Это продолжение цикла о формировании современных границ Белоруссии. Начало здесь.
Одним из распространенных суффиксов по обе стороны границы является -ишки (в Литве -iškės/-iškiai). Он издавна волнует как специалистов, так и любителей, один из которых составил эту карту:
Я могу утверждать, что все места на планете, где встречаются географические названия на –(ов)щизна и –ишки мною выявлены и посчитаны,
– пишет автор (топонимы на -ишки показаны зелеными точками). И действительно, все, что касается статистики в этой статье, совершено замечательно, но по поводу этимологии обратимся к другим источникам.
(О важности топонимической темы в регионе говорит тот факт, что и литовцы, и белорусы создали интерактивные карты топонимов).
Причины, по которым этот суффикс волнует людей, имеют сугубо политический характер: «чья земля?» Споры на эту темы бессмысленны, поскольку принадлежность земли определяется как раз политическими (а не этимологическими) факторами, но тема интересная.
Дело в том, что большая часть топонимов на -ишки происходят от имен собственных, а использующийся в них литовский суффикc обозначает принадлежность (он родственен русскому -ский, английскому -ish, шведскому -isk и т.д.).
Как отмечает З. Зинкявичюс, в некоторых случае имена, от которых произошли топонимы, восходят к дохристианской литовской антропонимической номенклатуре. При этом бывают очень интересные трансформации:
В ряде случаев первоначальные литовские звуки и формы в большей или меньшей степени заменены славянскими соответствиями, но по другим словообразовательным формантам и другим признакам их литовское происхождение легко обнаруживается, ср. Зверелишки из Žvereliškės. […] В ряде случаев использованы формы, указывающие не на польское, а на восточнославянское посредничество при получении крестного имени, напр., топоним Валоткишки из лит. Valatkiškės от Valatka Володька (каноническая форма Володимир).
При этом -ишки для нас звучит органично и даже весело, поскольку мы слышим здесь и уменьшительно-ласкательный суффикс (которого нет). Литовскими по происхождению являются и суффиксы -аты/-яты, -аны, яны.
В некоторых населенных пунктах Белоруссии на -ишки и -яты действительно можно встретиться с литовским влиянием.
Например, в Гервятах, где стоит один из самых известных неоготических храмов страны, треть населения в 1996 г. (более свежих данных нет) составляли литовцы. В 1912-27 гг. ее настоятелем был свящ. Амбразеюс Якавонис, деятель литовского национального движения, преследовавшийся при польской власти и, как считается, убитый бойцами Армии Крайовой в 1943 г.
Католические церкви Белоруссии обычно содержат в себе хоть малейший намек на польскость. Здесь не так. Внутри памятные доски в честь свящ. Бронюса Лауринавичюса и еп. Юлийонаса Степонавичюса:
А табличка на входе дублируется на литовском (тот редкий случай, когда понятно каждое слово):
Виленщина, разделенная ныне между Литвой и Белоруссией, остается уникальным краем, где идентичности незаметно перетекают одна в другую: литовцы и белорусы превращаются в поляков – и наоборот – на протяжении жизни нескольких поколений. Когда же идентичности кристаллизуются, они часто стремятся к радикализму, который требует всю эту землю считать «своей». В общем, интересно.
На закуску – карта языков в литовской части Виленского края в конце ХХ века:
Видно, что к югу от Вильнюса жили люди, говорившие по-белорусски (po prostu), а к северу – по-польски (Lenkų). Подозреваю, что все они в переписях населения проходили как поляки.