В огромном потоке нуждающихся и беспомощных людей из лагеря переселенцев Бельстар в Новиллу прибывают мужчина и мальчик. Как и все, они получают новые имена: отныне мужчина – Симон, а мальчик – Давид. В условно размеченной стране, где они оказываются, все начинается заново и нет воспоминаний. Настоящие родители ребенка неизвестны, документы потеряны.
Полагаясь только на веру, Симон начинает поиски матери мальчика, о которой ничего не знает. В его вере нет отчаяния и расчета. Так же как нет разумной оценки в складывающейся патологической и патовой ситуации.
Больше всего Новилла (место, в которое прибыли беженцы) напоминает переходный потусторонний мир. Это не рай, не ад и не чистилище. Его описания отрывочны и сведены к минимуму деталей. Многие условия неизвестны. Герои говорят на чужом для себя испанском. Какой язык для них является родным, остается неизвестным.
С количеством причудливых странностей в романе способно поспорить только количество возможных толкований… Время от времени автор бросает нам простые, очевидные и рациональные ответы на возникающие вопросы. А затем, напротив, идет на усложнение, заставляя нас метаться от одного объяснения к другому.
Говоря о желании издать книгу «с чистым титулом, чтобы, только перевернув последнюю страницу, читатель обнаружил заглавие», Кутзее, вероятно, лукавит. Искушенному мастеру едва ли представляется неразрешимой задача грамотно донести до читателя свою спорную мысль.
Название задает неочевидный, но однозначный ракурс. Перед нами аналогия, сопоставление или даже десакрализация библейского текста. Одна из тех редких книг, о которых можно сказать больше, чем в них написано.
Читать или нет? Не могу дать вам однозначный ответ на этот вопрос, потому что я не подружилась с автором. Наверно, это просто не мое.