Ожидание того, что кто-то вдруг придёт и выручит тебя из разных жизненных перипетий – дело неблагодарное. И не каждой принцессе настолько везёт. Иные так и остаются скучать в своих высоченных башнях. Однако у подобного исхода всегда есть отправная точка. Та, что формирует саму концепцию ожидания. Та, что не даёт спуститься и выйти из башни навстречу осмысленной и наполненной событиями жизни.
Сам по себе сценарий «Принцесса в башне» требует отдельного материала. Однако сегодня мы поищем точки его пересечения с Синдромом покинутой (отцом) девочки. Эта статья продолжает материал про травму отношений с отцом (ссылка на него внизу).
Уважаемые читатели, сразу хочу обратить ваше внимание на то, что данная статья посвящена не критике поведения женщин, а анализу причин с точки зрения глубинной психологии.
Теперь поехали.
Для начала – чем это чревато.
Во-первых, неспособностью выстраивать адекватные отношения с окружающими людьми. Явные перекосы следуют из перепутанных ролей и функций, из невротических ожиданий и потребностей, а также из-за неустранимого стремления к симбиозу с кем-то, кто – если отойти немножко подальше и прищуриться – вроде бы напоминает фигуру отца.
Во-вторых, разрывом со своей женской идентичностью. Из этой общности вытекают частности, как то: неприятие собственного тела, нарушенные отношения с матерью – а также возможные искажения в концепции материнства как таковой. (Иными словами, женщинам с синдромом покинутой девочки не особенно легко даётся материнская роль. А кому-то и вовсе кажется излишней. Однако, не всем и не всегда – о чём ниже обязательно напишу).
В-третьих, проблемами с самореализацией – а подчас и с нахождением своего места в мире.
В-четвёртых, меняется мышление. И не в лучшую, надо сказать, сторону. Вырабатывается некоторое количество иррациональных убеждений («Да они (мужчины) на руках меня должны носить!») – к которым не применяется критическое осмысление.
Помимо изменений в мышлении такая женщина постоянно балансирует между завышенной самооценкой (что-то вроде: «Мной всегда все восхищаются, я звезда любой тусовки») и ощущениями покинутости, разочарования в собственных ожиданиях от мира.
Одно малюсенькое предупреждение, а затем пойдём разбирать большой конструктор на мелкие детальки.
Не обязательно, что все перечисленные симптомы будут присутствовать у одного конкретного человека. У иных же форма материализации данных симптомов такая, что и не различить на первый взгляд. У кого-то степень выраженности будет не столь высокой. А у кого-то да, может найтись всё перечисленное и именно в таком вот виде.
Переходим к разбору.
Сразу начнём с идеализации фигуры отца, которая как раз и выплёскивается на жизненное полотно в виде пятна от неудавшихся отношений. Девушка, а позже и женщина с синдромом покинутой девочки выстраивает фантастические конструкты отношений с противоположным полом, каковые изобилуют:
А. Чрезмерной степенью эмоциональной близости, которая уверенно набирает обороты в сторону стремления к полному симбиозу с партнёром. В реальной жизни следствием этого выступает перманентно возникающее у мужчины желание немного дистанцироваться (и в данном случае оно абсолютно естественно). Эта реакция, в свою очередь, травмирует женщину, поскольку воспринимается ею как отвержение. (Здесь и далее имеется в виду «женщину/девушку с синдромом покинутой девочки»).
Б. Проекциями в виде нереализованных ожиданий и неудовлетворённых в отношениях с отцом потребностей привязанности (во внимании, признании, восхищении и пр.). Опять-таки, в мечтах девушке представляется, что будущий или нынешний партнёр окутает её заботой словно тёплым одеялом, решит все проблемы, всё и всегда одобрит, безусловно примет и пр.
Идеализация фигуры отца – как блуждающие боли при неврозе (термин устарел) – может переходить с объекта на объект. И необязательно, что это будут объекты, пригодные для построения отношений. К примеру, женщина может идеализировать фигуру своего преподавателя/руководителя/старого друга семьи – в общем, кого-то, с кем есть регулярный межличностный контакт. Здесь, к сожалению, включится аналогичный механизм нереалистичных ожиданий, а также обида, разочарование – как следствие того, что некто этим ожиданиям соответствовать отказывается.
Ещё одним следствием идеализации является вытеснение гнева, поскольку на идеализированную фигуру гневаться нельзя. Такая фигура будет доращиваться, дотягиваться до всех возможных совершенств. Ею будут восхищаться. А все реальные и неоднозначные поступки этой фигуры, которые нарушают целостность созданного образа – будут либо находить весомые основания, либо вовсе игнорироваться. Меж тем, гнев окажется направленным на иной объект – поскольку где-то же он должен получить свой выход.
И отсюда мы плавно переходим к негативному образу матери. При идеализированной фигуре отца отношения с матерью близкими не назовёшь. Даже если мать вполне себе функциональна в своей материнской роли – бессознательный механизм в психике дочери продолжает делать своё дело. Отсюда недоумение: почему при отсутствии явных причин для разногласий – со стороны дочери то и дело проскакивает какая-то искра недовольства и непримиримости.
Ситуация усложняется следующим. Синдром покинутой девочки, жизненный сценарий «Принцесса в башне», а также синдром жертвы стекаются к единому знаменателю – идентификации себя с ролью жертвы. Один из вариантов: в случае идеализации отцовской фигуры девушка/женщина может, помимо прочего, обзавестись привычкой винить во всех своих проблемах мать. В предыдущей статье я об этом уже писала. Нередко девушка делает вывод: именно мать виновата в том, что отец покинул семью. На пятьдесят процентов действительно ответственность за судьбу семьи лежит на матери. Однако в данном случае вторые пятьдесят не приписываются отцу, а вновь ложатся на материнские плечи. И хотя на словах женщина может даже утверждать обратное – потому что сей вывод вроде как противоречит логике – меж тем подсознательно всё же винит мать.
Иные же прямо так и заявляют: «Во всём, что происходит сейчас в моей жизни, виновата именно ты!». Ну, здесь, как вы понимаете, вариативно.
И давайте отметим важный нюанс. Ко всему перечисленному вполне может добавляться подмена ролей и функций.
В силу того, что человек природу имеет противоречивую, ролей у него может быть несколько (в зависимости от статуса), а любая травма ещё и делит психику на части – картины порой вырисовываются неординарные.
Например. Некая женщина после давнего развода родителей могла принять на себя функцию заботы о матери (парентификация). В этом случае, как вы понимаете, мать в своей роли не функциональна. А у её взрослой дочери в отношении матери роль родительская. Иными словами, осуществилась подмена ролей.
Далее. Понятно, что уход отца из этой семьи оставил определённый след в психике девочки – и в данном случае произошла фиксация на каком-то возрастном периоде (как правило, здесь будет подростковый возраст или ранняя юность – тот возраст, до которого при травме удаётся в этой части «дорасти»). Из данной травмированной части она предъявляет матери претензии по поводу испорченной жизни. Из этой части она ждёт, что прилетит вдруг волшебник, вытащит её из мутной реальности и переместит в ясное будущее. И в этой же травмированной части заблокирована энергия, что не способствует завершению сепарации ни от матери, ни от отца.
Но есть ещё функциональная часть (названия частей личности у авторов разных концепций, если что, варьируются). Функциональная часть помогает женщине работать, взаимодействовать с социумом и пр.
И при всём этом у неё вполне может быть синдром покинутой девочки, что не даёт ей выстраивать надёжные отношения с мужчинами (из-за проекций), а также ограничивает её в плане профессиональной реализации (в общем-то, из-за того же).
Дальше грузить вас я не буду. Про то, как травма делит психику человека на части, создам отдельный материал. Здесь я добавила эту информацию, чтобы показать: жизненные картины могут быть самыми разными – и на первый взгляд очень противоречивыми.
Однако про заблокированную в травме энергию всё же дополню. Данный аспект выступает одной из причин нехватки сил на сепарацию и дальнейшее развитие жизненной автономии. Вторым же аспектом является то, что мужскую часть своей психики такая женщина проецирует вовне (на партнёров, на руководителей, на друзей – противоположного пола). В себе эти черты она не приемлет, не хочет принимать. Стойкость, опору, веру в свои способности, мотивацию - жаждет получить извне. Отсюда складывается соответствующий поведенческий репертуар: жить в ожидании того, кто «спасёт», решит все проблемы, на кого можно переложить бремя забот. Кто наконец-то назовёт своей принцессой и будет неизменно восхищаться.
На этом сегодня я завершаю. Мы разобрали не все пункты. В следующем материале немного поговорим о дисфункциональных установках, следующих из синдрома покинутой девочки, а также о проблемах с профессиональной реализацией и о сложностях в нахождении своего места в жизни.
Надеюсь, сегодня было полезно! Ставьте лайки, подписывайтесь на канал!
Ссылка на материал по травме отношений с отцом