Четырёхлетний Витя стоял на табурете и самозабвенно читал стихотворение, а когда закончил, гости громко захлопали в ладоши и один из взрослых спросил:
– Витя, а кем ты будешь, когда вырастешь?
– Я? - мальчик на секунду задумался. – Я буду папой!
Гости расхохотались, а тот, что спрашивал, с улыбкой сказал:
– Здорово! Ты, наверное, даже знаешь, сколько детей у тебя будет?
– Да! - мальчуган улыбнулся и подняв глаза в потолок, мечтательно, но очень серьёзно произнёс: – Тлое. Мальтик, девотька и есё мальтик. А зену будут звать Малина.
Все снова грохнули смехом, а малыш, как ни в чём не бывало, спустился с табурета и сел за маленький столик рядом с дочкой одной из приглашённых семейных пар.
***
Витю можно было назвать хорошим ребёнком. Нет, как и все мальчишки, хулиганил, сбегал с уроков, получал двойки и подзатыльники от отца. Но особо серьёзных проблем родителям не доставлял - школу закончил твёрдым хорошистом и поступив в университет в соседнем городе, уехал от родителей во взрослую жизнь.
В отличие от сокурсников, в комнатах которых девушки менялись день ото дня, спокойный и рассудительный Виктор предпочитал искать "ту самую", которая подарит ему "мальчика, девочку и ещё мальчика" и станет единственной на всю жизнь. Откуда такое убеждение у молодого человека сказать трудно, но именно оно стало решающим в выборе дальнейшего жизненного пути. Возможно, из-за отца - тот прожил с матерью двадцать лет, а потом ушёл к молодой женщине, и Витя дал себе обещание выбирать пару настолько тщательно, насколько возможно в современных реалиях с их распущенностью и вседозволенностью.
По закону подлости попадались Виктору девушки сплошь карьеристки, не желающие даже слышать о детях, по крайней мере, лет десять-пятнадцать, а он так хотел ребёнка, что ждать так долго не был готов, к тому же за столько времени много воды утечёт, и ещё неизвестно, будет ли потенциальная супруга готова рожать позднее. К двадцати шести годам он всё ещё был холост и всё свободное время посвящал работе и учёбе, получая третье высшее образование.
С Евгенией он встретился на дне рождения двоюродного брата. Она была одна и откровенно скучала в кругу подвыпивших гостей, так и не притронувшись к горячительному. Виктор, тоже не любитель выпить, приметил то, что женщина не прикоснулась к алкоголю, и решил попытать счастья - подсел к ней, когда включили музыку и предложил пройти на кухню, где не так оглушительно кричат динамики.
– Может, чаю? Или кофе? - спросил он, по-хозяйски распахнув шкафчик.
– Чаю. Кофе вечером опасно - потом полночи спать не буду. - ответила Евгения и вежливо улыбнулась.
Виктор разглядывал женщину и понимал, что в ней ему нравится не только то, что она не любитель спиртного, - стройная, среднего роста с густыми каштановыми волосами до пояса и большими карими глазами, она была очень привлекательна. Изящные черты лица, прямой нос и нежно-розовые губы вкупе с удачно подобранным платьем вызывали в нём интерес и симпатию.
– Чаю, так чаю! - ответил Виктор.
Из разговора с Евгенией Виктор узнал, что она только что пережила болезненный развод - муж оставил её с маленьким ребёнком на руках.
– А сколько дочке? Или у вас сын? - спросил он, разливая напиток по чашкам.
– Сын. Ему год и три месяца. - ответила она и принялась мешать сахар, громко стуча ложкой по стенкам в задумчивости.
– А где он сейчас?
– У мамы. - она кинула на него быстрый взгляд. – Нет, вы не подумайте плохо, я очень редко оставляю его! Если честно, это мой первый выход без сына так надолго.
– Да нет, что вы, у меня и мыслей таких не было! - Виктор улыбнулся. – Даже самой идеальной маме нужно иногда отдохнуть.
– Это точно! - она, наконец, улыбнулась открыто и по-доброму. – Здорово, что вы, как мужчина, это понимаете. - она прикусила нижнюю губу и взглянула в глаза, – А вы женаты?
– Увы, нет. И никогда не был.
– Почему?
– Не сложилось... - он поднял на неё глаза. – Понимаете, у меня, наверное, очень специфический взгляд на супружество, можно сказать, домостроевское, поэтому не каждая девушка согласится жить со мной.
– И что же такого страшного в домострое? По-моему, ничего особенного...
– Не скажите. Я с детства мечтал о многодетной семье, но нынче реальность такова, что многие живут исключительно для себя, и как только речь заходит о двух и более детях, девушки или крутят у виска, или исчезают. Возможно, только мне так везёт, но факт остаётся фактом, и пока мне не удалось встретить единомышленницу.
– Ну, какие ваши годы! - усмехнулась Евгения. – Рано или поздно встретите.
– А вы? Как относитесь к традиционной семье?
– Как вам сказать?.. Если честно, то мой первый опыт семьи, мягко скажем, неудачный, поэтому мне тяжело судить о том, что будет дальше, но, как и все нормальные люди, я хочу быть любимой и счастливой. А уж в каком качестве - это для меня неважно. - Евгения поднялась и вымыла чашку.
– Вы уходите? - Виктор тоже встал.
– Да, мне пора. Сына нужно укладывать, он бабушку не слушается, только со мной засыпает.
– А можно я вас провожу?
– Конечно! Тем более, что живу я здесь недалеко, всего в паре кварталов.
– Отлично! - Виктор вышел в прихожую следом за Евгенией.
***
Три месяца Виктор и Евгения встречались от случая к случаю. Женщина никак не шла на сближение, ссылаясь то на занятость, то на болезнь сына. Витя почти отчаялся и когда уже потерял надежду, Женя пригласила его к себе. Спустя месяц таких визитов он перебрался насовсем, и, наконец, познакомился с сыном Евгении - Денисом.
Дениска рос активным и весёлым мальчиком, и так хорошо принял Виктора, что когда начал учиться говорить, первое слово сказал - "Папа", а не "Мама", чем удивил и немного расстроил мать. А когда подрос, Виктор начал ездить с ним на рыбалку, в походы, учил ремонтировать машину, помогал делать уроки, даже на школьные собрания ходил - словом, делал всё, что делают обычно родные отцы.
От официального брака Евгения отказалась со словами:
– Прости, конечно, Вить, но мне первого раза хватило. Вот была у меня в паспорте печать и что с того? Жизнь-то не сложилась. Так что, давай оставим всё, как есть.
– А если у нас ребёнок родится, как мы его запишем? - не отставал Витя.
– Не родится.
– В смысле?
– Я когда Дениску рожала, неделю в реанимации пролежала, чуть не умерла. Поэтому - не обижайся, но больше я детей не хочу...
Виктор понял, что как бы он ни любил Женю, заставить её навредить себе и подарить ему наследника он не сможет. Всю заложенную в него любовь к детям он направил на Дениску.
Заниматься с мальчишкой ему не просто нравилось - он находил в этом особый смысл, помогающий и ему, и Денису стать ближе, а любовь и внимание, которое он дарил сыну, давали возможность преодолеть сложности, когда мальчик начал взрослеть.
Однако, через тринадцать лет Евгения изменилась - из спокойной и жизнерадостной женщины она вдруг превратилась в вечно недовольную и подозрительную. Обидеть её могло что угодно - вовремя не вымытая чашка, случайные задержки Виктора на работе, внезапный отъезд к друзьям вместо визита к её родителям, и ещё много того, о чём супруги обычно мирно договариваются.
Когда правда раскрылась, Виктор был сам не свой - потерянный, он стоял посреди кухни, а Женя кричала ему в лицо, что разлюбила и больше не хочет его видеть.
– Ну, хорошо, ты меня выгоняешь, а о сыне ты подумала? - он искал предлог, чтобы остаться. – Он ведь большой уже, всё понимает.
– Вот и отлично! Значит, не нужно будет ему объяснять, что такое бывает в жизни! - Евгения стояла у стены, сложив руки на груди и хмурилась.
– Жень, но ты же позволишь мне видеться с сыном? - с опаской спросил Витя.
– Ты что-то путаешь. Он тебе не сын!
– Как это не сын? Я его растил и воспитывал все эти годы! Он мне, как родной!
– И что? У него будет другой отец!
– А ты спросила у него, хочет он другого отца? - Виктор спрятал дрожащие руки в карманы брюк.
– Он ещё мал, чтобы решать такие вопросы. И я сама знаю, что делать. Не морочь мне голову, иди собирай вещи. - Женя развернулась и ушла в спальню, откуда послышался стук отодвигаемой дверки шкафа-купе, который они купили совсем недавно, обустраивая квартиру Жени.
Денис вернулся с улицы и застал Виктора в прихожей с сумками в руках.
– О, пап, ты уезжаешь?
Виктор посмотрел на Евгению и сдвинув брови, склонил голову. Женщина сжала губы и процедила:
– Он уходит.
– Куда? - непонимающе глядя то на мать, то на Витю, спросил Денис.
– Просто уходит. От нас.
– Пап? - голос мальчика дрогнул. – Чего ты молчишь? Скажи хоть что-нибудь! Ты нас бросаешь?
– Нет, сынок... - нерешительно начал Виктор. – Понимаешь, бывают такие ситуации, когда лучше уйти и не мешать.
– Ты нам не мешаешь! С чего ты это взял? - сын схватил Виктора за рукав. – Пап! Не уходи, пожалуйста! - в глазах его стояли слёзы, он едва сдерживался, чтобы не зареветь. – Не бросай меня!
– Я должен идти, сынок, прости... - Виктор отвернулся и сжал зубы, пряча мокрые глаза.
– Мам! Скажи ему! Пусть не уходит! - Денис повернулся к матери.
Она не шелохнулась, только прикусила губы и нахмурилась.
– Прости, так хочет мама... - Витя толкнул дверь и подался вперёд, и в этот миг мальчик кинулся ему на шею и воскликнул:
– Пап! Пожалуйста, не уходи! Я не хочу!
– Да что ж такое-то... - Виктор вытер глаза рукой, обнял сына и сказал ему на ухо: – Мы будем видеться, сынок. Я не бросаю тебя, слышишь?
Денис кивнул и ослабил хватку, стирая тыльной стороной ладони слёзы.
Дверь закрылась и Витя, спускаясь по лестнице, с трудом сдерживал эмоции. Зная характер Евгении, он боялся, что она будет против его встреч с сыном.
Так и получилось.
Он стоял перед дверью и без перерыва нажимал на дверной звонок. Слыша голос Дениса за дверью, колотил кулаком по железному полотну, и кричал:
– Женя, открой! Дай мне увидеться с сыном! Я имею право!
– Уходи! - кричала она в ответ. – Иначе я вызову полицию!
Даже просто общаться Денис с Виктором не могли. Изредка, когда появлялась возможность, отец приезжал к нему в школу, но Евгения как-то об этом узнала и перевела Дениса в другую, строго-настрого наказав сыну, чтобы тот не сказал отцу адрес. Стоило только матери увидеть, что они созванивались, или переписывались, она строго наказывала, забирала телефон, отключала компьютер, а когда Виктор в очередной раз приехал к ним, пригрозила через дверь:
– Если ты не прекратишь нас доставать, я обращусь в полицию с обвинением в домогательствах к ребёнку! Ты меня знаешь, я могу!
И Виктор сдался.
Когда Денису исполнилось восемнадцать, он сам нашёл отца - знал, где он жил. Стоя на пороге, парень тихо сказал, глядя на ошеломлённого мужчину:
– Привет... Пап...
Описать эмоции Виктора трудно - это были и радость, и слёзы, и счастье от того, что, наконец, увидел сына. Он кинулся к юноше и изо всех сил прижал к себе.
– Я так рад тебя видеть, сынок! Прости меня, что не приходил... Но ты понимаешь...
– Конечно, пап. Я всё понимаю...
Денис не смог скрыть от матери, что начал общаться с отцом, и та устроила безобразную сцену, после которой сын собрал свои вещи и ушёл к отцу.
Они стали жить вместе, а когда Виктор решил жениться, парень съехал на съёмную квартиру, которую нашёл и помогает оплачивать отец. С матерью молодой человек почти не общается, а та в свою очередь, проклинает Виктора за то, что украл у неё единственного ребёнка.
***
Папа, я пишу тебе приветы,
Пальчиком рисую на стекле,
Что уже у нас проходит лето.
Я скучаю очень по тебе.
Помню, как вставал ко мне ночами…
«Папа» - слово первое моё.
Просто связь такая между нами
Что никто на свете не порвёт.
Нам с тобой пока нельзя встречаться,
Но тебя в сердечке я ношу.
Можешь, папа, ты не сомневаться,
Я тобою очень дорожу.
Папа, не грусти и не сдавайся,
Верю, всё получится у нас.
Я тебя люблю, не сомневайся,
Чувствую тепло отцовских глаз.
Ты мне очень нужен, постоянно.
И всегда в моей душе живешь.
Обещаю, что послушным стану!
Я так жду, что ты ко мне придёшь...
Автор стихотворения Ирина Самарина_Лабиринт
© Copyright: Ирина Самарина-Лабиринт, 2014