Родители часто не задумываются о том, что говорят друг другу, а дети, напротив, обожают слушать взрослые разговоры и делают свои выводы.
Ирина с раздражением рылась в шкафу, пытаясь найти нужную вещь. «Господи, да где же моя ветровка?» — злилась она, разгребая завалы одежды. В ответ на её шипение с треском оборвалась вешалка…
— Ира, что случилось? — услышала она за спиной испуганный голос мужа.
— Вселенная против меня! — ответила женщина, выползая из недр шкафа. Виталик, сдерживая смех, снял с её головы красный чулок.
— Ничего так колпачок, — констатировал он, давясь от смеха. — Тебе к лицу.
— Ты не так уж и неправ, — съязвила жена. — Скоро мне придётся носить вместо платья — халат, вместо юбки — кухонный фартук, а на ноги обувать чешки. Но ты рано радуешься! Тебя, кстати, тоже может постигнуть такая участь.
— В чём всё-таки дело, Ириша? Какая муха тебя укусила? — заволновался муж.
— Тут не муха, любимый. По-моему, не обошлось без потусторонних сил или, на крайний случай, какого-нибудь домовёнка Кузи.
— Ты объяснишь мне, что стряслось?! — похоже, муж стал терять терпение.
— Если серьёзно, — начала Ирина, — то в нашем доме творится что-то неладное. Уже пару недель как я стала замечать пропажу некоторых вещей. Вчера не смогла отыскать любимый спортивный костюм. Подумала, что засунула куда-то и забыла. А раньше, собираясь в бассейн, не нашла резиновые шлёпанцы. А теперь вот ветровка… Ну, летняя зелененькая, помнишь? Там ещё на рукаве заплатка в виде жёлтого цветочка. Я в автобусе зацепилась за чью-то сумку, и пришлось заклеить дырку.
— Да, дела, — Виталик попытался сменить тему разговора, чтобы скрыть своё безразличие к гардеробу супруги.
Ирина заметила его попытку, но решила не обращать внимания. Она подумала, что может припомнить мужу его равнодушие позже, когда будет подходящий момент.
— Почему ты уверена, что вещи пропали? — спросил Виталик.
— Потому что я ещё не сошла с ума и у меня отличная память, — ответила Ирина.
— На счёт памяти я не спорю. Но, дорогая, о порядке в доме ты думаешь только перед большими праздниками или когда к нам приходят гости. Генеральную уборку мы делаем только тогда, когда приезжают родители.
— Ты злой, — фыркнула Ирина, но спорить не стала, ведь это было правдой.
— Может быть, — согласился муж, даже не пытаясь опровергать её заявление. — Значит, ты не отрицаешь, что могла собственноручно потерять перечисленные вещи в дебрях своего гардероба?
— Воздержусь от ответа, — сказала Ирина. — И вину свою не признаю!
— Ладно, — мстительно ухмыльнулся Виталик. — Тогда будем проводить следственный эксперимент. — И пошёл к шкафу.
С криками: «Не трогай!» Ирина кинулась на перерез мужу. Главное — не дать супругу рыться в её вещах. Ведь после его ревизии она обычно остаётся с уполовиненным гардеробом. Виталик любит выбрасывать «хлам», как он называет потёртые, но любимые ею вещи.
— Ира, я не стану потрошить твои наряды. Просто посмотрю свежим взглядом. А ты пока свари кофе, ладно? — миролюбиво сказал муж.
— Честно? — строго спросила Ирина.
— Честнее не бывает, — уверил он. Ирина кивнула и отправилась в кухню. Кофе шипел в турке, а она подошла к окну. И вдруг увидела на улице…
— Виталик!!! — закричала истошно. Муж за секунду очутился рядом.
— Ты чего так орёшь? — спросил он.
— Смотри! — возбуждённо махала Ирина руками в сторону окна. Виталик выглянул на улицу. Ирина схватила его голову и повернула в нужном направлении. Наконец он увидел.
— Так это же… Твой спортивный костюм? — проявил он чудеса дедукции.
— Да! Да! И на ком?! Это же тётя Наташа! Наша дворничиха! — Ирина подпрыгивала на месте от удивления.
Дальше они вдвоём, не сговариваясь, выскочили на улицу и побежали на опознание спортивного костюма Ирины.
— Здравствуйте! — выдохнули Ирина и Виталик, запыхавшись.
— Доброе утро, — с достоинством ответила дворничиха, не переставая старательно подметать асфальт.
— Скажите, тётя Наташа, а откуда у вас такой красивый костюм? — спросил в лоб Виталик.
— Нравится? — она любовно расправила курточку. — Это мне подарили. Да ещё так оригинально! Представьте? — добавила хвастливо. — Подбросили под дверь! Не иначе как поклонник!
Ирина заморгала от изумления и взглянула на супруга, требуя объяснений. Но он продолжал допрос тёти Наташи.
— А когда и как это произошло?
— Да позавчера, — охотно делилась она своим секретом. — Выхожу утром из квартиры, а под дверью кулёчек.
— Ладно, спасибо, — сказал муж и потянул Ирину за руку.
— Почему ты не потребовал мой костюм обратно? — возмутилась его беспечности Ирина. — Я думала, мы его заберём!
— Купим новый. Главное — не в этом. Я, по-моему, знаю, откуда ноги растут…
Дома Виталик выложил свою версию происходящего. Сначала Ирина не поверила, но потом всё стало проясняться.
— Помнишь, мы смотрели передачу о том, что наше государство вынуждает работать людей и после пенсии, чтобы хоть как-то выжить?
— Да, что-то припоминаю… — Ирина напрягла память, выуживая события трёхнедельной давности.
— И что? Мы возмущались? Комментировали?
— Конечно! — кивнула Ирина. — Говорили о том, что учителя получают меньше дворников, а в дворники идут пожилые люди, чтобы прокормить семью и помочь детям? — спросил муж.
— Да! — снова кивнула Ирина и добавила: — А ещё я сказала, что убирать улицы — это тяжёлый труд. Встать затемно, подмести несколько дворов, убрать в подъездах. И в дождь, и в снег, и в жару… Ладно, я отвлеклась. Так что?
— Ира, не тупи, — проворчал Виталик.
— Хочешь сказать… — до неё дошло.
— Вот именно, — удовлетворённо улыбнулся он.
— Кто рядом с нами сидел?
— Кирюша… — выдохнула Ирина. — Что ж, теперь всё ясно. Когда там наш Робин Гуд из школы придёт?
Ирина взглянула на часы. Ждать не пришлось. Хлопнула входная дверь.
Родители выскочили в прихожую. Девятилетний сын удивлённо взглянул на них.
— Мам, пап, привет! — сказал он.
— Как там погода?
— Ничего. Весенняя. Тепло. А вы чего? — сын перевёл взгляд с матери на отца и попятился к двери, прикрывая руками «место для воспитания».
— Не бойся, — сказал супруг. — Бить не будем. Но ты нам всё расскажешь.
У Кирюшки забегали глаза.
— О чём? — спросил он.
— О твоём подарке тёте Наташе, нашей дворничихе, — произнесла Ирина.
— Я хотел как лучше, — заныл сынуля.
— Ну, это понятно, — согласился муж. — А получилось как всегда? — видя, что ребёнок не понял шутки, продолжил. — Ты не ной. Мы просто разговариваем.
— Обещаете, что не будете ругать? — молящим голоском пропел Киря.
— Угу, — промычал Виталик, едва сдерживаясь. — Давай, выкладывай.
— Ну, это… — начал свой рассказ Кирюха. — Вы ж сами учили меня помогать людям. А потом та передача… Мне так стало жалко тётю Наташу! Ей ведь уже шестьдесят два года, а она всё работает. И сын у неё пьющий, знаете ведь Кольку. Она зарабатывает, а он отбирает и пропивает. Потом пару дней назад выхожу утром в школу, а она подметает дорожку у подъезда, а на ней такой рваный халат! Я тихонько взял твой костюм, мама, и подложил ей под дверь.
— Но почему мой костюм? — спросила Ирина.
— Ты ж сама жаловалась, что он тебе надоел и нужно купить новый. А этот выбросить на помойку… — всхлипнул сын.
— А меня спросить не надо было? — поинтересовалась Ирина.
— Я побоялся, что ты не разрешишь. Ты вон как на папу кидаешься, когда он разбирает твой шкаф, — пролепетал Киря.
Воришкой оказался Кирилл! Сын благородно раздавал материнские вещи.
— Ну, ты это зря… — Ирина не нашла, что возразить, и умоляюще взглянула на мужа.
— Ладно, с этим разобрались. А куда делись мамины шлепанцы и ветровка? — спросил Виталик.
Кирюшка ещё ниже опустил голову.
— Не знаю… — тихо сказал он.
— Не врать! — рявкнул Виталик.
— Ладно, скажу, — обречённо вздохнул сынуля. — Их я тоже отдал.
— Кому?! — Ирине было жалко ветровку.
— Кате из класса. Мы дружим, — сказал Кирюшка и покраснел. — А папа их бросил. Катя говорила, что её мама работает учительницей и на её зарплату они могут только еле-еле прокормиться. Одежда и другие покупки — для них роскошь. Вот я и отдал Кате твою курточку, чтобы она маме подарила.
— А мама не удивилась такому подарку? — спросила Ирина.
— Мы всё продумали. Катя сказала, что экономила на обедах и собрала деньги. И куртка, якобы, из секонд-хенда, — ответил Кирюшка.
— Разумно, — произнёс муж. — Это всё?
— Нет, — признался Кирюшка. — Ещё мамина осенняя курточка. Отдал Юле из нашего двора. У неё папа умер, помочь некому. Потом свитер — Оксане. И твою, мама, шубку — Марине.
— Какую шубку?! — выдавила Ирина.
— Ну, такая рыженькая! Ты ещё называла этот мех — шанхайский барс и говорила, что он клочьями лезет, — ответил Кирюшка.
— Я шутила!!! — Ирину зашатало. — Сынок! Это ведь норка! Настоящая! Кому?!
— Сонечке. Мы на плавание вместе ходим. У неё тоже папы нет…
— Всё! — перебила его Ирина. — Не хочу больше ничего слушать! Веди нас к Сонечке. Прощаю тебе всё, кроме шубы…
Слава богу, всё закончилось хорошо. Мама Сони выслушала их, и они потом долго смеялись над детьми. Оказалось, что женщина и сама не знала, что делать с шубой. В то, что Соня купила её в секонд-хенде, она не поверила. Не подозревать же девятилетнюю дочь в воровстве? Так что они пришли вовремя.
А когда вышли от Сониной мамы, Виталик взял сына за руку и сказал:
— Я смотрю, ты не только местный Робин Гуд, а ещё и Дон Жуан!
Сын улыбался, но не шутке, которую не понял, а тому, что всё хорошо закончилось. Чтобы унять свои порывы, Кирюша теперь ходит по выходным в социальный приют. Читает старикам книжки, разговаривает с ними и, конечно, относит кое-что из одежды Ирины и Виталика. Но уже с родительского согласия.
А тётя Наташа ходит в костюме Ирины почти круглый год. Даже зимой надевает курточку под телогрейку. И рассказывает всем о тайном поклоннике.