Дочь.
Её все любили. Поздний ребенок, папина любимица. При разводе отец оставил дочь у себя, на суде легко доказав, что владелец серьезного бизнеса лучше обеспечит ребенка, чем мать. Которая не очень-то и возражала. Она еще молода, может устроить свою жизнь. Плюс, освободили ее от алиментов. Общаться с дочкой никто не запрещал.
Ладе скоро исполнится 17 лет. Красивая, белокурая девушка, первая заводила в студенческой компании. Парни просто сходили от нее с ума. Но Лада смеялась:— Еще не родила Земля достойного мужчину, в которого я влюблюсь. Мне пока и Генки достаточно. Верный рыцарь всегда со мной.
Генка, гора мышц, бодибилдер, отпугивал от Лады навязчивых ухажеров. Подружка Ланы, Полинка, все время спрашивала ее:
— А разве ты на мать не обижаешься?
— Нет, — отвечала Лада. — У нас все хорошо. Вот сама представь, забрала она меня, и что? Я бы сейчас жила с ней в однокомнатной квартире на окраине города? Она, как мать, подумала обо мне. Чтобы жила в большом хорошем доме, в своей комнате, чтобы у меня было все, чтобы я училась в престижном институте. Наоборот, мама сделала правильно, и я на нее совершенно не обижаюсь. Я ее очень люблю. Мы часто с ней ходим на шоппинг. Это прикольно, у мамы очень хороший вкус, она мне всегда выбирает классные вещи. Ну, правда, я сама за все плачу: и за себя, и за одежду мамы, но для меня это ничего не стоит. Мне нравится делать маме подарки. И с бабушкой мы дружны. Даже забрали ее к себе в загородный дом. Папа сказал, зачем она будет жить в деревне, далеко, без удобств, когда есть такой шикарный большой коттедж. Она у нас там хозяйка. Делает, что хочет. Бабушка превратила наш дом в цветник. У нее есть все свое: огурцы, помидоры, малина. Папа говорил, зачем, ведь сейчас все можно купить, на что бабушка всегда отвечает:
— Это свое, без нитратов, все для внучки.
— Так что, у нас все замечательно и с мамой, и с бабушкой.
Собака и кот.
Лада очень близка со своей подругой Полиной. Девчонки даже старались одеться одинаково и сделать одинаковые причёски. А недавно они покрасили кончики своих волос в зеленый цвет. Отец лишь качал головой. Но девчонкам по 17 лет, и почему бы им не подурачиться. Тем более, что ему было сейчас не до внешнего вида дочки — в бизнесе начались проблемы. И он пропадал постоянно на работе.
Девушки часто приезжали к бабушке в загородный дом. Там они играли с собакой. Одно было странно, Дик по какой-то причине не любил Полину. Скорее всего, виной была её косметика, духи, которыми она пользовалась. Они очень не нравились Дику. Он чихал и рычал на Полину, явно возмущаясь этим, невкусным для него, запахом.
Месяц назад Валентина Ивановна, бабушка Лады, услышала писк во дворе. Выйдя на улицу, увидела, что Дик притащил маленького котенка и положил его в свою огромную чашку для еды. То ли покормить хотел, то ли съесть, непонятно. Котенок был маленький, он только-только открыл глаза. Пищал и старался вылезть из посудины. Выглядело это смешно и трогательно. Валентина Ивановна забрала котенка у Дика, который, кстати, не хотел его отдавать, занесла в дом, накормила малыша. Котенок, которого назвали Тишкой, остался жить в доме с бабушкой, которая души в нем не чаяла. Подросший, носился по комнатам, прыгал на шторы, катал по всему салону клубок с нитками, запутав все ножки стола и стульев. Ему все прощалось.
Карта.
— Я еду в загородный дом, ты со мной? — спросил Константин Викторович Ладу, — мне надо поговорить с Валентиной Ивановной. Заодно Вадим заберет Дика на выставку.
— Да, конечно, я соскучилась.
Вадим, водитель отца, забрал Дика, посадил его в машину. На следующий день утром он должен был отвезти его на выставку. Константин Викторович подошел к Валентине Ивановне:
— В последнее время довольно серьезные проблемы с бизнесом. — Он протянул карту Валентине Ивановне, — это для Лады. Здесь деньги на ее будущее образование.
Он взял лист бумаги и написал код.
— Лада сможет пользоваться картой, когда ей исполнится 18 лет. Тем не менее оставляю код на всякий случай. В бизнесе всякое может случиться.
Это совсем не понравилось Валентине Ивановне:
— Какие страсти ты рассказываешь.
На следующий день вечером Валентина Ивановна уселась возле телевизора отдохнуть, хотела посмотреть свой любимый сериал. Услышала, что дверь с заднего двора стукнула, кто-то вошел в дом. Обычно через эту дверь могли войти только свои. Парадный вход был совершенно с другой стороны. Не успела она подняться с кресла, как два человека зашли в помещение. Одетые полностью в черное, на голове капюшоны, большие очки, которые закрывали все лицо. Один из них подошел к ней и, протянув руку, грозно сказал:
— Карту!
Она сначала не поняла, что от нее требуют. А потом вспомнила про карту, которую ей отдал Константин Викторович. Она хотела возразить, но человек сделал несколько шагов к ней и еще более грозным голосом сказал:
— Быстро дала карту!
Валентина Ивановна подумала, что нет смысла сопротивляться. Тем более, что она ее даже не успела положить в сейф. Сунула руку в карман, достала карту и протянула грабителю.
— Код!
Валентина Ивановна опять сунула руку в карман, но бумажки с кодом там не оказалось. Она пожала плечами и сказала:
— Я не знаю, где он.
— Открывай сейф!
— Какой смысл, если я его туда не клала?
Мужчина полез в сейф. Там лежали документы на дом. Немного денег, которые он забрал. И лежал зарегистрированный на Константина Викторовича пистолет. Мужчина схватил оружие, направил на Валентину Ивановну и грозно зарычал:
— Код, быстро!
Валентина Ивановна сидела в кресле и уже, честно говоря, прощалась с жизнью. Но что она могла сделать, если бумажки с кодом не было? На улице послышались голоса, к парадному входу подходил Вадим с собакой. Дик лаял, прыгал, скакал и радовался. Когда открылась дверь, он забежал в дом. Первый мужчина с пистолетом выпрыгнул в окно, как только услышал шум, а второй замешкался, не успел выпрыгнуть. Дик забежал в дом, виляя хвостом, подбежал к нему и лизнул руку. Валентина Ивановна была в шоке, почему Дик не кидается на чужого человека? Когда мужчина вылезал в окно, капюшон с головы сдвинулся, мелькнула светлая прядь волос с зеленой окантовкой по низу.
— Полина?! — охнула Валентина Ивановна.
Она была в шоке от того, что подруга Лады пришла к ней домой с каким-то мужчиной, требуя карту и код Лады. Вадим спросил:
— Что случилось?
Он не видел чужих людей. Валентина Ивановна молча протянула руку к окну, она ничего не могла сказать. Взвизгнул мотор скоростного мотоцикла, грабители быстро уехали. В этот момент из-под дивана вылез Тишка и стал гонять по полу фантик. Это и была бумажка с кодом. Валентина Ивановна подхватила Тишку на руки и начала рассказывать Вадиму о том, что грабители забрали карту, и что в девушке она опознала Полину.
Цена.
Константин Викторович слушал молча. На нем просто не было лица.
— Что, много было денег? — Валентина Ивановна чувствовала свою вину из-за пропажи карты.
— Еще раз, подробнее, кто, где стоял и что делал? — казалось, что он не мог поверить в произошедшее.
— Ты из-за оружия боишься?
— Я боюсь, что… Это была Лада!
— Что?! — Валентина Ивановна замахала руками. — Быть такого не может!
— Когда здесь у вас отбирали карту, в городе я видел Полину. И она у меня спрашивала, куда Лада укатила с Генкой на мотоцикле? Боже, что делать? У этого идиота оружие. Где они сейчас? Если что-то случится, меня посадят.
— Он лизнул руку! Точно, Дик не мог лизать руку Полины. Он ее не любит. Это была Лада! И как я ее в этой одежде не узнала? Лицо закрыто, молчала, голоса я не слышала. Да и темно было. Свет только от телевизора шел. Что делать? Надо вызывать полицию? Пистолет, дело не шуточное.
— Нет, подожди, мне надо подумать.
Звонок заставил всех вздрогнуть. Константин Викторович мельком глянул на телефон. Его брови удивленно поднялись.
— Алло, папа! Ты где? Мы с ребятами на базе. Уже накупались, шашлыков наелись, в бане попарились. Я устала. Ты можешь меня забрать? Или Вадима прислать?
— С кем ты там?
— Здесь Генка, Ваня с Кристиной и еще их друзья.
— Жди, сейчас буду проезжать мимо, заберу.
— Ок, целую!
Оказывается, гора мышц может слететь с ног от одного толчка. Константин Викторович схватил Генку за горло:
— Где пистолет?
— Какой?
Пальцы сжались сильнее.
— Понял, понял, там, под лестницей.
Лишь положив оружие в карман, отец повернулся к дочери. Она с ужасом в глазах молча протягивала ему карту.
— В машину, быстро!
Через двадцать минут остановились возле серого здания.
— Выходи! Теперь это твой дом. Матери привет. Учебу оплачу, все остальное — заработаешь сама.
— Папа!
— Разговор окончен. Карманных денег тоже больше не будет. Дай сюда ключ от дома. Там нет ничего тобою заработанного. Документы Вадим привезет. Поздравляю тебя с новой жизнью.
Генка открыл дверь. Отшатнулся назад под грозным взглядом Константина Викторовича.
— Собирайся! Документы не забудь.
— Куда? Я больше не буду! Я же отдал пистолет.
— Выбирай одно из двух: или тюрьма, или армия.
— Не надо в тюрьму!
— Тогда пойдешь в армию. Добровольцем!
— Но… у меня через неделю выступление! Я не могу!
— Сможешь! Выступишь не на подиуме, а на поле боя. Там сильные тоже нужны.
Сам, своими руками, под тяжелым взглядом отца Лады Генка подписывал документы в военкомате, садился в автобус с другими добровольцами и уезжал куда-то в учебный центр.
Дик радостно вилял хвостом. Хозяин приехал! Константин Викторович прошел к беседке, в которой Валентина Ивановна поливала из лейки цветы. Устало сел в кресло.
— Вы знаете, я на днях понял одну вещь. Что завидую вам белой завистью. Что может быть прекраснее жизни на природе. В тишине, без совещаний, поездок, договоров, переживаний. Зачем все это? Ради кого? Я сегодня подписал документы. Все, нет больше у меня ничего. Я продал бизнес! Теперь хочу быть пенсионером. Научусь играть в домино. А может нам кур завести? Или кроликов?
Валентина Ивановна улыбнулась:
— А давай, теплицу!
— Вам теплицу, а мне… мастерскую! Давно мечтал с деревом повозиться. А деньги, они понадобятся нам для внуков. Но только на их учебу! Потому, что учеба — это удочка, на которую потом пусть каждый сам ловит рыбу. Согласны со мной?
— Согласна! Мой руки, ужинать будем. Чудно, пенсионер! Не заскучаешь?
— Если заскучаю, пойду в школу учителем труда. Справлюсь?
— Начнешь строить теплицу и мастерскую — увидим, какой из тебя мастер.
— Боже, какое счастье, я свободный человек. Хоть бери и говори спасибо Ладе с Генкой.
— Помилования не будет?
— Жизнь покажет. А пока все справедливо.
Другие мои истории: