Он бы с удовольствием вычеркнул из памяти, но не мог. Выкупил и реконструировал усадьбу — сотня рабочих трудилась день и ночь. Построил дорогу — красивую и ровную, как на выставку. Но этого было мало.
— Как София? — дежурно спросил Эммануил у начальника службы охраны.
— Без изменений, — отвечал он. — Сбежала в свою конуру. Мы контролируем, босс.
Каждый раз Эммануил спрашивал себя: узнал ли кто-нибудь его секрет? И надеялся, что нет — иначе вся его красивая жизнь, замечательная картинка — рухнет. Он сделал для Софии роскошную комнату — с собственной ванной комнатой, красивой росписью стен и кроватью с балдахином. Но она постоянно сбегала в дом своих родителей — ветхую, полуразвалившуюся избу. И даже не давала привести её в порядок.
А банкир занялся своим любимым делом — подбором людей. Можно было никуда не торопиться, потому что никаких сроков своему проекту он не ставил. Хирург, Александр Стогов — всего лишь один человек среди десятков других. Ему нужны врачи, а не философы. Он не нуждается в советах и поддержке. И в этом же самая большая сложность.
Ему нужны люди, которые сами стоят у черты — чтобы они не выведали его секреты и не сделали жизнь ещё труднее.
Хирург посмотрел на себя в зеркало заднего вида: лицо было белое, как бумага. Кого же он сбил? Ведь он тысячу раз слышал, что в сумерках, за городом, нужно быть внимательным. Что в маленьких деревнях люди не понимают опасности, которую несут машины. С какой скоростью он ехал? Километров шестьдесят — не меньше.
Медленно, как будто желая оттянуть момент встречи с неизбежным, врач открыл дверь. Вышел на улицу — от свежего деревенского воздуха голова сразу начала кружиться. Обошёл машину вокруг — никого и ничего. Только на левом крыле — небольшой след, даже вмятиной не назовёшь. Так, царапина: можно отполировать. Но звук был весьма сильным…
— Добрый вечер, — позади него раздался голос.
Александр вздрогнул и обернулся. Позади него, будто возникнув из ниоткуда, стояла девушка. Ветер развевал чёрные, как уголь, волосы. Руки скрещены на груди — все в браслетах и других украшениях: кресты и неизвестные ему символы. На шее — амулет с чёртиком, которого подвесили за хвост. Девушка была одета в чёрное платье и туфли на каблуке. Крайне необычно для сельской местности.
— Здравствуйте, — во рту у хирурга пересохло. — Я кого-то сбил… Я… Я слышал звук.
— Глупости, — произнесла девушка в чёрном. — Здесь никого не было, кроме меня.
— Скажите честно, это вас я зацепил? — продолжал Саша. — Только что. У вас может быть горячка, тогда боли не чувствуешь. Я большой специалист, могу осмотреть.
— Нет, — ответила девушка. — Я лишь видела, как ваша машина остановилась. Меня отправили вас встретить. И тут не было никого другого. Что касается осмотреть… Пока что я этого не хочу, но исключать такой вероятности не буду.
— Но я слышал удар, — в недоумении прошептал Александр. — Глухой, как будто что-то ударил. Вот и след остался.
— Вы ошибаетесь, — твёрдо произнесла девушка. — Может, поедем? Мне холодно — я тут уже целый час торчу.
— Куда? — спросил хирург.
— К вашему благодетелю, — сказала она с непонятным презрением и вдруг посмотрела наверх. В ночном небе мелькали тени, немного похожие на маленьких птиц. — Нетопыри… — прошептала она. — Всё никак не успокоятся. Чувствуют чужака...
Александр передёрнул плечами — происходящее нравилось ему всё меньше. Они сели в машину и поехали вперёд. По дороге хирург хотел остановиться и осмотреть девушку. Вдруг она сама не поняла, что произошло. Незнакомка напоминала ведьму из популярного сериала. Теперь хирурга терзали сомнения: она правда такая или тоже играет роль?
Пока девушка показывала дорогу, Саша украдкой смотрел на её руки. Никаких царапин. Если бы упала — кровоподтёков и ссадин не избежать. От пережитого страха хирург вспотел, рубашка прилипла к телу. Они проехали дальше, мимо старых домов и сараев, покосившихся заборов. Чуть в стороне от деревни находился особняк: к нему вела всё та же идеальная дорога.
Перед машиной услужливо откатились ворота, и Александр заехал на территорию. Хирург с почтением посмотрел на огромный дом, возле которого было несколько зданий меньшего размера. Девушка показала, где припарковаться, сделав грациозный жест рукой. Никто не встречал их, никто не смотрел — словно внутри и нет никого. Они прошли к парадному входу с двумя закруглёнными лестницами, поднялись по ступенькам, вошли внутрь.
— Вам туда, — сказала девушка и показала рукой направо. — Видите большую дверь? Идите, благодетель ждёт.
— А вы? — спросил Александр. — Вы не идёте?
— Нет. Меня не приглашали. Доброй ночи, гонщик.
Сказав это, девушка скрылась в одном из проёмов. Хирург прошёл вперёд, в парадный зал, и был впечатлён роскошью и стилем. Лепнина, мрамор, натуральное дерево, позолота — всё под старину. Но дизайн выглядел настолько органично, словно над интерьером работал архитектор из царских времён.
В большом зале — белый стол, люстра из хрусталя, коричневые стулья с атласной обивкой. У стены — небольшой бар с разными напитками и посудой. За столом сидел тот самый миллионер, которого Саша раньше видел только в интервью у популярных блогеров. Турк широко улыбался. Он жестом показал на стул возле себя.
— Вы в хорошей форме, — похвалил он хирурга, пожимая руку.
— Спасибо, — ответил Александр. — Работа у меня такая — жиром не заплывёшь.
— Я вот ненавижу толстяков, — сказал Турк. — Тело — это зеркало души. А тучные люди всегда ленивы. Когда принимаю человека на работу, всегда обращаю внимание на фигуру.
— Кстати, о работе, — произнёс Саша. — Вы говорили, что…
— Да-да, — кивнул миллионер. — Деловые качества я тоже ценю, поэтому не будем тратить время на прелюдии. У меня есть масштабная мысль. Знаете, сто лет назад Россия свернула не туда. Уничтожили целые классы, целые сословия. Как вам мой особняк? Мы сюда свет провели, электричество и канализацию, поставили энергосберегающие окна, утеплили… Но фундамент и стены почти не тронули. Внутреннее убранство сохранили максимально. Вся эта лепнина, колонны — с тех времён. Понимаете? Этому особняку — двести лет, он целый век стоял брошенным. А стены и украшения — целые.
— Не совсем понимаю, Эммануил… — сказал хирург и смутился. — Ой, простите, забыл ваше отчество.
— Зовите меня Мистер Эм, — попросил Турк. — Мне так больше нравится. Так ко мне обращаются все деловые партнёры и друзья. О чём это я? Если те люди могли строить такие здания, может, они были по-своему выдающимися? Ведь тогда не было лепнины из полиуретана, не было 3D-принтеров, чтобы узор на колоннах напечатать. Я хочу возродить родовое гнездо. И пусть моя фамилия не такая звучная, как у Трубецких, Долгоруких или Хованских… Я всё равно с смотрю в будущее с оптимизмом.
В гостиную вошла девушка с подносом. Когда она повернулась спиной и наклонилась, чтобы поставить перед Александром чашку зелёного чая и блюдо с шоколадными конфетами, через белую рубашку стало заметна красная фигура. Похоже на татуировку или родимое пятно.
— Это из Бельгии, — объяснил миллионер, показывая на шоколад. — Мой любимый. Я считаю, если нет сил сопротивляться искушению, нужно грешить со вкусом.
— В чём же моя роль? — спросил Александр, кашляя от смущения. Пожалуй, если бы не его щекотливая финансовая ситуация, он бы уже вернулся в свой «Мерседес» и уехал подальше от этого особняка.
— В крупном поселении, коим скоро станет Разновидное, нужна собственная амбулатория, — пожал плечами Мистер Эм. — Я слышал, что вы пребываете в бедственном положении, потеряли работу... Мои условия — вы находитесь тут, создаёте для жителей амбулаторию, получаете крохотную зарплату — и живёте долго и счастливо.
— Вообще-то я востребованный врач, — возмутился Александр. — В Москве мне предложат солидный оклад.
— Но вы ведь не дослушали, — протянул Мистер Эм. — Крохотную зарплату на счёт, а остальное — в конверте. Лично в руки, от меня.
Чтобы скрыть смущение, Александр взял в руки бельгийскую конфету и откусил кусочек. Сладкое он не любил, но вкус этого лакомства вызвал в нём целую волну эмоций. Определённо, этот миллионер умеет жить.
— Есть вопрос, — сказал хирург, прихлёбывая из кружки. — Кто же будет лечиться в амбулатории? Вы и ваша семья?
Миллионер расхохотался. В его глазах вдруг появился огонёк — как будто он хотел рассказать Александру что-то смешное и отвратительное одновременно. Но сдерживался. Мистер Эм смог успокоиться лишь после того, как сделал пару глотков чая.
— Нет, что вы, — сказал он, посмеявшись. — Моя семья находится в Австрии. С женой, знаете ли, мы уже тридцать лет вместе — отношения стали несколько прохладными. Старшая дочь учится искусству в Великобритании. Обещала навестить следующим летом, но в России она не была большую часть своей жизни. И, вероятно, немного опасается поездки. Поэтому лечиться будут только местные жители.
— Заманчиво, — сказал хирург. Идея отсидеться в этой глуши, выполняя нехитрую работу, казалась ему великолепной. — Наверное, вы предполагали, что я не откажусь.
— Предполагал, — кивнул миллионер. — Раз вы уже согласились, то я назову ещё одно условие. Обещайте не вскакивать из-за стола и не кричать, хорошо?
Интересно ваше мнение, а лучшее поощрение - лайк и подписка))