит боль, а лоб покрылся каплями пота.
Везение покинуло его во время последней вылазки против разбойников.
Эти оказались хитрыми мерзавцами и подстроили знаменитому охотнику на бандитов ловушку.
Бой был жарким. Многие после него остались недвижимо лежать на земле. В том числе и ее отец.
Когда солдаты все же разбойников прогнали, то принялись осматривать своих павших и заметили, что их предводитель все еще жив. Отец Катарины выжил в том бою, но остался калекой, не способным даже подняться с постели.
Теперь она за ним ухаживала, наблюдая, как с каждым днем могучий мужчина, на которого она равнялась с самого детства, быстро угасает. Он умирал, измотанный ранами и бездействием.
- Пап? - мягко позвала Катарина. - Давай откроем окно? Очень душно.
Мужчина с трудом повернул голову и зло покосился на шторы. В груди раздался хрип, а затем он с трудом заговорил.
- Не... нужно. Не хочу видеть все это... Там жизнь продолжается, а я, будто выпал из нее. Это невыносимо.
Катарина приложила холодный компресс к его голове.
Она решила не спорить. Отцу и так приходилось изо всех сил сдерживаться, чтобы не заорать от боли и отчаяния. Каково это - быть суровым воякой, а потом превратиться в лежачий полутруп.
Так проходил день за днем, но однажды отец заговорил с ней, едва она зашла в комнату.
- Послушай, Катарина.
- Да?
- Тебе нужен жених.
Девушка едва не выронила таз с водой от неожиданности. Она ошарашенно посмотрела на отца.
- П-почему? Зачем?
Отец никогда не заговаривал с ней о замужестве. Ей это было не интересно, а он не стремился искать выгодные браки. Да и нечего их семье предложить будущему мужу - богатств нет, как и особого положения. Дара Богини у Катарины тоже не было. Манер тоже...
Кому нужна супруга, которая гоняет по округе в солдатской одежде и может приложить по морде, если ей что-то не понравится?
- Характер у моей дочурки - не сахарный! - смеялся отец Катарины. - Не каждый мужик такое сокровище потянет! Да и боевая она больно. Мы с ней такого рода люди, которые предпочитают всем этим глупостям поле битвы! Тот, кто один раз взял меч в руки, непременно помрет только от меча же! Такова наша участь!
Впрочем, он намекал ей, что если получится найти какого-нибудь нормального мужика, то почему бы и не связать с ним свою жизнь...
Катарина так же думала, но искать не торопилась.
А тут, вдруг, с порога прямо в лоб - жених нужен!
Мужчина задержал дыхание, чтобы не застонать, приподнялся на локтях и с жаром заговорил.
- Ты слушай меня, Катарина! Посмотри, что со мной случилось... Всю жизнь я прожил непутёво. Интересовался только хорошей дракой и больше ничем! И тебя тому же выучил... Тот, кто возьмет в руки меч, от меча же и погибнет... - он зарычал от боли и рухнул на подушку. - Ага, как же! Вот он я - пример. Меч достал меня-таки, но убивает так медленно и мучительно, что выть хочется!
Я не хочу той же судьбы тебе, дочка! Мне невыносима мысль, что ты останешься лежать где-нибудь... убитая. Или того хуже...
Он судорожно сглотнул. От напряжения лицо, поросшее густой бородой раскраснелось, руки дрожали, а со лба текли капли пота.
- Не желаю, чтобы ты осталась калекой! Посмотри на меня и образумься... Ладно я, старый глупец, заплатил за свои ошибки, но молодая девушка не должна так жить! Я хочу для тебя лучшей доли...
Катарина еле-еле отца успокоила, еще немного и он мог от волнения помереть в тот же день. Все же порешили, что если найдется жених, то она остепенится. Отца она уважала настолько, что готова была подчиниться его просьбам, хоть ее это не очень-то радовало - совершенно не хотелось лишать себя свободы и острых ощущений битвы...
Катарина тряхнула головой, отгоняя болезненные воспоминания.
- С того дня, папаша мой бурную деятельность развил. У меня даже надежда появилась, что он выкарабкается. Все приглашал к себе соседей... Меня сватал. Как же мне было неловко!
И все же он своего добился. Нашел мне жениха... Христофор Кардье его звали.
- Христофор? - встрепенулась Аделина.
Христофор... Знакомое имя! Где же она его слышала?..
Нет, не слышала, а видела! Вспомнился рваный листок, выпавший из книги, что она взяла в библиотеке. Реестр дворян.
Христофор Кардье. Единственный сын лорда Гилберта Кардье. Умер...
- Ты о нем слышала, принцесса? - спросила Катарина.
Аделина отрицательно покачала головой.
- Нет. Лишь видела это имя в списке дворян королевства.
- Аа... Понятно. Так вот, это сын лорда Кардье. Мой жених. Между прочим, очень хороший парень оказался. Так мне показалось. Прям вылитый мой папаша, только лет на сорок моложе. Конечно, не такой боевой, но все же нрав у него воинственный был.
Я даже обрадовалась, когда мы познакомились поближе. Думаю: ну такого жениха больше не найдешь - хватай, пока можешь! Он и отнесся ко мне, не как к какой-нибудь смазливой девице. На равных общался.
Я приняла предложение и о свадьбе договорились. Правда, пришлось с ней повременить... Отец умер. Но хотя бы он был счастлив, узнав, что я нашла себе пару. Лицо у него было такое, будто он на самом деле обрел покой.
Потом я переехала в поместье Кардье. Начала готовиться к новой роли...
Сижу я как-то вечером за вязанием - начала потихоньку для будущих возможных малышей вещи готовить. И слышу, что к воротам подъехала шумная компания.
В окно выглядываю, а там Христофор и еще человека четыре. Друзей, значит, пригласил. Веселые, разговаривают о чем-то.
Зашли в дом и в гостиной расположились. А меня чего-то не позвали, хотя я с удовольствием бы посидела с ними, поболтала... Да и выпить не отказалась бы. Ну да ладно, мужская компания, думаю. Да к тому же еще не привык жених мой к моим предпочтениям.
Между тем, голоса все громче. Мне интересно стало - чего они так эмоционально обсуждают? Может договариваются на охоту съездить или еще чем интересным заняться? Прокралась к двери в гостиную, присела рядом в кресло и начала слушать...
И от того, что услышала, меня в дрожь бросило!
Они там не охоту обсуждали, а то, как дускурцы убили короля. Радовались его смерти и сетовали, что всю свиту на вилы насадили, словно свиней на шампур, а королевскому сынку спастись удалось. А Христофор дружков своих успокаивал, говорил, что найдут способ и до принца добраться... И до церкви. Такими грязными словами поносил Богиню, кардинала и несчастного мальчишку Эдриена, который сиротой остался, так их проклинал, что я от ужаса едва в обморок не упала.
Это были заговорщики. Одни из тех, кто помогал подстроить убийство короля и мало того - теперь вынашивали еще более зловещие планы. Даже о покушении на госпожу Нилес были намеки.
Такой паники у меня еще никогда не было. Угораздило же - оказаться в доме убийц и мятежников! Я шитье бросила и с кресла прыгнула, как ошпаренная. Побежала бегом на конюшню, на лошадь вскочила и галопом в сторону монастыря! Даже не подготовилась, хотя сами видите, сколько дней дороги - как была в платье, даже еды не захватила.
Загнала лошадь, а потом еще два дня пешком добиралась. Ничего не помню, как к воротам монастыря пришла - все словно в тумане. Видок у меня был тот еще, вначале хотели, чтобы я отдохнула хоть немного, но я требовала, чтобы меня допустили поговорить с кардиналом Нилес. Так я с ней в первый раз лицом к лицу и встретилась. Все рассказала, что услышала.
Через неделю Христофора схватили. Правда только его. Дружки удрать успели, а он их выдавать отказался. Доказательств его вины не было никаких, ведь разговор мятежников слышала лишь я. Но от правосудия ему уйти не удалось. Перед лицом кардинала я дала самые страшные клятвы, что не лгу и не пытаюсь оговорить невинного человека. У дускурцев были сообщники среди дворян королевства и Христофор Кардье - один из них. Я рассказала все, что слышала.
И его казнили.
Катарина замолчала и вокруг повисла глухая тишина. Какое-то время все шли молча.
- А что же, церковь судит и казнит людей? - спросила Аделина.
Теодор толкнул подругу в бок и с неодобрением посмотрел на нее.
Но слова уже были сказаны и они не очень понравились Катарине.
- Церковь судит еретиков, - холодно и чётко произнесла она. - нравится это кому, или нет. Кроме того, в тот момент Ринвелл лишился своего законного правителя и начали вспыхивать мятежи. Именно поэтому необходимо было показать мерзавцам и предателям, что мы своих союзников не бросаем. И подняв меч против королевства, они навлекли на себя гнев церкви и трех объединенных государств и от справедливой кары не уйдут!
Но потом голос Катарины смягчился.
- Но, какова бы не была правда, а с тех пор лорд Кардье затаил обиду на церковь... А еще точнее - на ту, кто указал на его сына. На меня.
