Москва или Тверь? Подвиг Михаила Тверского – «душу свою за многие души»
А ведь к началу 14-го века Тверь была, пожалуй, посильней Москвы. Ее пока мало касались татарские разорения, многие толпы беженцев из разоренных районов находили в ней себе новую родину, да еще и богатела от волжской торговли.
И с началом противостояния с Москвой первое время перевес был на ее стороне. А князь Михаил Тверской даже получил ярлык от хана Узбека на великое княжение. Но тверского князя подвело, как это ни парадоксально, воинское умение – желание решать все вопросы в открытом военном противостоянии, где ему не было равных.
А вот московские князья выберут дипломатическую игру и тактику лисьей хитрости – и переиграют его. Сын Даниила Московского Юрий Данилович, в том числе не скупясь на денежные подношения (тогда их называли «посулами», а не взятками) сумеет лишить Михаила благоволения Узбека; мало того, он еще женится на его сестре Кончаке и становится тому зятем. После этого, заручившись поддержкой татар и заключив союз с новгородцами, идет на войну с Тверью.
Но князь Михаил разбивает в открытом бою и новгородцев, и войска московского князя Юрия. Тот бежит столь поспешно, что в плен попадает его жена Кончака, которая к тому времени, крестившись, стала Агафьей. Но вскоре она умирает в плену. Отчего – дело темное. Однако Юрий, воспользовавшись моментом, трубит везде и главное в Орде, что сестра великого хана Узбека и его бедная жена была отравлена.
Понятно, что гневу Узбека нет предела. Он вызывает к себе Михаила «на суд», грозя в случае «неявки» в месячный срок, полностью разорить его княжество. Что делать Михаилу? Идти в Орду – значить умереть, это было ясно. Узбек не мог простить смерть своей сестры.
Теоретически тверской князь мог, прихватив казну и забрав свою семью, бежать куда-нибудь в Литву, к полякам или шведам. Но тогда расплачиваться бы пришлось его земле. А – читатель, как бы вы поступили на его месте? У него ведь ситуация похлеще, чем у Александра Невского, который мог не ожидать прямой гибели от поездки в Орду?
И Михаил принимает решение. Вот его, сохраненные летописью, доподлинные слова:
«Аще бо аз где уклонюся, то вотчина моя вся в полону будет, множество христиан избиены будут, аще ли после того умрете же ми есть, то лучше мне есть ныне положите душу свою за многие души».
И он едет и погибает, причем не сразу – а после чудовищной расправы. Сначала его голову забили в деревянную колоду, в которой он провел 26 дней. А потом на глазах Юрия Даниловича слуги хана вырезали у него сердце. Казнь, достойная героя и достойная святого, которым он и стал, прославленный Церковью в качестве мученика.
Кстати, святой стала и его жена – благоверная княгиня Анна Кашинская, встретившая привезенные из Орды останки своего умученного супруга. Она переживет мужа на 50 лет, причем увидит гибель в орде еще троих близких людей - двух сыновей и внука. А потом уйдет в монастырь и станет святой.
Но и после кончины и прославления не найдет окончательного упокоения. В 17 веке во время жестокой борьбы со старообрядцами ее попытаются расканонизировать, так как правая рука ее святых мощей окажется сложенной в двуперстном знамении. И только при Николае II незадолго до революции справедливость будет восстановлена вместе с повторной канонизацией святой благоверной княгини.
Да, у некоторых святых и посмертная жизнь не менее драматичная, чем досмертная.
(продолжение следует... здесь)
начало - здесь