Ответим на этот вопрос вместе с проектом Gedonistica!
Лев Толстой
Лев Николаевич черпал вдохновение в… вазочке с вареньем!
В Ясной Поляне для него соорудили оранжерею, где выращивали экзотические фрукты: персики, абрикосы, лимоны. Когда в 1867 году случился пожар, Толстой очень переживал за сгоревшие сласти: «Я слышал, как трещали рамы, лопались стекла, на это было жутко больно смотреть. Но еще больнее было оттого, что я слышал запах персикового варенья».
Николай Гоголь
Побывав в Италии, Николай Васильевич без памяти влюбился в макароны. Вернувшись, он тут же принялся вербовать друзей в отряд любителей пасты: «Вдруг прибегает к нам Гоголь, вытаскивает из карманов макароны, сыр пармезан и даже сливочное масло и просит, чтоб призвали повара и растолковали ему, как сварить макароны» — вспоминал С.Т. Аксаков.
Александр Пушкин
Кто бы мог подумать, что автор «Евгения Онегина» любил наваристые, ароматные щи?
«Мой идеал теперь — хозяйка,
Мои желания — покой,
Да щей горшок,
да сам большой…».
Пушкинские щи варили дважды, по особому рецепту. Поэтому суп получался очень густой: такой, что ложка стояла!
Фёдор Достоевский
Фёдор Михайлович ни дня не мог прожить без чашечки чая.
Он пил его за работой, за трапезой и просто так, для души.
«Свету ли провалиться, или вот мне чаю не пить? Я скажу, что свету провалиться, а чтоб мне чай всегда пить», — писал он.
Вприкуску к чаю Достоевский поглощал горы сластей: чернослив, пастилу, мёд с кедровыми орешками, виноград, изюм, финики, шоколад и мармелад.