Воспоминания моего отца! В каких невероятных условиях он начинал учёбу!
Мои школьные годы начались после войны. Школа открылась только в 1946 году. Поэтому первый класс состоял из разновозрастных учеников — от семи до тринадцати лет. Нас было больше сорока человек. Всем выдали бесплатно по две тетради (одну в клетку, другую в косую линию), буквари и другие учебники для первоклассников.
Сразу же возникла проблема: чем писать? Простой карандаш и ручку с пером мне купил отец, а на чернильный порошок или химический карандаш денег не было. Поэтому чернила я делал сам: в алюминиевую ложку наливал тёплую воду и растирал в ней карандаш. Получалась тёмная мутная жидкость.
Прошёл не один год, прежде чем отец нашёл деньги на чернильницу-невыливайку и чернильный порошок. А на цветные карандаши денег так и не нашлось.Как назло, у меня появилась тяга к рисованию. Дошло до того, что я украл у соседа трёхцветный карандаш. За это меня чуть не исключили из школы.
Может быть, и исключили бы, если бы я плохо учился. А я считался одним из лучших учеников школы. До сих пор не понимаю — неужели нельзя было дать мне настоящие чернила и три цветных карандаша в качестве поощрения?Условия, в которых я готовил уроки дома, были ужасными. В полутьме, при коптилке. Керосин экономили, а электричество провели только в 1956 году. Во время домашней работы рядом со мной всегда вертелась сестра Манька. Она то повисала на моей руке, то толкала, то размахивала. Из-за неё я часто делал кляксы в тетради.Должен отметить, как строго следили за использованием выданных тетрадей. Упаси Бог вырвать из них лист! За это ждало суровое наказание, вплоть до исключения из школы.Как бы там ни было, семь классов я закончил почти на отлично, с одной четвёркой по истории, которую преподавал самодур директор школы. Сам он закончил 2–3 класса школы. Его уволили в 1954 году. После этого я видел его на лугу. Там он был на своём месте — пас гусей.