В предыдущих статьях мы рассказали о местных легендах и кладах, что таятся в наших краях. Продолжаем тему кладов.
В советское время среди школьников Мельниково и Нащёково (Шегарский район Томской области) ходила такая история.
Жил в Нащёково богатый купец Нащёков. Собственно, он же и хозяином деревни был. Денег было немерено.
Но наступил революционный 1917 год, и купец понял, что капиталом придётся делиться не с Временным правительством, так с большевиками. Срубил избушку на только ему известном острове среди Обского болота, тайно перетаскал туда своё богатство и сам там поселился.
Далее – белые реквизиции, красная продразвёрстка, строительство колхозной жизни, и всем хотелось купеческих сокровищ, но и тропа, и остров, как в воду канули. Вернее, в болото.
И только уже в послевоенное время пара-тройка ребятишек смогла выйти на заветный остров. Открыли дверь избушки, а там...
Среди сундуков с деньгами сидит сам купец Нащёков, вернее то, что от него осталось. В ужасе бросились они бежать, чуть было не утопли в болоте, но до деревни добрались. О своём открытии решили никому не говорить, а через какое-то время, набравшись смелости, решили вернуться на остров. Но, как ни искали они дорожку к сокровищам, так и не нашли.
Всё это можно отнести к школьным байкам, но нет дыма без огня. Основателем заимки, впоследствии деревни, Нащёково был Алексей Сваровский - один из представителей многочисленного рода Сваровских из села Богородского.
Название заимке дало прозвище основателя – «Нащёков», по другой версии – «Однощёков». А тот, в свою очередь, получил прозвание из-за шрама на лице, полученного в схватке с медведем.
В деревне часто называли купцами зажиточных и торгующих крестьян, хотя те и не относились к купеческой гильдии. Сваровский купцом не был, но явно имел «коммерческую жилку». Заимку поставил не абы где - на месте, где сходились три больших тракта: Шегарский – ветка от Великого Сибирского тракта, Колыванский и летний Нарымский. Да, собственно, все, кто хотел попасть летом в Богородское, проезжали через Нащёково. Здесь начиналась единственная дорога-гать через болото в волостной центр. По рассказам, Сваровский держал огромный по местным меркам табун и торговал лошадьми. В деревне была кузница и, вроде как, неофициальный постоялый двор. В общем, человек был не бедный.
Умер во время Гражданской войны в декабре 1919 года. То было время, когда белая Сибирская армия отступала на восток. Похороны получились необычные.
Начали уже собирать поминки на стол, собрались покойника выносить, а тут новость: к деревне «колчаки», т.е. белогвардейцы подходят.
Незадолго до этого через шегарские деревни прокатилась волна белых дезертиров. «Бегунцы» отбирали у крестьян продукты, тёплую одежду, лошадей. Тех, кто сопротивлялся, избивали до полусмерти, а то и вовсе убивали. Тут уже не до похорон. Поэтому нащёковцы, подхватив, что успели, быстренько уехали на лесные заимки. Вернулись через несколько дней. Поминальная снедь была съедена, на столе лежала записка: «Спасибо, мы помянули». Правда, покойника ограбили – сняли добротные сапоги.
Родственники до последнего были уверены, что Алексей Сваровский-Нащёков где-то припрятал свой капиталец, но поиски остались безуспешны.
Нет, пожалуй, местности, где бы не было своих легенд, историй, былей и небылиц. Есть они и в шегарских землях, и с некоторыми из них, уважаемые читатели, вы можете познакомиться по ссылкам ниже.