Привет всем, кто читает мои истории
Часть 3
Мужчина зашел и огляделся. Небольшое помещение. Рабочая обстановка. Никита попытался вспомнить, что здесь было раньше…
"Нет, не помню".
- Садись, рассказывай, как дела, - пригласил его Поход.
Никита рассказал. Учился, закончил, работаю. Женился. Приехал показать внуков родителям. Директор слушал спокойно, кивал, переспрашивал, но когда Никита упомянул про двойняшек, вдруг напрягся.
- Зря ты детей сюда привез, - сказал он.
Никита мгновенно насторожился. Директор это заметил.
- Ты ведь не просто так в школу зашел? – спросил он.
- Что происходит, Владимир Сергеевич? Сначала отец вдруг сказал, что в городе неладно, потом жену кошка к озеру не подпускала, свечение это ночное, ребят вы из города отправили, - перечислил Никита. – Что происходит? - снова спросил он.
Поход посмотрел на него, прищурившись, словно решая – говорить ли, доверить ли? Потом кивнул своим мыслям.
- Расскажу. Надеюсь, не подумаешь, что Поход спятил, - усмехнулся он. – Неладно в городе, тебе отец правильно сказал. Не все это чувствуют. Неладно стало с подъемом озера до нынешней отметки. Еще в прошлом году, когда набережную строили, не так было, хотя кое-что меня уже осенью прошлой насторожило. Помнишь, мы ходили с вами по окрестностям? Помнишь. Там в низинке одной я вам показывал место, где обнаружены старые заброшенные шахты которым несколько тысяч лет?
Никита помнил. Поход их тогда предупредил, чтобы в ту сторону не совались. Что можно легко упасть и с концами. А потом всю ночь караулил, чтобы настырные пацаны из интереса не потащились, куда не нужно.
По реакции бывшего ученика, директор понял, что тот все вспомнил.
- Я когда по этому маршруту потом водил ребят, то останавливался намного дальше, - усмехнулся он, - чтобы не предупреждать и иметь возможность выспаться ночью. В тех шахтах добывали медь, насколько выяснили ученые.
Когда запрудили реку и вода начала подниматься, я понял, что шахты будут залиты, и прошлой осенью решил напоследок пройти тем маршрутом. Без ребят. Попрощаться.
Поход замолчал, но потом все-таки продолжил.
- Мимо низинки я шел, когда уже смеркалось. И вдруг наткнулся на колею. Глубокую, оставленную тяжелой техникой. Удивился! Ты ведь помнишь, там дорог не было. Тропы только. Решил заночевать и утром посмотреть. Не показалось мне ночью. Ездил там кто-то к самым шахтам. Зачем бы?
А когда свечение это появилось, понял. Поздно понял. Получается, сбрасывали туда что-то. В шахты эти старые. Думали - никто не узнает. И это что-то попало в воду. Доказательств никаких нет, Никита. Это только мое предположение. Свечение появилось, как лед стаял. И усиливается. И кошка, которая твою жену отгоняла от воды, права. Чувствуют опасность животные. Кошки. Собаки.
Никита помотал головой.
- Я в интернете читал, что кладбища залило, капище какое-то…
- Ну, в интернете всегда много всего пишут, - снова усмехнулся директор. – Думаю, кладбище было не одно, и оно не при чем. Если вспомнить, сколько в этой местности живут люди, то тут погост на погосте будет. За тысячи-то лет. Капище, кстати, ни при чем совершенно. Оно до сих пор на поверхности. К нему местные предприимчивые даже туристов возят на моторках. Нашли объект! Энтузиазты протестовали, но у капища этого нет никакого статуса. Так что езжай – не хочу. Раньше до него дороги-то не было, а сейчас вода близко подошла.
Оба помолчали. Никита переваривал полученную информацию. Потом он посмотрел на директора.
- Получается, озеро отравлено? – спросил он.
- Получается так, - кивнул директор.
- И что? Никто не в курсе?
- Почему не в курсе, в курсе. Но сам подумай, кто-то у власти принимал решение о постройке плотины, кто-то строил набережную. Вложил солидные деньги. А кто-то сбрасывал что-то в шахты. Кто-то проворонил начало отравления, когда можно было еще остановить затопление территории. Как думаешь, какова их реакция на происходящее сейчас?
Никита представил. Если отравление будет усиливаться, это же целый город переселять нужно. Не говоря уж о том, что поливать такой водой ничего нельзя. Это же катастрофа экологическая.
- На детей это действует в первую очередь, весной болели ребята гораздо чаще, чем обычно, - продолжил директор, - поэтому прав твой отец, уезжай как можно скорее.
- Но как же местные? Почему не говорят об этом? Почему не пишут?
- Пытались, но местные СМИ, как ты сам понимаешь, очень сильно зависимы от местной администрации. А посторонние не сильно к нам заглядывают. Провинция спросом мало пользуется. Предпочитают решать глобальные проблемы. Кому нужен наш городок. Даже не областной центр… Некоторых перехватывают те, кто к капищу людей возит. Привезут, покажут и обсмеют слухи – как могут старые камни, которые и воде-то не стоят хоть как-то навредить?
Никита вспомнил зависший телефон. Выходит, следят за сообщениями из города? Бред какой-то... триллер шпионский.
- И что же теперь делать? Нельзя же вот так все бросить? – спросил он.
- Делают, - нехотя сказал директор, - пытаются нейтрализовать то, что в воде. Привозили какие-то химикаты, сыпали. Пробы брали.
- И что?
- Пока без толку все. Люди стараются не приближаться к озеру. Те, кто верит. Но верят не все. А что хуже себя чувствуют, кто около берега живет. Ну, мало ли! Возраст. Хронические болезни. У нас по России, как и по всему миру, много мест, откуда людям бежать нужно. Однако, живут. Мрут до срока. Вот наш город и пополнил этот список. Прошло всего несколько месяцев, Никита. А что будет через год не знает никто.
Никита посидел, осмысливая информацию. Деревянно встал. Пожал руку бывшему географу и вышел. Он снова посмотрел на пустой вестибюль. Представил, как возвращаются сюда в сентябре дети. Как ходят по улицам, медленно пропитываясь отравой.
"Те, кто верит", - вспомнил он.
Отец его, получается, верит. А мать нет. Иначе бы она не водила внуков на набережную!
" Пытаются чем-то нейтрализовать то, что в воде".
Он не спросил Похода, чем отравлено озеро, да и если бы спросил. Он не химик, он в этом деле ноль. И не факт, что директор точно знает.
Голова мужчины просто гудела от всего этого. Он снова достал телефон, чертыхнулся и отправился на вокзал, узнавать о ближайших поездах. Забронировал купе на следующее утро. Пока шел назад к дому родителей придумал причину для скорого отъезда.
Мать сильно расстроилась. Отец делал вид, что тоже не хочет отпускать невестку с детьми, но Никита был непреклонен. Маленькие еще.
- Лучше вы приезжайте к нам, мама. У нас тоже есть что посмотреть. Вы оба на пенсии. Время есть, а то и переселитесь совсем. У нас и музеев больше, и врачи лучше.
Вечером Никита решил сходить к озеру. Лида заволновалась.
- Купаться я не собираюсь, - успокоил ее муж, - посмотреть хочу. Может, и не приедем сюда больше никогда.
Он не спеша подошел к набережной. Было тихо. Фонари горели, но между них никто не гулял. Никита подошел к ограждению. Наклонился над водой.
Рядом с ним на парапет запрыгнула полосатая кошка. Она тоже смотрела на фосфоресцирующую воду. Потом жалобно замяукала.
- Да, киса, плохо все, - повернулся к ней мужчина. Присмотрелся. – Это ты мою Лиду предостерегала? Спасибо тебе.
Он подошел к кошке поближе. Она оглянулась на незнакомого человека, но убегать не стала.
- А знаешь что, киса, поехали-ка и ты тоже отсюда, - сказал вдруг Никита, - билета у нас для тебя нет, но ехать недалеко, мы тебя спрячем в купе!
Он протянул руку, дал себя обнюхать, а потом осторожно обнял небольшое тельце. Кошка прижалась и замурлыкала.
Утром глаза у двойняшек горели – они тайно везли с собой настоящую кошку! Оля и Максимка так старательно заговаривали проводнице зубы, что она зашла в их купе только раз за весь рейс. Отец с матерью делали большие глаза, стоило женщине пройти по вагону. Ребятишки закрывали ладошками рты, сдерживая хихиканье, и были в полном восторге.
Дома кошка моментально освоилась, была названа Русалкой и с удовольствием мурчала у всех по очереди на руках.
Никита-таки уговорил родителей переехать. Пока они жили с ними, но собрались продавать квартиру и насовсем перебираться к сыну. Планировали купить квартиру себе. Поменьше, чем в городке… Зато внукам потом достанется!
Никита следил за новостями из родного города. Изредка переписывался с Походом, который иносказательно сообщал бывшему ученику о действиях властей. О том, что детей в школе становится меньше. Родители некоторых, не дожидаясь улучшения, уезжали из города. Но такая возможность была не у всех.
"Воду из озера на полив не берут. Хоть на это мозгов хватило. Будем надеяться на то, что все-таки удастся снизить степень отравления воды. И что думать будут следующий раз, прежде чем что-то делать", - писал ему бывший учитель географии.
"Будем надеяться", - соглашался Никита.
А что еще остается?
конец