Я разрешаю есть на уроке. Ну не то, чтобы прямо расстелить скатерть, достать курицу, вилки, ножи и трапезничать. Нет. Но когда я вижу, что ученик ещё дожёвывает, ещё пару раз осталось откусить, вместо того, чтобы он стоял и жался где-то в углу, я говорю: «Заходим-заходим, дожёвываем, всегда можно сделать это, не мешая другим и своему мозгу слушать учителя».
Когда я говорю «ученик», я имею ввиду все возрасты. Я преподаю как детям от 7 лет, так и взрослым. Если вы думаете, что взрослые все успевают доесть за перерыв, ХА! Спешу разочаровать. Я преподаю педагогам тоже. Ещё ни разу у меня не было группы педагогов, где все в 100%-ном составе успели бы допить свой кофе за 15 минут или доесть свой обед за часовой обеденный перерыв. Всегда находятся какие-то ещё дела. Что-то сделать по работе. Или просто поболать с коллегой. Мне норм. Я это прекрасно понимаю. Недожёванная еда никогда не станет для меня препятствием для того, чтобы вести урок и всё равно организовать этот урок так, что все всё усвоят. «Берём кофе, конфетку и оперативно проходим на своё место. Лучше мы будем, не мешая друг другу, жевать, чем пропустим что-то ценное, что я дам». Часто педагогов это вводит в ступор. «Светлана, а так можно? Ой, спасибо больше, а то, правда, не успела за час даже присесть, ни крошки во рту». Можно! У меня можно. Потому что я знаю, что это не помешает мне донести то, что я хочу дать.
Уже вижу, как летят тухлые помидоры. Для учителей-консерваторов это недопустимо. Для них это неуважение. При этом часто абсолютно пустые, засыпающие глаза учеников, по которым видно, что они только смотрят на тебя, но уже давно в отключке, этим учителям норм. А вот для меня пустые глаза, когда я вижу, что не смогла вовлечь, растормошить, заставить шестерёнки крутиться – вот это не уважительно. Причём я не воспринимаю это как неуважение от учеников мне. Нет, это не уважительно по отношению к самой себе. Что же это за урок я такой даю, что у меня засыпают? Да пусть жуют ради Бога, не это главная ценность. Мне ценнее то, что в мозгу происходит благодаря образовательному опыту, который создаю я.
В моей педагогической голове тоже раньше были шаблоны и стереотипы. Они там были примерно до 1-го курса института. Например, такие были шаблоны: 1) школа – это всегда про скуку, 2) школа - это всегда про замученных учителей, которым и самим с собой неинтересно, не то, что детям с ними (кроме одной учительницы английского, которую, из-за того, что у неё не было скучно, мы считали не от мира сего), 3) на уроке надо по струнке, особо ни влево, ни вправо, есть уж точно нельзя, мозг включать тоже необязательно, главное – тихо сидеть и правильно отвечать на вопросы, 4) вопросы самому лучше не задавать, это признак глупости, все вопросы можно дома, родителям, остальные взрослые к вопросам относятся не очень хорошо, 5) среди детей считается, что учиться – это стрёмно. Вот такой был мой школьный опыт. Уверена, что он только мой личный, и у других было не так, но у меня было так. Школа ассоциировалась с самым скучным местом, которое надо отбыть, учёба доставалась в основном легко, что избавляло хотя бы от унизительных отчитываний перед всем классом. Но идти в школу работать точно не хотелось. Я пошла в пед вуз только потому, что тогда, в 1997 году в моём городе инфак пед вуза был единственным местом, где неплохо давали язык. В школу после инфака шли примерно двое из десяти. Остальные в переводчики или ещё куда-то. В основном в эмиграцию.
Моё отношение к преподаванию кардинально изменилось на первом курсе. Оказалось, что это может быть вообще иначе. А раз это в вузе может быть иначе, то и в школе может. Просто мне не повезло.
Все мои стереотипы были разрушены моим первым вузовским преподавателем, она же была куратором нашей группы, она же вела почти все предметы, связанные с языком. И мы ели на уроках)))
Причём в полном смысле слова. «Так, - говорила она, - даю 5 минут, мигом, если хотите, смотайтесь в главный корпус за пирожками и кофе». Потом из уважения к ней мы уже старались сбегать в перерыве. Но очень часто пара начиналась с того, что мы все стояли, полуповесив себя на стол, а не сидя за партами (потому что долго сидеть на парах мучительно, к счастью, она это понимала), с кофе и пирожками. Но мы работали. Не работали – мы пахали! А ещё именно с ней мы пересмотрели в оригинале всю классику мирового кинематографа. С тех пор я фанат кино навеки. Мы проводили невероятные анализы кино, мы выискивали полутона и полуоттенки английских слов. К слову, «Сагу о Форсайтах» Голсуорси, которая по программе, мы тоже читали, только, кроме этого, мы успевали ещё кучу всего. Нам завидовала вся параллель.
Отдельно мы изучали слэнг и лексику английского рабочего класса и downside New York, разные контексты, потому что в реальной жизни язык Голсуорси никто не использует. Помню, как в первое лето после первого курса вся параллель поехала работать в Штаты на каникулах. И только у нашей группы не было шока, мы разговаривали нормально, при этом могли и легендарную высокопарную цитату про tenacious instinct (которую тогда был обязан знать каждый инязовец) привести к месту. Ребята из других групп плевались примерно первый месяц: «Почему нам никто не сказал, что в обычной жизни нас никто не поймёт?»
А сколько анекдотов и мемов (тогда слова «мем» не было, но это были они) я записала себе тогда в первый год. Они из нас сыпались, как из рога изобилия, прямо на занятиях, и это не называлось «Они мне срывают урок». Нет. Мы ржали все вместе. И преподаватель тоже. Да, именно ржали (horse laughing), иначе это не назвать.
А ещё она была всего на несколько лет старше нас, хотя нам казалось, что между нами целая вечность, настолько умудрённой опытом она казалось. Она была вундеркиндом, раньше сверстников закончила школу, потом также досрочно прошла 5 лет программы вуза за 3 года. А ещё у неё была двойня, которая родилась буквально в 18 лет. Связалась с плохим парнем, это было ярко, коротко, но остались прекрасные близнецы. А ещё мы после первого курса вышли с такими языками! Ни один следующий год, ни 2 курс, ни 3, ни 4, ни 5 не дал мне такой же прирост.
Это сломало сразу несколько моих шаблонов. Сильный педагог, у которого ученики выдают результат, обычно скучный и про зубрёжку? Нет. Педагог-вундеркинд равно хорошая девочка, которая приходит домой в 8 и, кроме книг, не знает ничего другого? Нет. У крутого педагога, который выдаёт результат, дисциплина, дети сидят за партами ровно, не шутят, не ржут и уж точно не едят? Вообще нет. Крутой педагог не про это, за ним идти хочется и делать как он. Если он разбирается в разных оттенках белого, то хочется срочно погрузиться в эти детали и стать таким же профессионалом, как он. Неважно, с пирожком во рту или нет. Сейчас, когда я сама педагог, я вижу то же самое уже в моих отношениях с учениками. От 7 лет до 70. Если я не смогла увлечь, то дело не в пирожке.
А у вас был опыт слома шаблонов про педагогику и преподавание?
Про книгу «Травля: со взрослыми согласовано» можно узнать тут.
Неравнодушных педагогов и осознанных родителей я приглашаю в Телеграмм-канал «Учимся учить иначе» и в привязанную к каналу Группу.