Второй раз слушая новое творение бывшего участника Pink Floyd Дэвида Гилмора, попробовал уловить и сформулировать его сущность. Это манная каша, размазанная по тарелке, в доме престарелых.
Вот есть дедушка. Он старенький, у него уже давно нет зубов, и кушать он может только размазанную по тарелке манную кашку. И в такую же размягчённую субстанцию превратилось его сознание. Каково его естественное желание? Поговорить за жизнь. То бишь о своей прошедшей жизни. Вот дедушка вспоминает своего давно ушедшего друга. Вот к дедушке приходит внучка (Between Two Points), а вот правнучка, стоя на стульчике, рассказывает ему стишки (Yes, I Have Ghosts).
Всё то же самое было и раньше. Ничего нового, ничего оригинального дедушка не рассказал. В последней вещи (Scaterred) есть какие-то новые для Гилли, близкие к симфонизму элементы в аранжировке, но их предельно мало, они заканчиваются, толком и не начавшись, и оставаясь не более чем мимолётным фрагментом декора. В конце концов, всё тонет в гитарном соло, которое мы слышали ещё сто лет назад на Стене, а то и раньше.
Всё познаётся в сравнении. Первое – с его предыдущими работами. В чём главное отличие? В том, что автор уже совершенно не владеет формой, он расплывается. Нет ни одной сколько-нибудь внятной мелодии, сплошная жижа, манная каша, размазанная по тарелке.
А ведь главное достоинство предыдущего альбома состояло именно в мелодической внятности – там целое соцветие песен с красивыми внятными мелодиями. И я решил обновить в памяти его предыдущие творения – послушал и остров, и с птицами. И открылись довольно интересные моменты.
Да, там, конечно, есть и мелодика, и всё остальное, и я вполне понимаю, что именно нравится его поклонникам – потому что всё это на поверхности – именно эта сладкая мелодичность, которая и составляет – и всегда составляла – музыкальную первооснову Гилмора.
Но чего-то там явно не хватает, дело в том, что эта сладкая мелодичность – не просто первооснова, она заполняет собой всё без остатка. Больше ничего нет! Нет контрапункта, мысли, идущей против течения, против шерсти, ноты враг, которая бы создавала интригу, движение. Это как мужик без яиц.
Поставил для сравнения – нет, не Роджера, это явный антипод, тут и сравнивать нечего! – поставил Криса Риа – тоже плавно-мелодичное. И совсем другое дело – здесь есть мысль, есть интрига, и оно настоящее, потому что мужик с яйцами.
И это – с основой в Принципе пола – сравнение ведёт нашу мысль дальше, вглубь, в уяснение такой темы как мужское и женское в Пинк Флойд.
Почти все соглашаются с той мыслью, что главная их сила заключается в сотворчестве Уотерса и Гилмора-Райта. В том, что идеи первого вносили мысль, интригу, движение, одним словом, оплодотворяли музыкальную среду, создаваемую вторым и третьим. Поскольку именно гитара и орган создают саунд, фирменное звучание группы.
И согласно Принципу пола здесь всё очевидно: мужское (идея) оплодотворяет женское (материя). А что означает так называемый ПФ без Уотерса? Это не иначе как неоплодотворённая яйцеклетка. Самый наглядный пример – Endless River – ведь это не более чем гармоническая подкладка, в связи с отсутствием идеи так и не ставшая музыкой, оставшаяся только средой. Об этом красноречиво свидетельствует даже само название – бесконечная река, бесконечная вода. Но поклонникам Гилмора нравится и это, поскольку в отличие от меня им достаточно одной среды, сладкой воды (вместо виски))).