Значит, точно, за мной следит? Но кому надо?
Она так и сделала, позвонила Вере Павловне еще раз, поговорила про уникальную Шурочку, про соседей, которые на старости лет вздумали жениться, и Иван счастлив с Надей, даже рад, что сын с женой его так обманули. Дочка приехала, внуков им оставила, радуются.
- Ой, я забыла сказать, у Павлика, сына-то Ивана, дом сгорел. Они там праздновали что-то, то ли прибыточен в виде дом, то ли избавление от лжепапки, как Ивана цинично называл Павлик. Его типа родной папаша приехал. Дым был коромыслом, праздновали с размахом прибытие биородственника. Мангал опрокинули на какую-то стружку. Павлик-то поставил его поближе к дому, чтобы недалеко носить шашлыки было, да и назло Ивану, тот мангал ставил в специальное место. Но тут же теперь хозяин Павлик, и он демонстративно перебазировал мангал поближе к веранде, к дому. В общем полыхнуло так, словно кто бензинчику плеснул, дом мигом вспыхнул. Пожарные приехали, поливали только, чтобы на соседние дома и здания пламя не перекинулось. Все имущество сгорело. Осталась баня, да сарай.
- И что теперь?
- Теперь в бане живут, как остыло, растащили все бревна, очистили место под дом, теперь строиться надо. Павлик кинулся к своему биопапе, родненькому, ради которого и жена Ивана обманывала, и Павлик человека, который его вырастил и любил, выгнал. А биопапа говорит, что деньги у него есть, но сколько таких Павликов еще объявится, на всех не напасешься. И вообще – по документам он ему никто, так что иди, и сам все разгребай.
- И Павлик кинулся к Ивану.
- Верно говоришь, кинулся: папа прости, помоги. Но Иван сказал, что он же не так давно его назвал лжеотцом, ненужным. У тебя, говорит, родной папка есть, вот и иди к нему. Меня же ты из дома ночью выгнал, вот с того момента у тебя отца и нет.
Павел кричал, что ошибся, каждый может, но Иван – кремень. Ответил, что ошибиться можно один раз, а выгнать отца из дома, который тот построил, обманывать годами, это уже предательство. И добавил, что примчался Павлик, чтобы Иван опять ему домик построил, денег дал. Но все, банкомат закрыт, бригада в отпуске.
- Молодец, не поддался.
****
Ирина и Антон - герои из цикла "Сны и Явь"
на Литрес вышли книги Берегиня -2
***
- И правильно сделал. Павлик разозлился, покрыл его всякими словами, пообещал, что сестре скажет, чтобы с Иваном не общалась, и тот один помрет, никому не нужный. Но эти последние слова дочка слышала, они с мужем как раз внуков Ивану с Надей на неделю на побывку привезли. Так сестра высказала все братцу и послала подальше. В общем, даже приятно было посмотреть.
- Каждый получил то, что заслужил. Верочка, я ведь посоветоваться хотела, не могу понять, кто это чистильщика настропалил, и у нас такой же. Этот человека как-то связан со мной, мысль гуляет по голове, но не поддается.
- Аня, не поддается эта мысль, потому что воспоминания у тебя болезненные. Это в том самом твоем прошлом, когда ты семью потеряла. Болезненно, страшно это вспоминать тебе, ты поэтому и не можешь осознать.
- Мне даже вспоминать страшно.
- Еще бы было легко, такое горе и трагедия. Ты еле выплыла тогда. Но это из того времени.
Анна села, откинулась, вспоминать было страшно.
На одной из вверенной ей территорий творилось что-то непонятное. Сначала какой-то мор напал на людей, непонятная эпидемия, потом стали пропадать ведуньи, слабые, но все же с даром. И Анна отправилась туда, оставив дома мужа и трех дочек, старшей из которых было 10 лет, маленькой – 3 года. Семилетняя Маринка отправилась проводить маму, сказав напоследок:
- Мамочка, ты самая красивая, запомни и нас такими.
- Почему?
- Потому что мы надолго расстаемся.
- Я скоро приеду.
Но дочка только улыбнулась. Анне бы прислушаться к словам ребенка, ведь знала, что провидческие таланты прорываются у малышки, но она была вся в своих мыслях, вся в своих делах. Поэтому подняла дочку на руки, поцеловала, и сказала:
- Я быстро.
Она вернулась через сутки. Дом был тих и темен. Рядком на полу лежали мерт.вы.е девочки, рядом лежал топор. Муж был в сарае, в петле. Все было обустроено так, что это сделал он. Анна была тогда в таком горе, что даже не стала ничего делать, просто хотела уйти из жизни. Как выплыла из этого горя, как выжила – непонятно. Мгновенно поседела вся. И вместо молодой женщины была старушка, лет 80, настолько ее это подкосило. Прошел не один десяток лет с той поры, Анна никогда не вспоминала тот день. Те места покинула навсегда.
- Значит, оттуда, надо вспомнить то время, тот момент, когда я приехала, все мысли, все чувства. Я просто приняла на веру, что это муж, приняла вину, что я как-то не почувствовала его безумие. А может и не было никакого безумия? Может, это не он сделал?
Она закрыла свою каморку, откинулась на стул и погрузилась в тот день, поминутно рассматривая себя со стороны, как вошла, что почувствовала, что видела. Она не позволила горю и боли захлестнуть себя. Ведь от этого зависела жизнь других, в том числе Сергея и мальчиков.
И она увидела то, что тогда не заметила, не в том была состоянии. Чужие руки держали топор, на нем еще оставалась энергия того человека, и старшая девочка, под рукой написано кро.вь.ю «ОНА»
Анна выдернула себя из омута страшных воспоминаний, вынырнула оттуда и сделала глоток воздуха. Она словно постарела снова, налила себе чай с травами, добавила мед.
- Значит, ты есть, ты портишь мне жизнь, следишь за мной? И ОНА – это женщина, не мой муж. Что же ты за нелюдь, на детей руку поднявшая?
Она немного пришла в себя, и позвонила Вере Павловне.
- Я точно знаю, что это женщина, это она уничтожила моих девочек и мужа. Вот только не пойму, кто и как?
- Хотя бы знаешь пол, а дальше – выяснишь, кто и как. Ты справишься, Аня. Этот узел давно надо было перерубить.
продолжение следует опубликовано будет 04.09.2024 в 01-00 час