Миша оставил номера телефонов – свой и Настин, и умчался к жене. А Василий вернулся на побережье. Вещи были на месте, а он сел на плед, и расслабился под шум моря, рокот волн. Холод он не чувствовал, ла и разве это холод для взрослого медведя? В сон его не клонило, но уже определенная флегматичность с сонливостью была. В спячку они как их вторая ипостась, не впадали, жили как люди, но всю зиму были как-то более спокойны. С рассветом явились две гулены, веселые и слегка хмельные. - Устали, спать очень хочется. Ты чего такой хмурый? - Днем поговорим, дело есть, но оно подождет того момента, когда вы выспитесь. Они вернулись к себе в отель, и уснули. К обеду, собравшись за столом, Глаша безапелляционно заявила Василию: - Рассказывай, я же вижу, что тебя что-то беспокоит. - Беспокоит меня одна пожилая дама. Он пересказал ночное приключение, и Глаша задумалась: - Запах безумия чувствовал? Это плохо. Здесь два варианта: оставить как есть, но она не успокоится, пока не найдет дочь, и может бы