Автор: Роман Коротенко
Некоторое время назад мы ознакомились с увлекательным приказом Прокурора СССР №7/449с от 11.01.1943 г., в котором содержалось множество орфографических, юридических и делопроизводительных ошибок, из чего был сделан вывод: документ является фальшивкой.
Однако, судя по комментариям, многие из читателей абсолютно не сомневаются в подлинности этого архивного приказа Прокурора СССР.
Аргументация несомневающихся была следующей: 1) архивы подделать невозможно — для этого необходимы сверхневероятные ресурсы; 2) в советском делопроизводстве наблюдался такой лютый бардак, что грубейшие ошибки в приказе самого главного прокурора СССР совершенно не удивительны и допустимы.
К этим аргументам мы вернёмся чуть позже, а сейчас рассмотрим ещё один архивный приказ Прокурора Союза ССР: № 116с от 22 октября 1942 г.
Об усилении борьбы с дезорганизаторами производства
Что характерно, к этому приказу есть отсылка в нашем предыдущем увлекательном приказе:
В дальнейшем сообщайте эти сведения в докладных записках о выполнении приказа № 116с от 22.Х-1942г.
Приказ № 116с от 22.Х-1942г. называется «Об усилении борьбы с дезорганизаторами производства», и на первый взгляд выглядит гораздо презентабельнее предыдущего: он хотя бы имеет в своём заголовке слово «Приказ».
Но это только на самый первый взгляд.
Потому что чуть более пристальный первый взгляд сразу же натыкается на, так сказать, тревожный звоночек.
В том же заглавии № 116с указано, что это — приказ Прокурора Союза ССР.
Однако «Прокурор Союза ССР» и «Прокурор СССР» на самом деле являются двумя большими разницами, так как с юридической точки зрения это —различные субъекты.
В настоящее время в основополагающих документах каких-либо организаций — Уставах, Положениях и т. п. — обозначаются два наименования организации: полное и сокращённое.
Поэтому, если в Положении о прокуратуре сокращённым названием указано «Прокуратура СССР» (что было бы наиболее вероятным), то приказ Прокурора Союза ССР являлся бы уже нелегитимным.
Ну, для понимания на бытовом уровне: это как товары от брендов «Adidas» или «Adi das». Вот вы какой из них купили бы?
Как оказалось
Разумеется, автор немедленно отправился на поиски основополагающего Положения о прокуратуре СССР, в котором должно было быть указание на официальное название этой организации (кстати говоря, прокуратура СССР стала Генеральной прокуратурой СССР только в 1946 году).
Электронная копия этого документа автора огорошила: как оказалось, постановлением ЦИК и СНК СССР 17 декабря 1933 года было утверждено именно Положение о прокуратуре Союза ССР, что разумеется легализировало такую версию названия.
Несмотря на это, сомнения у автора всё ещё оставались (типа: электронную копию запросто можно подделать), и развеялись они только экземпляром газеты «Известия Центрального исполнительного комитета Союза ССР и Всероссийского Центрального исполнительного комитета Советов» от 5 ноября 1932 года.
В общем, судя по всему, как минимум в 30-е и 40-е годы прошлого века в России названия «Союз ССР» и «СССР» в делопроизводстве являлись юридически идентичными.
К нашим баранам
Однако вернёмся к приказу № 116с от 22.Х-1942г.
Как следует из названия, основная его направленность: усиление санкций относительно дезорганизаторов производства.
Несомненно, военное производство в то военное время имело для страны огромную важность — ведь победа на фронте боевом ковалась в первую очередь на фронте трудовом.
Поэтому санкции, обозначенные в приказе № 116с от 22.Х-1942г., могут показаться чрезмерными сейчас, но являлись вполне обоснованными тогда.
Вот, к примеру, пункт №1 этого приказа:
Наиболее злостных дезорганизаторов трудовой дисциплины, разлагающе действующих своим поведением на производстве на других рабочих, организаторов группового нарушения трудовой дисциплины подвергать аресту и привлекать к уголовной ответственности как за саботаж по ст. 58-14 УК РСФСР и соответствующим статьям УК др. республик, заканчивать следствие по таким делам при всех условиях в срок не более 5 дней.
Опустим здесь «др. республик», так как сокращения в документах недопустимы (ведь с юридической точки зрения возникает неоднозначность: а вдруг имеется в виду «древних республик»?), чтобы не обжигаться, как с Союзом ССР: просто обратим внимание, что согласно приказу № 116с от 22.Х-1942г. какой-либо советский работник оборонного предприятия, например, за опоздание свыше 15 минут мог уже через пять дней получить судебный приговор, как саботажник.
Между прочим, минимальная санкция по статье ст. 58-14 УК РСФСР — лишение свободы на срок не ниже одного года; максимальная санкция — высшая мера с конфискацией.
Сталинские репрессии детектед.
Опять юридическая тупость
Впрочем, как обычно, в приказе самого главного Прокурора Союза ССР не обошлось без примеров юридической безграмотности.
Вот пункт №4:
...Установить систематический и неослабный контроль за снижением норм отпуска хлеба рабочим, осуждённым за прогул, с момента вынесения приговора, обеспечив, в связи с этим, немедленное исполнение приговоров на прогульщиков.
Вообще-то, любой человек, по приговору суда лишённый свободы, тем самым автоматически перестаёт снабжаться по нормам отпуска своего предыдущего места работы, и переходит на нормы отпуска, предусмотренные для заключённых под стражу.
Поэтому требование «снижать нормы отпуска хлеба осуждённым рабочим» абсолютно бессмысленное.
И простите, каким образом снижение норм отпуска хлеба может «обеспечить немедленное исполнение приговоров», если в тексте приговоров о хлебе ничего не говорится (информация 100%)?
Кроме того, как быть, к примеру, со злостными невыполнителями производственного плана? Даже «на зоне» продолжать их снабжать полнокровным заводским пайком?
Впрочем, несомневающиеся опять-таки могут этот пример юридической тупости объяснить беспросветным бардаком в советском делопроизводстве.
Хотя вполне очевидно, что пункт 4 в очередном якобы приказе Прокурора СССР появился с единственной целью — чтобы засветились слова «контроль за снижением отпуска хлеба рабочим».
Чтобы сталинские репрессии в очередной раз были детектед.
Подходим к интересному
А теперь перейдём к самому любопытному в приказе № 116с от 22.Х-1942г.
Как уже упоминалось, он выглядит намного более убедительным, чем приказ №7/449с от 11.I-1943г.
Как минимум, в нём чётко указаны исполнители различного уровня с чётким определением их задач.
Причём всё это имеет соответствующую структуру: сначала идёт (больше)буквенный раздел «А. По Центральному аппарату прокуратуры Союза» (правда, СССР уже сокращено просто до Союза — ну да бог с ним).
Далее следует номерной подраздел: «1. Начальнику отдела общего надзора тов. Кудрявцеву», и (мелко)буквенные подподразделы: «а) Возложить работу по надзору...»
И всё было хорошо и понятно вплоть до четвёртой страницы приказа.
В пропасть
На четвёртой странице приказа вся его чёткая структура оказалась, как говорится, выкинута в пропасть.
Порядок закончился на подразделе №4, в котором ставилась задача зам. нач. отдела по надзору за милицией тов. Лосину.
Следуя логике структуры приказа, далее ожидались — либо раздел Б, либо подраздел №5.
Однако в приказе вместо логичного и ожидаемого следует... пункт 3, а после него пункты 4 и 5.
Может быть, эти странные пункты являются продолжением вводной части приказа, которая находится перед структурой «исполнитель/задача»?
Отнюдь: структура «исполнитель/задача» как раз и является составной частью пункта 8 приказа.
А следовательно, после пункта 8 в приказе должен был идти пункт 9, но никак не пункты 3, 4, 5.
Ашипка
Конечно, нелепицу в приказе № 116с от 22.Х-1942г. можно как обычно объяснить якобы полнейшим бардаком в советском делопроизводстве.
Но ошибиться можит пазволить сибе автар этай статти — он единственный, кто за неё отвечает.
А в случае с приказом самого главного прокурора СССР всё обстояло несколько иначе, и документ этот проходил обязательно через несколько рук: кроме собственно исполнителя, его предварительно вычитывали как минимум начальник канцелярии, начальник секретной части (так как документ имеет гриф «секретно») и разумеется сам прокурор тов. В. Бочков.
А ещё к предварительной вычитке могли быть привлечены, например, референт прокурора СССР и начальник юридического отдела.
И все эти люди, по логике несомневающихся, опять как обычно пропустили несколько юридических, орфографических и делопроизводительных ошибок, очевидно присутствующих в приказе Прокурора Союза СССР № 116с от 22.Х-1942г.
То есть, бардак некомпетентности на высочайшем уровне в СССР мог быть, а поддельных советских архивов — ни в коем случае, не так ли?
Postscriptum
Кстати говоря, в этом экземпляре секретного номерного приказа — его номер опять-таки нарисован карандашом.
Но милее всего выглядит подпись якобы некой тов. Михайловой.
Глядя на эту подпись, карьера тов. Михайловой почему-то представляется примерно таким образом: три класса приходской школы — доярка в колхозе «Большое Дышло» — секретарь особого сектора центрального аппарата Прокуратуры Союза ССР.
(Продолжение следует: интим на троих)
______________________________
Материал предоставлен каналом «Миростолкновение» — подписывайтесь, чтобы познавать интересное.
Например, как Россия победила в Крымской войне (1853-1856).
ТыжИсторик теперь и в телеге, заходите к нам, у нас есть печеньки, котики, рыцари, мракобесы-викторианцы и еще много всего интересного : https://t.me/tizhistorik