Глава 1
Марта с тоской смотрела в треугольное окно башни. Перед ней простиралась пустошь до самого горизонта. Голые поля, дорога, по которой раньше тянулись караваны купцов и шумные цыганские таборы, шли паломники или просто местные жители. Теперь никого не было. Степь вымерла и стала неестественно тихой, чужой, непонятной. Что может быть страшнее и печальнее такой молчаливой степи, спрашивала себя Марта? Она не знала, что совсем скоро получит ответ на свой вопрос.
- Если он не придет, я сам отвезу тебя, - прервал молчание конунг, крепко сжимая руку дочери.
- Нет, папа, пожалуйста! Без тебя здесь начнется паника. Все подумают, что мы сбежали…
- Они не посмеют. Я дам им свое слово.
- Ты не должен покидать Северный Предел. Умоляю тебя! Отправь со мной лучших воинов, вот увидишь, все будет хорошо.
- Я уже принял решение. Если ты не доедешь до столицы, мы все погибли.
- Я знаю, папа. Но он придет, я верю, что он придет.
***
Черт, дьявол, нет! Да, уймись же ты, святые угодники! - заклинатель битый час месил ногами грязь и проклинал дождь, который, казалось, собирался лить вечно.
Иногда он останавливался, грозил серому небу своим костлявым кулаком и изливал новую порцию проклятий и ругани. Он не любил дождь. Больше дождя он ненавидел только дороги, которые размокали и покрывались густой коричневой жижей - в ней водилось невесть что. Новейшее изобретение “зонт”, за которое он отдал последние два гроша в захудалом трактире, сломалось под первым порывом ветра.
- Ну, что за края, где тебя хочет обобрать первый встречный и дождь льёт неделями?
- Твои родные края, между прочим, - ответил кецатль, высунув мордочку из-под капюшона и обвиваясь своим гибким телом вокруг шеи хозяина.
Говорить в прямом смысле слова он, конечно, не мог, так как был кем-то средним между морским драконом и пернатым ящером размером с кошку, но заклинатель понимал его без слов.
- Да, я здесь родился и сбежал, как только научился ходить. Как раз вот поэтому. - И он снова ткнул пальцем в небо. - Бесит меня здесь все.
- Тебя везде все бесит!
- Вот и не правда.
- Правда.
- Еще как нет.
- А вот и да!
- Не спорь со мной, хорёк пернатый
- Это я хорёк?
Проглотив смертельную обиду, кецатль переместился во внутренний нагрудный карман плаща, буркнув:
- Ну и мёрзни!
Заклинатель тут же пожалел о своих словах - без живого воротника дождь начал капать за шиворот. В отличие от кецатля, он не был водонепроницаемым, а заклинание стихий не входило в его пасьянс. По правде говоря, и без этого расклада многие заклинатели умели худо-бедно останавливать дождь (по крайней мере над собственной головой). Но заклинатель по имени Ариэль терпел погоду как есть - правда, не молча. Он топал ногами и сыпал проклятиями в ее адрес уже добрые три мили. А точнее - с тех пор, как они с кецатлем вышли из-под спасительного покрова леса и побрели по унылой пустоши.
Много лет назад Ариэль поклялся, что вернётся в эти края «только вперед ногами». До сих пор он сдерживал своё слово и, что бы ни случалось, не появлялся в землях Северного Предела. В уютной столице и ее окрестностях ему жилось легко, хотя он никогда и ничем не был доволен. Другие заклинатели посмеивались над ним, дескать Ариэль давно не нюхал настоящего дела и скоро покроется слоем кружев и сахарной пудры, которую если сдуть, то окажется, что под ним принцесса. С чьей-то легкой руки его так и прозвали принцессой. Но говорить в глаза не осмеливались - Ариэль был пробужденным. Это значило, что он умел не просто проделывать простенькие фокусы с картами или рунами, а обладал «магией иного мира», природу которой не понимал до конца никто. Как ни прискорбно, эта магия была бессильна против самого обыкновенного дождя.
Очертания замка появились вдали почти в тот же миг, когда солнце исчезло за горизонтом. Дождь внезапно закончился, но на смену ему мучить Ариэля примчался пронизывающий ненасытный ветер. Мокрая одежда прилипла к телу, тёмные волосы будто водоросли опутывали лицо.
- Вернусь, и побреюсь налысо, - ворчал заклинатель.
- Ты и без того уродливый, - зашипел кецатль.
- На себя посмотри.
- Я то…
- Тихо!
Ариэль внезапно остановился. Он давно привык доверять инстинктам. Когда ноги делались ватными, а сердце пропускало удар — значит опасность смертельна - замри! И он замирал…
Кецатль снова зафыркал и зашипел, мол, чего это ты, но в следующую секунду тоже притих. Перья на его загривке поднялись дыбом, а из лап непроизвольно вылезли острые, как бритва серебристые когти.
Через мгновение над их головами в сторону замка пронёсся сгусток сумрака, тень - незаметная, похожая на обычную грозовую тучу, с тем лишь отличием, что тучи с такой скоростью не летают. Ариэль почувствовал дурноту, слабость, и внезапно вскрикнул - сапфировый браслет на его предплечье обуглился и из хрустально-синего превратился в черный.
- Это еще что? - прохрипел кецатль.
Он тоже чувствовал себя не лучшим образом.
- Понятия не имею. Сейчас посмотрим.
В руках заклинателя мгновенно появилась колода Таро
- Дьявол. Уже третий день подряд выпадает одна и та же карта. Какой же дьявол ждёт нас на этот раз?
***
А мы вас уже и не ждали, - раздраженно проговорил конунг, с недоверием косясь на вымокшего до нитки тощего юношу, который на первый взгляд был немногим старше Марты - его дочери.
Идея отправить ее в опасное путешествие с незнакомцем казалась ему теперь почти безумной. Зачем он согласился на это? Ладно бы ещё явился опытный заклинатель, но этот - какой-то мальчишка - весь блеклый и бледный, худой, оборванный, с тревожными глазами на пол-лица и язвительной полуухмылкой. Он, конунг, таких насквозь видел и, конечно, на пушечный выстрел не подпускал к дочери.
- Что? - спросил Ариэль, не отводя глаз от правителя Северного Предела, который возвышался над ним словно гора.
- А? - с недоумением переспросил тот.
- Что вы так смотрите на меня?
- Я думал… я представлял себе вас иначе.
Серые глаза Ариэля сверкнули сталью, он усмехнулся и бросил небрежно:
- Переоденусь и мы поговорим.
- Вы разве не устали от долгой… кхм... прогулки? Где ваша лошадь? Вы же не шли пешком?
- Какое-то время я, к счастью, ехал на повозке, но в Северный Предел ни одна тварь не пожелала скакать. Лошадь пришлось оставить в приграничном трактире. Может, расскажете, что тут у вас творится?
- Конечно, конечно. Проходите, переодевайтесь и мы вас будем ждать в библиотеке.
И конунг указал на большую массивную дверь.
В нос ударил запах пыли и затхлости. Половица скрипнула под ногой, а по стене пробежал потревоженный черный паук. Горела только одна свеча - комната явно не предназначалась знатным гостям.
- Уууууу, да тебя поселили в кладовке? - злорадствовал кецатль, осматриваясь.
- Вообще-то тебя тоже.
- Меня они даже не видели.
- И мы должны этим воспользоваться. Папаша что-то явно недоговаривает. Пошныряй тут вокруг.
- Ты забыл сказать пожалуйста. Я не твой раб, между прочим.
- Молчи и давай за дело, если хочешь, чтобы я тебя покормил.
- Я могу не удержаться и обглодать твою руку, когда ты заснёшь.
- Оооо… - закатил глаза Ариэль. - Давать вот без этого. Дело серьезное.
- Знаю.
И кецатль беззвучно заструился по стене - быстрый и почти невидимый, похожий на лунный отблеск.
Ариэль только теперь почувствовал, как сильно устал. Он бросил на пол свою непромокаемую и несгораемую суму (спасибо заклинательнице Хелле, которая истратила на нее целую колоду свеженьких карт) и стал рыться в ней ища сухие штаны и рубашку. Найдя их, он уселся на пол и начал стягивать мокрый плащ и все остальное. К усталости добавилось еще и дурное предчувствие. Его вынудили приехать сюда. В это место, где он не только родился как человек, но и стал заклинателем. Он никому и никогда этого не рассказывал, даже кецатль не знал, если, конечно, не врал, что не умеет читать мысли Ариэля так же хорошо, как Ариэль читает мысли кецатля. Второе рождение - день, до которого он был обыкновенным мальчиком. Был ли он вообще когда-либо обыкновенным?
Из раздумий Ариэля вывел стук в дверь.
- У вас там все хорошо? - нетерпеливо спросил конунг.
- Лучше не придумаешь, - фыркнул Ариэль, за секунду оделся и вышел из душной комнаты.
В библиотеке было ненамного уютнее, чем в “кладовке”. В центре комнаты стоял круглый стол, уставленный чашками и какое-то сероватое малоаппетитное на вид печенье. Остальное пространство было захламлено высокими полками с выдвижными шухлядами, подвесными шкафами и шкафчиками - из каждого выглядывали корешки книг. Порядком и чистотой в замке явно пренебрегали.
- Угощайтесь, сказал конунг и пригласил Ариэля за стол. - И знакомьтесь — это моя жена Магриэтта, ее дочь Агна и моя дочь Марта.
Заклинатель едва взглянул на них: жена - склочная высокомерная стерва, правда, красивая - белоснежная кожа, волосы цвета льна и прозрачные будто родник голубые глаза. Дочь - мелкая противная копия своей матери - сероглазая блондинка в голубом платье с кислым выражением лица. Другая дочь - мямля и, судя по всему, плакса - вокруг ее бледно-зеленоватых глаз залегли тени, будто она не спала несколько дней подряд. Рыжевато-коричневые кудри были собраны в неаккуратный пучок - невзрачное платье, неуверенная поза - сплошное недоразумение. А сам конунг - старый упертый тюфяк, который думает, что все знает лучше других. Даром, что такой огромный, косматый и страшный. На деле - типичная картина каждого второго семейства, где мать померла, а отец пал под чарами корыстной красотки. Но заклинателя было не обмануть - он умел видеть суть вещей и людей, то, что они скрывали даже от самих себя. Ошибался он крайне редко и всегда проверял свои предположения на Таро. Незаметно, под столом он достал колоду и вытащил карту, ожидая снова увидеть Дьявола, но выпала шестерка пентаклей. Нет, это не та рыба… Дальше Агна - тоже пентакли - ах, вы маленькие любительницы звонкой монеты! Конунг - Рыцарь Кубков - как я и думал.
Ариэль собирался перевернуть последнюю карту, но внезапно за дверью раздался ужасный грохот, и все присутствующие инстинктивно обернулись. Карта легла в карман. Дверь распахнулась, и в комнату вбежал, теряя перья, растрёпанный и разъяренный кецатль.
- Ты представляешь! Нет, ну ты себе представляешь! Они натравили на меня какую-то безмозглую тварь.
Для всех окружающих речь кецатля звучала как “фыр-фффуфыр-фыр-фыфыр”, но Ариэль, все понимал. Через секунду в комнату ворвались стражники и какое-то животное, походившее одновременно и на собаку, и на теленка. Кецатль залез за пазуху заклинателю, попутно расцарапывая ему грудь так, что на белой рубашке расцвели алые пятна крови. Собако-теленок казался дружелюбным и даже не смотрел на кецатля, а человек, державший его на поводке, презрительно хмыкнул и произнес "Так оно ваше? Простите", после чего поспешил удалиться, закрыв за собой дверь.
- Нет, ты слышал? Слышал? Он сказал на меня “оно”! Пусть только заснет, и я выпущу из него кишки, а потом намотаю их на череп этой безмозглой псины.
Марта захихикала. Она пыталась сдерживаться, но через секунду робкие истерические смешки превратились в раскаты хохота.
- Простите меня, - давясь, сквозь смех и слезы хрипела девушка. - Это у меня нервное.
- Только не говори, что мы будем сопровождать эту слабоумную, - фыркнул кецатль.
- Похоже, что именно ее, - мрачно сказал Ариэль.
Никто больше не засмеялся.
***
Когда Марта успокоилась, а кецатль занял свое любимое место на плечах заклинателя, конунг кашлянул, привлекая к себе внимание и заговорил.
- У нас у всех уже сдают нервы, поэтому не будьте слишком строги к Марте.
Из-за попытки отца оправдать ее, девушка густо покраснела и почувствовала себя еще более неловко.
- Все началось во время праздника, - продолжал конунг. - Был как раз день летнего солнцестояния, а заодно день рождения Марты - последний перед ее совершеннолетием. Через год она должна выйти за сына конунга Южного Побережья и тем самым подтвердить союз между нашими Пределами. Наверное, вы в курсе, что будет, если свадьба не состоится.
- Мы в курсе, ничего хорошего, - холодно сказал Ариэль.
- Так вот. В тот день, а точнее вечер, прямо посреди праздника во всем замке погасли свечи, и стало очень холодно. У нас здесь, конечно, защита от заклинаний, даже от заколдованных животных, - и он покосился на кецатля.
- Он не заколдованный, не переживайте, - сказал заклинатель.
Кецатль недовольно зафыркал.
- Мы испугались, но больше ничего не происходило, праздник продолжился, хотя без былого задора. А на следующий день оказалось, что все жители ближайшей к замку деревни умерли. Все до одного. И что самое странное - их тела и дома, и все в домах было покрыто черным инеем, который оттаял только после того, как мы их сожгли.
- Это хорошо, - задумчиво протянул Ариэль.
- Что ж хорошего?
- Что у вас получилось их сжечь.
- Есть еще кое-что… Когда мы нашли их, они были изуродованы. У одних кожа с лица содрана, у других выколоты глаза или земля в ушах. А самое ужасное то, что, судя по всему, они сами это с собой сделали. Собственными руками сняли себе скальп. Буквально! Те немногие, у кого сохранились лица, умерли с выражением такого ужаса и отчаяния, какого я не видел ни разу в жизни ни на одной войне. Уж поверьте, я многое повидал, но такое… как будто они чертей из ада увидели.
- Вы приглашали священников? Других заклинателей?
- Священники оказались бессильны, мы сразу же написали в столицу и попросили прислать заклинателя. Они ответили, что приедете вы, заберете Марту, а затем они пришлют кого-нибудь разобраться с этой бедой.
- Это все очень странно. Больше такого не повторялось?
- Если бы…
- Сколько деревень?
- Еще три. И все в ближайшем расположении к замку. Люди говорят всякое, боятся приближаться к нам.
- Что именно говорят?
- Что в замке завелась какая-то нечисть, которая людей морит.
- В самом замке кто-нибудь пострадал?
- Нет.
- Вы сами что думаете? Что это может быть?
- Я не знаю… мы никогда ничего подобного не видели. Никто новый в замок не приезжал. Нам очень страшно - и за себя, и за народ, а в особенности за Марту.
- Как вы думаете - есть кто-то, кто хотел бы ей навредить? Можете назвать кого-то конкретного?
- Пожалуй, нет.
- Я так и знал. Ладно, мы выдвигаемся на рассвете.
- Так скоро?
- Медлить нельзя. Все, что вы рассказали, мне очень не нравится.
- А вы не поделитесь своими соображениями о том… что бы это могло быть?
- Нет.
- Я тут подумал - может, мне стоит поехать с вами? Или отправить охрану?
- Не нужно.
- Но почему?
- Раз меня отправили одного, значит один я справлюсь лучше, чем кто бы то ни было, и дополнительные путники будут лишь замедлять поход.
- Вы собираетесь идти пешком?
- По меньшей мере до границы вашего Предела.
- Но здесь лошади слушаются и могли бы вас довезти.
- Мы пойдём пешком.
- Но почему? Вы ничего не объясняете, мы надеялись, заклинатель внесёт ясность и сможет защитить Марту, но вы… вы просто…
Неизвестно чем бы закончился разговор, но внезапно Ариэль опустил голову, а уже через секунду вскочил словно выпущенная из лука стрела. Ловко запрыгнув на стол, он вскинул вверх левую руку. Колода, состоявшая из одних только Солнц, веером раскрылась над его головой.
Карты вспыхнули золотистым светом. Свет разливался по комнате будто жидкий металл и все, к чему он прикасался, преображалось. Кецатль вырос в размерах и превратился в гигантского белоснежного змея, покрытого острыми стальными перьями, а может, это была чешуя. Из его ноздрей вырывались искры, а из груди - оглушительный львиный рык.
Не в силах вымолвить ни слова, окружающие уставились на Ариэля - свет до рези в глазах, боль и в то же время благоговейный трепет, смешанный с восхищением обуял их. Самые счастливые, радостные, сладострастные моменты вспыхивали, взрывались, поднимаясь из глубин памяти - все разом, в один миг. Вдох и выдох, вкус молока матери, первый поцелуй, весеннее солнце на щеке, победа над заклятым врагом, глоток ледяной воды в полдень, прогулка по цветущему лугу, рука в руке - абсолютная власть неисповедимого счастья.
Столп света, окружавший заклинателя, разрывал тьму, не оставляя ни одной тени - ярче самого яркого дня. Стоило глазам хоть немного привыкнуть, как сквозь пелену слез они увидели, нет, узрели - превращение самого Ариэля - существа с человеческими чертами, но не человека. Его огромные серые глаза казалось наполнились расплавленным золотом и мерцанием тысяч звезд. Каштановые волосы развивались вихрем, а черты лица… им позавидовал бы любой скульптор, художник, сами ангелы…
Одними губами он прошептал Слово, и все разом погасло, затихло и закончилось.
Присутствующие рыдали. Они не могли вымолвить ни слова, и в этот миг были полубезумными.
- Ладно, я спать, выдвигаемся на рассвете, - сказал заклинатель буднично, - и слез со стола.
***
- Что это было? - Возмущенно зашипел кецатль, как только они вышли из библиотеки. - Зачем ты призвал Силу души?
- Оно было там, - задумчиво пробормотал Ариэль. И подбиралось к девчонке. Видел иней на верхних полках? Ты вообще видел, весь этот хлам, пыль, запустение? По-моему, их чёрная гадость с ними гораздо дольше, чем они думают. Что там со всем остальным домом?
- Из того, что я успел посмотреть, пока меня не…. Пока я не присоединился к собранию. Везде ещё хуже - пыль, грязь, моль, пауки, брррр. Никогда ещё не видел такого захолустного замка. А ведь они богаты.
- Не в деньгах дело… здесь замешано что-то ещё, но я никак не могу понять…
- Ты действительно думаешь, что девчонке грозит опасность?
- Я уверен в этом. Сегодня мы отогнали его, но надолго ли? А сейчас давай спать.
***
Вот уже несколько часов они шли молча. Марта, ошеломленная увиденным накануне, огорченная прощанием с отцом и домом, со страхом перед неизвестной опасностью и зыбким будущим. Ариэль - настороженный, удрученный, с недобрым предчувствием. И кецатль - сытый и довольный, мирно дремавший на шее хозяина.
Марта не привыкла к быстрой ходьбе и едва поспевала за Ариэлем. Подол ее платья безнадежно испачкался и отяжелел, вобрав в себя щедрую порцию грязи. Заклинатель немного замедлился, и поравнявшись с Мартой, вдруг приказал - Стой!
От неожиданности она побледнела и остановилась, как вкопанная. Этот человек пугал ее до чертиков. Пугал своей непредсказуемостью, недостижимостью и беспрекословной властью, которой, как она вчера поняла, он обладал. Не так много юношей Марта видела в своей жизни, а наедине не оставалась ни с одним из них за исключением, пожалуй, своего будущего мужа. Но и тогда они ограничились чаепитием и светской беседой. Ни о какой совместной ночевке в лесу не могло быть речи. К тому же Теодор был милым, галантным, загорелым, улыбчивым - не способным заставить людей ночь напролёт рыдать от счастья. А то малое счастье, которое он предлагал, было вполне достаточным.
Заклинатель тем временем уставился куда-то ей под ноги и приказал “Замри”. Ловким движением пальцев он извлек из колоды блестящую карту и полоснул ею по платью, обрезав его чуть выше колена. Потом схватил девушку за запястье и резко рванул к себе. От неожиданного маневра Марта вскрикнула и, потеряв равновесие, буквально впечаталась в Ариэля. Он удержал ее за плечи, не позволив упасть в грязь.
- Что это ты творишь? - задыхаясь от гнева выкрикнула девушка.
Он ничего не ответил, а только показал пальцем в сторону ошметков ее платья. К ужасу Марты, они зашевелились, будто были живыми и через секунду над грязным когда-то алым куском ткани появилась уродливая полузмея-получервь, покрытая красновато-коричневой слизью. Слепая морда раскрывала свой алый рот, наполненный тонкими иглами-зубками. Марта никогда не видела подобных существ прежде.
Кецатль, не дожидаясь просьб и команд, бросился на существо. Его серебристые когти вспороли мягкую липкую кожу, и через миг схватка была окончена.
- Господи, что это?
- Пиявка.
- Пиявка? Да это лошадь в мире пиявок - не меньше. Как ты ее заметил?
- Ну я же особенный, разве ты не заметила?
- Трудно было не заметить!
- Они питаются кровью и, если уж присосутся, их не оторвать потом.
Марту едва не стошнило. Но она взяла себя в руки и пробормотала - Спасибо….
- И ногу вытри. Слюна у них тоже ядовитая.
Только теперь Марта заметила, что ее левую ногу покрывает густая коричневая слизь. Ее затрясло. Силы покинули окончательно. Она остановилась и прошептала:
- Я не пойду, пока ты не объяснишь мне, что происходит.
- Если бы я сам знал.
- Объясни, что это вчера было… с.. С ттобой и ттвоим эээ другом.
- Не друг я ему, - зафырчал кецатль.
- Да молчи ты, - буркнул Ариэль. Господи, давай просто будем идти, молча.
Но Марту было не остановить.
- Я не могу так. Мне страшно и непонятно, - в ее глазах засверкали слезы, и Ариэль понял, что она действительно никуда не пойдёт.
- Ну, хорошо, давай говорить на ходу, нам нельзя останавливаться. Что именно ты хочешь узнать? Я понятия не имею, что это за нечисть нападает на ваши деревни. И у меня плохие новости - теперь она появилась и в вашем замке.
- Но ты же сумел прогнать ее…
- Отогнать, а не прогнать. И это очень плохо. Потому что обычно Сила души…
- То, что мы видели — это называется Сила души? Это какое-то заклинание?
- Не совсем.
- Расскажи.
- Ты же не отстанешь от меня, да?
Марта посмотрела на него исподлобья всем видом давая понять, что нет, не отстанет.
- Наверное ты в курсе, что заклинатели используют самые разные предметы. Например, стальные карты, игральные карты, метафорические, Таро или сразу все вместе - зависит от мастерства. Или кости, или руны. Некоторые даже шахматы — это такая игра из другого мира.
Марта кивнула.
- Но есть те, кто смог пробудить Силу своей души. Она воплощается в виде спутника - как правило, какого-то животного или птицы, или вообще мифической твари - как эта, - и он кивнул на кецатля.
Кецатль недовольно заворчал.
- Чего это он?
- Говорит, что тварь — это я, а не он.
- Ты понимаешь его?
- К сожалению.
- То есть не все заклинатели умеют, вот так как ты?
- Да, ты мастер догадок, - съязвил Ариэль. - Нас только двое - из тех, кого я знаю. Я и Габриэль из Восточного предела. У меня кецатль, у него сфинкс.
- Ты знаешь, что ты выглядишь немного иначе, когда…
- Нет, иначе я выгляжу сейчас. А то мой истинный облик.
- Так ты ангел? - натянуто улыбнулась Марта.
- Может быть… - серьезно ответил ей Ариэль.
Они подходили к кромке леса. Стремительно темнело, и извилистая тропа напоминала язык монстра, который разинул свою чёрную пасть. Кое-где торчали обломки гнилых пней, это делало вход в лес ещё более похожим на зубастую морду. Повеяло сыростью и запахом мокрой земли.
- Здесь недалеко есть дерево с широкой кроной - заночуем на нем. Я все подготовил заранее, - сказал Ариэль.
- Как предусмотрительно с твоей стороны, - ответила Марта. - Никогда не спала на дереве.
- Да, забудь уже все, что ты делала в своём замке. Чем вы вообще занимаетесь там? Рисуете портреты будущих мужей или музицируете круглые сутки?
- Твой портрет точно никто не рисовал.
- Очень надо. Заклинатели, к твоему сведению, никогда не женятся, и у них не бывает детей.
- Это ещё почему?
- Не знаю… говорят, что, пробуждая Силу души, мы приобщаемся к жизни иного мира и не можем больше продолжать жизнь в этом.
- И ты проверял? - Спросила Марта и покраснела, осознав, что ее вопрос прозвучал двусмысленно.
Ариэль ничего не ответил.
На деле «широкая крона» оказалась просто отлогой веткой.
- И здесь ты собираешься спать?
- Ты можешь не спать, если не хочешь. Но завтра мы пойдём в ускоренном темпе, так что советую отдохнуть.
- И как мы поместимся здесь вдвоём?
- Втроём, заворчал кецатль. Будешь меня игнорировать, я отгрызу твой поганый язык и засуну тебе в…
- Уймись, - прервал его Ариэль. - Просто помолчите оба.
Он подошёл к дереву, привычным ловким движением достал из кармана колоду с одними пиками, и, вскинув руки, веером разбросал карты вокруг. В этот момент от ствола с шипением отделилась какая-то тень, Марта вскрикнула.
- Что это?
- Ммм, Лев Господень, да ещё с подружкой? А я все думаю - почему так долго. Нагрела тебе местечко. - «Тень» вышла из-под нависающей листвы.
Это была девушка с неправдоподобно белой кожей, иссиня чёрными волосами и горящими красным, как у кошки зрачками.
- Ну здравствуй, Мара, что тебя принесло? - ответил ей заклинатель.
- Не знаю, потянуло вдруг из глубины леса да на окраину, захотелось поглядеть, что да как, а тут смотрю - твои следы. Она потянула носом воздух - пришла поздороваться…
- Поздоровалась и проваливай. В прошлый раз мало было? Могу повторить, - и он поднял руку со светящейся в ней колодой, стальные перья кецатля вздыбились на загривке и засветились в темноте.
- Молчу молчу, ухожу ухожу… дай только разок взглянуть на твою подружку, уж больно любопытно, кого ты себе нашёл. Зря я так долго ждала? И Мара сделала ещё один шаг навстречу.
Марта смогла получше рассмотреть ее - на первый взгляд это была обычная, может чуть более бледная девушка, но ее пальцы на руках и ногах были неестественно длинными, чёрными, с загнутыми грязными ногтями, а плоский алый язык высовывался изо рта пробуя воздух на вкус - как у змеи.
- Ммм вкусно, будто подтверждая мысли Марты прошипела Мара и, зыркнув на Ариэля, который уже подкинул карты в воздух и готовился хлопнуть в ладоши, сминая пространство перед собой и перед Марой, исчезла, будто ее и не было.
Марта стояла ни живая-ни мертвая от ужаса, обуявшего ее. Она и до этого была не в восторге от идеи спать ночью в лесу на дереве. Но теперь ее сковал настоящий кошмар.
- Давай вернёмся. Ариэль, мне так страшно. Что это за тварь была? Ты ее знаешь? Почему ты ее не убил? Вдруг она вернётся за мной?
- Страшно в лесу ночью — это когда ты с факелом. А стоит его погасить, как вдруг оказывается, что тебя не видят так же, как и ты не видишь ничего. А по звукам слышно даже мышь за сто шагов. Вот поэтому за тобой послали меня, Марта. Воины или учёные с их бесполезными изобретениями были бы давно мертвы. Мары — это не просто кровожадные существа из иного мира - они предвестницы бед и несчастий. А не убил я ее потому, что в этом не было необходимости. Она нас больше не потревожит.
- Но она кого-то другого сожрет!
- А с чего ты взяла, что это к худшему?
Ариэль помолчал, погладил кецатля и в задумчивости произнёс.
- Думал, поспим, но придётся тебе рассказывать, Марта. Рассказывай о себе все, что знаешь и помнишь с самого рождения. Мы должны понять, кто на самом деле хочет тебя прикончить.
Карты, разложенные в виде воронки с лучами, не горели, но излучали свет и тепло. Настоящий огонь заклинатель решил не разжигать, хотя это и так бы не получилось - лес отсырел из-за непрекращающихся дождей. Начинало накрапывать снова, но Марта и заклинатель спрятались под кроной дуба. Ей было страшно и неловко. Но страх был сильнее неловкости, и она придвинулась к Ариэлю вплотную. Казалось, мир сошел с ума. Истории о том, как заклинатели ходят по свету, уничтожают взбесившихся домовых и забредших из других миров странных существ, всегда казались ей бабушкиными сказками. Собственно, с бабушки она и начала свой рассказ.
- Всему, что я знаю и умею, меня научила моя бабушка - мама умерла в родах, ее лицо я видела только на портретах, а о ее характере знаю только из рассказов отца, слуг и бабушки. Говорят, она была очень доброй и мудрой - а еще красивой. Хотела бы я быть похожей на нее. Но я копия отца, - и она показала на свои рыжеватые волосы.
- Ну да, я заметил.
- Мог бы соврать.
- Не имею дурной привычки. Продолжай.
- Бабушка тоже была очень хорошей - ей одной удавалось усмирить пылкий характер отца. Пока она была жива, мое детство было счастливым и беззаботным. В отличие от других воспитателей, она не заставляла меня что-либо делать, не изводила нудными уроками музыки или рисования, разрешала читать те книги, которые нравились мне.
- Сказки что ли?
- А вот и нет. Мне нравились книги по медицине.
- В твоем случае лучше бы сказки.
- За кого ты меня принимаешь? - начала злиться Марта.
- За того, кто ты и есть.
- Это кто же?
- Скучная девчонка, каких миллион.
Кецатль одобрительно зафыркал.
- А ты всех, с кем общаешься, оскорбляешь?
- Считаешь быть скучной оскорбительно? Давай ближе к делу. Про бабушку понятно, не она тебя прокляла.
- Ты думаешь, меня кто-то проклял?
- Да, кто ж знает, но люди вокруг тебя мрут… Мары тоже просто ради любопытства из лесов не выходят. Сама ты убила кого-нибудь?
- Нет, ты что? Бабушка учила меня ценить любую жизнь….
- Ты только что спрашивала, почему я не прикончил Мару!
- Но она же не человек.
- Не человек. Но она живая. И разумнее многих мне знакомых людей.
- Она же убийца.
- Что, если я скажу, что Мары пьют кровь только ооооочень недобрых людей? Праведники им, как отрава.
- Выходит, я ещё и недобрая, раз она ко мне приходила…
- Так и есть. Ничем непримечательная неказистая девочка без особых талантов. Ещё и злая.
- Мой жених считает иначе…
- Ах, да! Что там с ним? у него до тебя пассии не было? Может, это она?
- Нет. Все было сразу оговорено и предрешено, еще когда была жива моя мама.
- Да что ж такое? Куда ни кинь - идеальная Марта. Но так не бывает - есть у тебя какое-нибудь говнецо, соберись! Ты понимаешь, что все те погибшие на твоей совести есть и будут? Если ты продолжишь играть в божью овечку.
Марта начинала злиться - на Ариэля за то, что незаслуженно оскорблял ее, на себя за то, что отчасти считала его слова правдивыми. Она чувствовала себя виноватой, но сама не могла объяснить причину.
- Есть люди, которые хотят расстроить наш брак с Теодором, так говорит отец. Но я их не знаю.
- Не годится — это кто-то из ближайшего окружения. Может, твоя мачеха? Как у вас с ней? И с дочкой ее. Она то покрасивее тебя будет.
Глаза Марты предательски заблестели.
- Ой, только не реви! Любит тебя твой Теодор рыжей и рябой - радуйся. Ты злиться вообще умеешь или только сопли на кулак наматывать?
- Умею! И ты прав, я зла на свою мачеху. Сколько себя помню, она всегда меня изводила. Отец женился через год после смерти бабушки, познакомился с ней на охоте. Она критиковала меня во всем, Марта не так танцует, плохо музицирует, ее манеры недостаточно утонченны и изящны. А вот Агна!
- Но это же правда.
- Да, какая разница? Почему я должна с кем-то себя сравнивать?
Из глаз Марты потекли горькие слезы.
- Я не пытаюсь быть лучше всех. Мне совершенно это не нужно. За что она меня ненавидит?
- Может, она просто хотела тебе помочь стать чуть получше?
- Лучше, чем кто?
- Ну, ты же сама ныла, что не так хороша, как твоя матушка.
- Не смей упоминать мою маму! Магриэтта в подметки ей не годится.
- Откуда ты знаешь? Ты ведь ее никогда не видела?
Эти слова ударили Марту будто хлыст. Слезы из ее блекло-зеленых глаз катились уже ручьями, руки затряслись. Ариэль говорил самые обидные вещи - то, что она сама знала и ненавидела в себе, но в чем не хотела признаться. Она хуже всех в своей семье, самая бесталанная, и нет, это не Магриэтта, это сама Марта - бледная тень своей матери.
- Лучше бы это мама жила, а я умерла, - закричала Марта, - и в ее голосе появился металл, а корни дуба моментально покрылись инеем. Земля затряслась, а за спиной девушки выросла темная фигура.
Ариэль был готов. За секунду до этого он вытащил из кармана ту последнюю карту, которую не успел посмотреть в замке - Дьявол. Кецатль понял все, как всегда, без слов - нет, он определенно умел читать мысли. В миг напротив черной тени вырос белоснежный, сверкавший серебряными перьями гигантский змей. В руках Ариэля появился светящийся серп и он, оседлав кецатля, бросился на темное облако.
- Я не виновата, я ни в чем не виновата! Это я должна была умереть. Они все ненавидят меня. Недостаточно хорошая. Ни капли не хороша. Не красивая, бездарь, глупица, растяпа! Моя мать могла жить и подарить отцу достойного сына, я все испортила.
С каждым словом Марты тень за ее спиной росла. Затряслась земля и деревья уже покрывал не иней - их сковал лед. Ариэль, едва глянув на тень, ощутил такой нечеловеческий ужас, что, если бы был просто человеком, то погиб бы в ту же секунду. В тени копошились смрадные могильные черви, переплетались кишки, лица без кожи, зияющие рты - все самое кошмарное, что можно было вообразить - оно перемешивалось, клубилось, дышало смрадом.
Вдруг от тьмы отделилась извилистая когтистая лапа, сотканная из тьмы, и схватила кецатля за горло. Ариэль отрубил руку своим серпом, но перья в том месте, где тьма коснулась дракона, почернели, из раны на его гибкой шее потекла чёрная кровь.
Марта, не замечая ничего вокруг, продолжала твердить как мантру:
- Ненавижу, ненавижу, ненавижу, за что? Ненавижу их всех! Мама, почему ты меня бросила? Почему умерла? Это не я была слабой - а ты!
В этот момент тень выросла ещё в три раза и упала черным туманом на заклинателя. Его свет померк, но все еще пробивал лучами, распарывая мглу. Было видно, что долго он не продержится. Из последних сил он разорвал колоду светящихся карт Звезда и закричал, что было сил. Обернииииись.
И Марта обернулась. Увидев мглу за своей спиной, она отшатнулась и попятилась назад, но через несколько метров уперлась спиной в гнилой пень. Бежать не было сил, да и как убежать? Рядом лежал, тяжело дыша раненый кецатрь, где-то в ветвях, обвитый чёрным туманом, угасал Ариэль.
Вдруг тень уменьшилась до размеров обычного человека, и в ней стали угадываться черты девушки. Марта не слышала ее, но понимала, что она говорит.
- Ты завидуешь, Мартаааа, - шипел голос, - ты им завидуешь. Ведь ты не так, совсем не так хороша.
- Нет, нет же. Я ненавижу себя, но я не такая - я не такая. Это не я.
- Это ты и твоя зависть убили жителей деревни. Твоя черная жалкая душонка.
И черная рука схватила Марту за горло.
- Бездарные, жалкие и не нужные, лишние всегда завидуют тем, кто хоть кому-то дорог. Поэтому я поглощу тебя, ты будешь послушной марионеткой, Марта. Какой ты всегда была.
Марте стало трудно дышать. В глазах потемнело, и она практически лишилась чувств. Перед тем как потерять сознание, она подняла глаза наверх и увидела Ариэля. Она сражался с тьмой вокруг себя из последних сил. Тонкий, изящный, гибкий, прекрасный. Каждое его движение было совершенным. Волосы светились и из каштановых превратились в серебристые, глаза живые, как ртуть смотрели на нее - Марту, а кожа переливалась перламутровым светом. Этот миг. Доля секунды неизбывного счастья… и его глаза. Она никогда не посмотрит в них снова, если…
- Хорошо, - прохрипела Марта.
Тень на секунду ослабила хватку, и этого хватило, чтобы набрать воздух и проговорить еще одну фразу.
- Я согласна, только оставь его. Я это Ты, а ты — это Я!
Марта лежала на земле, и Ариэль гладил ее по волосам. Она хотела что-то сказать, но он приложил ладонь к ее губам - тсссс.
- У меня для тебя три новости, Марта. Причем одна хуже другой.
Марта молчала, но в ее глазах застыл вопрос.
- Жителей деревни действительно убила ты. Точнее твоя тень. — это раз. Ты не сможешь выйти замуж за своего Теодора, так как ты приняла Силу своей души — это два.
- А три? - тихо спросила Марта.
- Ну, и страшная же у тебя Сила, прям до сих сих пор жуть берет.
И он положил ей на руки маленького лохматого нетопыренка.
Глава 2
Марта с надеждой смотрела в треугольное окно башни. Было раннее утро, и перед ее взглядом простирались пустые улицы пока еще спящей столицы - восхитительного города Маззарот. Прямые, как стрелы аллеи разбегались от центра золотыми лучами. Крыши домов, покрытые специальной краской, сияли, впитывая в себя свет солнца. Чуть-чуть алхимии, немного магии карт, и черепица вобрала в себя столько тепла и света, что вечером сможет освещать город без факелов и фонарей.
В Северном Пределе, который Марта покинула впервые в жизни, ни о чем таком даже не слышали. Зато зимой там случались небесные сияния
- Уж, их то не сотворишь никакими картами, - подумала девушка. - Зеленые, желтые и голубые всполохи в морозном ночном небе. Они с отцом выходили на балкон самой высокой башни, укрывались одеялами поверх зимнего платья и болтали обо всем на свете, глядя, как над морем разгорается небосвод.
- Море… - Теперь Марта знала, по чему будет скучать больше всего. По чувству, когда, стоя на берегу, смотришь прямо перед собой, и ничто не останавливает твой взгляд.
В столице же вершились чудеса совсем иного рода и толка. Вчера, когда они с Ариэлем прогуливались по кварталу изобретателей, Марта впервые в жизни увидела механического жаворонка - сделанного полностью из металла, но способного петь голосом живой птицы, она видела телегу, которая ехала сама по себе без лошади, оставляя позади себя белый густой пар, а еще странную коробку, которая, если опустить в нее грош, выдавала горячую булочку и стакан молока. Понятно, почему Маззарот называли городом чудес. А чудеса давали Марте надежду…
Надежду, что теперь ее жизнь изменится. Что она сможет сделать что-то более выдающееся, чем просто выйти замуж за Теодора по указке отца. Она встретится с Хеллой - наставницей Ариэля, и Хелла поможет ей овладеть мастерством заклинателя, обязательно поможет. Ничего, что пока ничего не получается, просто нужен более опытный и терпеливый наставник.
- Не то, что Ариэль…. - С горечью подумала Марта. - Он только кричит, ворчит и закатывает глаза, а ещё обзывается - Марта - деревенщина. И почему мне вообще есть до него дело? Тогда в лесу мне показалось, что он за меня волнуется, что ему не все равно и если мечтать уж совсем смело, то, может быть, я ему даже нравлюсь? Глупости…
Она погладила пушистого маленького нетопыренка, который был единственным свидетельством ее новообретенной силы. Как ни пыталась сама Марта, как ни помогал ей Ариэль, никакая тень больше не появлялась, никакие карты ее не слушались, руны тоже. Теперь вся надежда была только на Хеллу.
- Пойдем, - сказал Ариэль, прерывая ее раздумья. Нас уже ждут.
- Чего это ты так вырядился? - спросила Марта, рассматривая не совсем обычное одеяние Заклинателя - голубой плащ с серебристыми пуговицами в виде цветка эдельвейса. И он, кажется, даже причесался?
- Ты про плащ? Это подарок Хеллы. Ей будет приятно, что я ношу его.
- Но ты же не носишь.
- А сейчас я что делаю?
- Господи, в мире есть люди, которым ты пытаешься угодить...
- И все они не похожи на тебя.
- Узнаю Ариэля, а то уж подумала, что ты заболел. Постой-постой, а это ещё что? - спросила Марта, нюхая воздух вокруг. - Ты поливался цветочной водой? Разит как от парфюмерной лавки.
- Нет. - Сердито отрезал Ариэль.
- Да, за километр же несёт. Вон у кецатля от запаха глаза режет.
Кецатль и правда чуть не плакал, но больше от смеха. Словесные перепалки этих двоих доставляли ему истинное удовольствие. Ариэль промолчал и окликнул Марту только когда она направилась к экипажу:
- Ты вообще далеко собралась?
- Ээээ, а мы в лес пешком пойдём?
- В какой ещё лес?
- Тот, что за городом. Хелла же там живет?
- Ну да, в избушке на курьих ножках…
- ехидно заметил Ариэль.
- Она живет в соседнем квартале, осилишь пройти пешком?
- Господи, почему сразу нельзя было мне сказать?
- Не слишком ли часто ты зовёшь меня Господом? Я начинаю привыкать…
- Ооооо! Закатила глаза Марта, идём уже.
Дом Хеллы меньше всего походил на избушку. Массивные стены из темно-серого кирпича до самого балкона увивали плетистые розы, на карнизах застыли каменные фигуры, и в одной из них Марта узнала кого-то похожего на кецатля. Огромные окна-витражи с рисунками старших аркан Таро были распахнуты настежь, а на самой высокой башенке вертелся флюгер - золотой шут в колпаке с бубенчиками.
Как только они поднялись по ступеням, массивная дверь отворилась сама собой, и на Марту пахнуло прохладным цветочным воздухом, будто кто-то пронес перед ее лицом букет свежесрезанных роз. Ариэль вошел в дом и, не раздеваясь, плюхнулся на диван, стоявший под стеной прямо у входа.
- О, как я скучал по тебе, милый диванчик.
- Да он с диваном ласковее, чем со мной, - мрачно заметила Марта. Но стоило ей поднять глаза, как величие и роскошь дома завладели ею. Огромный холл с высокими сводчатыми потолками сиял. Полы и стены были украшены причудливыми узорами из настоящего перламутра, в керамических вазонах росли невиданные цветы, а под потолком была люстра, нет, не люстра - настоящее сокровище, и на ней вместо свечей светились хрустальные снежинки.
- Вот это дааааа…. - Удивленно произнесла Марта.
- Нравится? - Спросил голос у неё за спиной?
- Очень, - не задумываясь ответила девушка, а потом до ее сознания дошло, что голос был незнакомый и женский.
Она ойкнула и резко обернулась. Перед Мартой стояла высокая светловолосая женщина в темно-синем шелковом платье. Кружево на нем напоминало морскую пену, и этот эффект усиливало множество перламутровых рыбок и жемчужинок, пришитых к нему тут и там. Выражение лица женщины было строгим, даже немного чопорным и совершенно непроницаемым.
- Тебя не учили здороваться, Марта? - Властно спросила незнакомка.
Девушка густо покраснела и едва слышно выдала - "здрасьте". Но голос предательски скрипнул, и приветствие напомнило звук несмазанный двери. Кажется титул “мастер провальных знакомств” не собирался покидать Марту ближайшие несколько лет.
Но вдруг отовсюду раздался шум, гам, какие-то крики, сверху на Марту посыпалось море блесток, шелковые ленты и маленькие конфеты в разноцветной фольге, а лицо незнакомки вмиг преобразилось, и она одарила гостей самой обворожительной на свете улыбкой. Из-за колонн, по обе стороны от входа выскочили две девушки и, хохоча, принялись посыпать Марту блёстками и конфетами. Ариэль только хмыкнул, а кецатль уже жевал круглую шоколадку с засахаренной фиалкой.
- Прости нашу маленькую шалость Марта, - смеялась женщина. - Я уверена, что Ариэль наговорил тебе всякого о нас и решила ему подыграть. Ты не слишком перепугалась? Я - Хелла, а это мои ученицы - Астрид и Беллатрикс.
- Можно просто Белла. - Сказала девушка, одетая в странного вида комбинезон с фартуком.
Марта ещё не видела девушек, которые бы не носили юбки, поэтому вид Беллы потряс ее не меньше всего остального. Ариэль язвительно усмехнулся, встал и подошёл к Хелле. Астрид и Белла набросились на него и, казалось, намеревались задушить в объятиях.
- Явился! Без тебя здесь было смертельно скучно. Пойдём покажу мое новое изобретение - механический Белко-кот, он умеет вращать глазами и ругается позабористее твоего кецатля, - сказала Астрид.
Кецатль надменно фыркнул и попробовал на зуб марципановую звездочку.
- Нет, вначале он посмотрит мои новые карты, заявила Беллатрикс и потянула Ариэля в другую сторону.
- Девочки, стойте, громко сказала Хелла, наконец прекратив смеяться. Сначала мы все познакомимся с Мартой, - она подошла и взяла гостью за плечи, а затем обняла. Непринужденно и просто, как обнимают друг друга давние знакомые после долгой разлуки. Все последовали ее примеру, даже Ариэль.
Если бы Марта умерла прямо в этот момент, то она могла с уверенностью сказать, что умерла самым счастливым человеком на свете.
Когда Астрид и Беллатрикс все-таки утащили Ариэля куда-то в глубину дома, и их голоса стихли, Хелла усадила Марту на огромный бархатный пуфик в гостиной, а сама разместилась в кресле напротив.
- Повторюсь, мне очень приятно с тобой познакомиться, Марта. - Расскажи, тебе нравится здесь? Наверняка скучаешь семье и по дому…
- Не то, чтобы… по папе, конечно, соскучилась, но здесь все так необычно, что просто некогда тосковать.
- Ариэль не слишком тебя донимает? Порой он не самый приятный собеседник.
- И она пригубила чай небесно-голубого цвета.
- Ариэль… - Начала было Марта, но затем смутилась и опустила глаза, не зная, что сказать. Она не хотела выглядеть неблагодарной, говоря за спиной нелестные вещи про заклинателя, но и врать Хелле, что он душка, язык не поворачивался. Да, и вряд ли она бы поверила. - Понятно, многозначительно произнесла Хелла.
- Расскажи мне, как все произошло. Как ты обрела свою силу?
- А Ариэль разве уже не рассказывал вам? Да, и с силой тут некоторые проблемы…
- Рассказывал, но мне хотелось бы услышать твою версию. Что касается проблем, то я здесь именно для того, чтобы тебе помочь. Видишь ли… я не так много знаю о Пробужденных - о них никто толком ничего не знает. Мы считали Ариэля единственным в своём роде - долгое время так и было, но потом появился Габриэль, а теперь ты… Между вами тремя много общего.
- Вы так считаете? - Искренне удивилась Марта.
- По-моему, мы с Ариэлем похожи примерно, как… звезды на небе ииии…. и на вашем ковре. Хелла искренне рассмеялась.
- И себя ты, конечно, сравниваешь с ковром? Это самое забавное, что я слышала, клянусь тебе. Но не стоит так превозносить Ариэля. Он этого не любит. Поверь, вас объединяет гораздо больше, чем тебе кажется. Когда ты узнаешь его получше, поймёшь…
- А как его узнать? Он молчит все время. Или ругается.
Хелла вздохнула. И этот вздох можно было трактовать как "мне ли не знать?".
- А ты просто понаблюдай за ним и в следующий раз мне все расскажешь.
- А это правда, что Ариэль тоже родился в Северном Пределе? - осмелилась спросить Марта.
- Правда. Его мать, как и твоя умерла во время родов, а с отцом ему не так повезло, как тебе…
- Этого я не знала…
- Он через многое прошёл, пока не пробудил свою силу и не попал в этот дом. У Габриэля похожая история - каждый из вас пострадал, поэтому я смею предположить, что Пробуждение каким-то образом связано с сильными переживаниями. Настолько сильными, что происходит полное перерождение. Но пока это только догадки.
- Понятно… то есть, ничего не понятно, если честно.
- Мы пытаемся разгадать эту тайну уже очень много лет, и никогда не были так близки как сейчас. От тебя нам потребуется предельная искренность и откровенность - мы должны знать о вас троих абсолютно все.
Слова Хеллы смутили и испугали Марту. Но ей нравилось разговаривать с заклинательницей. Тысячу раз она представляла, что вот так просто секретничает со своей мамой. И пускай эта женщина совершенно чужая, и Марта видит ее впервые в жизни, но это чувство…
Несколько минут они сидели молча пока тишину не прервал писк нетопыренка, выползающего откуда-то из прически Марты.
- О, какая прелесть, - заулыбалась Хелла. - Как ты его назвала?
- Пока никак… и он сам мне не может сказать. У нас с ним нет такой связи как у Ариэля с кецатлем. Я не понимаю, что он “говорит”.
- Не требуй слишком многого от себя сразу. Пройдёт время, и ты начнешь его понимать… жаль, что мы не можем дать тебе так много времени, как тебе нужно, Марта.
- Что вы имеете в виду?
- Наверное, ты знаешь, что управлять королевством нашей сияющей королеве помогают предсказательницы?
- Да, я что-то слышала об этом…
- Так вот, их предсказания не так давно изменились, и не в лучшую сторону.
- О, Господи! - Воскликнула Марта.
- Не стоит паниковать раньше времени. Они предвидят только наиболее вероятный вариант будущего, но это не значит, что все свершится именно так. Нам удавалось предотвратить многие события - войны, эпидемии, нашествия крыс, гибель урожаев, несчастные случаи… Пророчества изменились совсем недавно, так что у нас еще есть время.
- А что именно видят пророчицы?
- Ничего конкретного - и в этом вся сложность. Непонятный враг, с которым неизвестно как сражаться. Но буквально сегодня мне передали предсказание для Пробужденных. - И Хелла достала из рукава свернутый в трубочку листок.
- Хочешь первая посмотреть? Ещё никто не читал, кроме королевы и меня.
- Хочу… - Неуверенно произнесла Марта. - Ей было любопытно и страшно одновременно.
- Хелла развернула листок и протянула его девушке.
«Все дороги, что ведут туда, — извилисты,
Все огни, что освещают путь, — ослепляют.
Возможно, ты спасёшь всех нас.
Ты — и само чудо, и преграда на пути к нему…
Прочитала Марта. - Ничего не понятно…
- Да, послания всегда иносказательны и имеют свой скрытый смысл. Но мы уже работаем над тем, чтобы его понять. Кстати, Ариэль в этом мастер. А сейчас давай опробуем твою силу на разных предметах, и посмотрим, что из этого выйдет. Итак, что вы уже попробовали с Ариэлем?
- Карты - игральные и Таро, руны, шахматы, зеркала, монеты… ножи он мне не доверил “ты обязательно прирежешь себя или меня…” - И марта весьма удачно изобразила недовольное лицо Ариэля. - Никакие предметы меня не слушаются.
- Что ж… есть у меня одна идея, - заговорщицки подмигнула Хелла. И достала из шкафа небольшую обшитую фиолетовым бархатом шкатулку. Загляни-ка сюда.
- А ты преуспела в своем мастерстве, Беллатрикс, поздравляю, - сказал Ариэль, рассматривая гирлянды новеньких карт, развешанные по всей мастерской - краска на них ещё не высохла. Таро, игральные, карты со стихиями и мифическими существами - таких Ариэль еще не видел.
- Конечно. Я же работала пока ты гулял по лесу с этой девчонкой, - язвительно ответила девушка. Ее темно-синие глаза недобро сверкнули. Но заклинатель сделал вид, что ничего не заметил.
- Есть что-то новенькое для меня?
- Конечно…
- Показывай!
Белла достала из кармана колоду с глянцевыми черными рубашками и протянула ее Ариэлю, но в последний момент отдернула руку.
- Нет уж, сначала расскажи мне, как все было. Что это ты с ней такое делал, что она, не имея никаких способностей вдруг стала пробужденной заклинательницей?
- Ничего такого, чего я бы не делал с тобой, - и он схватил ее за запястье, и притянул к себе.
Когда Беллатрикс уже думала, что Ариэль ее поцелует, он внезапно отстранился и сказал:
- Магия не передается таким способом, ты ведь уже поняла это, Белла? - Девушка вспыхнула, гримаса ярости исказила ее лицо.
- Ну, конечно, тебе хорошо говорить, Ваше Величество Ариэль Великий!
С минуту они молчали. Тишину нарушал только хруст орешков, которые грыз кецатль, сидя у Ариэля на плече.
- Помереть тут со скуки с тобой можно, - зашипел пернатый змей, глядя на Беллу. Марта куда забавнее.
- Он говорит, что Марта забавнее, - перевел Ариэль. - И Белла с размаху попыталась наступить ему на ногу тонким каблучком туфельки. Но промахнулась и рухнула бы на пол, если бы заклинатель не поймал ее за предплечье.
- Зачем тебе магия? - Внезапно с сочувствием спросил он. - Ты самая талантливая художница в Маззароте, и я бы побился об заклад, что и на всем континенте. Твоими картами пользуются лучшие заклинатели нашего мира.
- Но только не я сама…
- Хочешь помогать людям? - удивленно спросил Ариэль. От его голоса у девушки пробежал мороз по коже.
-Только не ты, Белла. Ты меньше всего думаешь о других.
- Можно подумать, ты думаешь о ком-то, кроме себя.
- Каждый раз, засыпая, я думаю о том, что когда-то этот мир для меня исчезнет. Я не знаю, просто ли он перестанет существовать для меня, как я для него, или по ту сторону нас что-то ждет. Но мне так жаль уходящего времени и еще больше жаль, что ощущая, как оно проносится мимо, я продолжаю просто за этим наблюдать, не делая того, что мог бы сделать…
- То есть ты мог бы сделать больше, если бы был обычным? И жил как все?
- Этого я не говорил, ты не поняла меня. Впрочем… забудь… А что бы ты сделала, будь у тебя вся магия мира?
Белла подумала и тихо ответила - Я не знаю.
- Вот и разгадка… а может, ты слишком бережёшь свои чувства? Марта знаешь, как умеет завидовать - чуть пол-леса не разнесла в щепки, а ты не смогла даже наступить мне на ногу.
Кецатль зафыркал всем видом давая понять, что одобряет сказанное Ариэлем.
- Что он сказал?
- Что, если ты будешь задирать нос, он мог бы его подкоротить, когда немного проголодается. Хотя, наверное, для такого длинного носа, как твой ему придется проголодаться посильнее.
- Мда, и зачем я вообще спрашивала? Будто пернатый хорек может сказать что-нибудь умное…
В тот миг, когда кецатль уже был готов к прыжку, чтобы вцепиться ей в волосы, дверь распахнулась, и в мастерскую с громким щебетом влетел крошечный механический соловей. Вслед за ним вбежала Астрид и с криками “лови его” влетела в гирлянды с картами. Через минуту она напоминала огромного паука, который запутался в собственной паутине. Птица выпорхнула в приоткрытое окно.
- Ну вот, расстроенно сказала Астрид - стоит им наколдовать чуть больше свободы воли, и они улетают, забыв о своем создателе… А когда магический заряд заканчивается, они падают замертво, ржавеют, и я нахожу их в лесу безнадежно сломанными - их уже не исправить.
- А ты научи одну из них разговаривать и в следующий раз спроси - стоило ли оно того, - предложил Ариэль.
- Ты в своем уме? - Спросила Беллатрикс, — это же просто железки.
- Тогда твои карты - просто бумажки, - обиженно ответила Астрид.
- А у вас я посмотрю ничего не меняется, - усмехнулся Ариэль. - Пойдемте, Хелла просила погулять с Мартой по городу.
- Может, вы вдвоем погуляете, голубки?
- Не мели ерунды. И отдай мои новые карты.
- Они уже у тебя в кармане.
- Ты подрабатываешь карманницей, рассмеялся Ариэль? Это что-то новенькое. Поделишься фокусом?
- Ни за что! - гордо ответила Белла и вышла из мастерской.
В шкатулке у Хеллы лежали фарфоровые фигурки. Все они были искусно расписаны и поразительно походили на маленькие копии настоящих людей и различных существ.
- А теперь, сказала заклинательница, выбери героев, которые тебе кажутся наиболее значимыми - они будут олицетворять самых дорогих для тебя людей. Только долго не думай.
- Зачем это?
- Сейчас ты сама все увидишь.
- Ну, хорошо, вот этот рыжий волк - это будет мой папа. И она поставила на середину стола фигурку косматого вервольфа с вздыбленной гривой и ярко-красными глазами.
- Годится. Кто ещё?
- А можно тех, кого уже нет в живых?
- Конечно!
- Тогда белая львица пусть будет моя мама.
- Отлично, давай дальше.
Марта замялась, но всё-таки взяла в руки маленького ангела со сложенными в жесте мольбы ладошками и сказала - а это пусть будет Ариэль. Нужно ещё кого-нибудь?
- Как минимум нужна еще ты сама.
Этот выбор был для Марты самым сложным, но она все-таки вытащила из шкатулки плачущую русалку.
- А это я!
- Хорошо, теперь сосредоточься, смотри внимательно! - Тихо сказала Хелла и провела над фигурками колодой Таро. Некоторые карты слабо засветились, и заклинательница тут же достала их из колоды. Возле отца Марты она положила Короля Кубков, возле матери - Башню, возле Ариэля - Отшельника, а возле Марты-русалки - Зеркало или Мир. Затем заклинательница слегка подула на всю колоду, и к фигуркам от карт полетели красноватые искорки.
Некоторое время ничего не происходило, у Марты даже заслезились глаза от напряжения, но внезапно рыжий волк шевельнулся. Через мгновение еще раз, будто его передвинула невидимая рука. А потом, фигурка закружилась словно юла, да с такой силой, что казалось собирается просверлить дырку в столе. Следующим ожил фарфоровый ангел. Он взмыл под потолок и застыл в окружении светящихся звезд люстры. И наконец вздрогнули плечи русалки, а через мгновение из ее глаз потекли настоящие слезы. Да, с каждой секундой все больше и больше, так что скоро вокруг неё образовалась небольшая черная лужица. Белая волчица не шелохнулась вовсе, хотя Марта очень ждала этого.
- Что это все значит, Хелла, скажите мне, - растерянно попросила Марта.
- Это ты мне скажи. Только не задумывайся, говори первое, что приходит в голову.
- Я… я не знаю… это вы заставили их двигаться?
Внезапно Ариэль-ангел рухнул вниз, и, ударившись об угол стола, раскололся на две части. Марта взяла в руки половинки и тихо заплакала. Хелла схватила ее за плечи и довольно ощутимо потрясла.
- Не думай - говори, просто говори первое, что приходит тебе в голову. - Голос Хеллы звучал твердо и повелительно. Марта не могла противостоять его власти, и слова полились сами собой.
- Мой отец… он всю жизнь крутится как волчок, что-то делает, и старается, но не может сдвинуться с одного места, со своей мертвой точки… А все потому, что моя мать мертва. Она мертва даже сейчас, даже в моем воображении она не может ожить ни на миг. - И приступ рыданий сотряс плечи девушки. - Ариэль… он высоко, выше и прекраснее всех нас - за ним не угнаться, он всегда недосягаем, навсегда впереди. Но если там, на его высоте, ему вдруг понадобится помощь, то кто спасет самого Ариэля? Когда-нибудь он рухнет вниз, а я буду беспомощно наблюдать за этим. Оплакивать не в силах что-либо сделать для него. Или отплатить ему за то, что впервые в жизни рядом с ним я чувствую себя живой…
Слезы из глаз Марты превратились в настоящий ручей. Они стекали потоком по ее щекам, падали на стол, на ладони, на фигурку ангела и едва коснувшись ее поверхности, испарялись черной невесомой тенью. От удивления Марта перестала всхлипывать и когда пелена слез спала с ее глаз, она ошарашенно посмотрела на фарфорового ангела в своих руках. Он снова был целым. Будто не падал вовсе.
Чем больше Марта узнавала город, тем больше ей казалось, что она здесь родилась. А если не родилась, то по крайней мере должна была. Все здесь было знакомым и в то же время новым и удивительным. Квартал художников поражал яркостью, от которой кружилась голова. Стены домов были расписаны удивительными цветами, или выложены фресками с изображением ангелов, на других художники изобразили мифических существ - сфинксов, грифонов, кентавров и тех, кого Марта видела впервые. По словам Беллатрикс, здесь нет повторяющихся рисунков, и часто изображения называют в качестве адреса. Например, если вы скажете, что живете в квартале художников в доме со Сфинксом, то почтальон или гости без проблем вас найдут.
С Беллой все здесь здоровались, выказывая явное почтение и уважение. Ведь она умела не просто повторять узоры уже существующих карт, но постоянно придумывала новые, и они всегда работали.
В квартале изобретателей все было устроено по-другому, и Марте показалось, что они переместились не только в пространстве, но и во времени. По улицам бегали зачарованные механические коты, все вокруг шипело, пыхтело, ходило ходуном и обдавало то горячим, то холодным паром. Дома были многоэтажными, по их фасадам вверх-вниз курсировали подъемные механизмы. С одного из карнизом на плечо Астрид спрыгнул огромный пепельно-серый кот.
- О, привет, Мафлин! Что новенького? - К удивлению всех, вместо мурлыканья зазвучал звонкий механический голос.
- Здравствуй, Астрид, давно не захаживала к нам - зазналась совсем? Тут пролетали недавно твои птички.
- Он что, тоже механический, - в недоумении спросила Марта.
- Нет, он как раз настоящий, но его хозяин изобрел механизм, который при удачном сочетании чар превращает кошачье мурлыканье в человеческую речь.
- Не хочешь такой для кецатля? - спросила Марта у Ариэля.
- Ну, начнем с того, что я не кот. Если ты ослепла, я могу съесть твои бесполезные глаза, - ответил кецатль в своей обычной манере.
- Не спрашивай! - Ответил заклинатель, — вот поэтому никому и не надо знать, что он говорит.
Напоследок компания завернула в квартал Зимы. Пока шли, Марта расспрашивала, что там будет, и почему его так назвали?
- Сейчас сама все увидишь, - ответила Астрид.
Беллатрикс протянула Ариэлю несколько ярко-красных карт, заклинатель подул на них, и с поверхности бумаги слетели едва видимые мельчайшие искорки. Они окутали Марту, и ей сразу стало очень тепло.
- Мое новое изобретение, - гордо заметила Белла.
- От дождя у тебя по-прежнему ничего нет, - спросил Ариэль?
- Отстань! Я над этим работаю.
Когда они завернули за угол, Марта не поверила собственным глазам. За мостиком, перекинутым через замерзшую речку, стояли дома, покрытые самым настоящим пушистым снегом. Холод благодаря магии Марта не ощущала, и это делало прогулку еще более нереалистичной. Кто-то ходил по городу в зимней одежде - шубах и шапках, а кто-то пользовался чарами и разгуливал в летних платьях.
- Пойдемте на каток, - предложил Ариэль.
- Нет сначала давайте купим мороженого. Мы все равно не умеем кататься на этих странных ножах, которые надо надевать на ботинки. Только тебе это каким-то образом удается.
- Ну да, я ведь год здесь прожил, пока пытался изловить хладного духа. Он жил в трубе воооон той ратуши и по ночам пугал местных девиц. Ну и странное было дело.
- Уже признайся, что ты так долго его ловил просто потому, что хотел здесь пожить и весьма близко дружил с пострадавшими
- Как ты можешь так говорить? - изобразил возмущение Ариэль, но его глаза смеялись, потому что Белла была права.
- Я так и знала, - ответила девушка. Помню, как Хелла бесилась - она подозревала, что вы сговорились с этой нечистью.
- Не вздумай ей проболтаться.
- Я не буду молчать бесплатно.
- Ну, начинается…
Беззаботно болтая, они вышли к площади посреди которой огромным зеркалом сверкал ледяной каток. Вокруг рассыпались крошечные разноцветные домики - в одних продавали горячий травяной чай, в других мороженое самых невероятных вкусов. Те, кто гулял в шубах и не пользовался магией, пили чай, чтобы согреться. А те, кто разгуливал в платьях, ели мороженое.
Астрид подошла к синему деревянному домику и сказала:
- Самое вкусное - земляничное! Мне три шарика и шоколадную вафельку.
- Мне фиалковое, - попросила Белла.
Кецатль с Ариэлем взяли тройную порцию мятного пломбира. А Марта, хотя и выросла на Севере, никогда прежде не видела и тем более не пробовала мороженое.
- Какая интересная мысль - смешать снег с чем-то вкусным. Получается вкусное и одновременно холодное, - многозначительно заключила она, и все засмеялись.
- Да ты просто гигант мысли! - резюмировал Ариэль, и проглотив разом все оставшееся мороженое, отправился на каток. Он легко и непринужденно выделывал пируэты на льду. Его голубой плащ развевался на ветру и напоминал парусник стремительного корабля. Белла и Астрид встретили каких-то знакомых и пошли прогуляться с ними вдоль разноцветных домиков. А Марта с нетопыренком остались одни.
- На вкус - как воздух в лесу, - сказала Марта и предложила мороженое нетопыренку. Он понюхал зеленоватый холодный шарик и сморщился.
- Понятно, ты не такой обжора как кецатль. Смотри, как беззаботно они с Ариэлем гоняют по льду. Будто нет никаких проблем вовсе - будто есть только этот солнечный день, этот каток и это скольжение... Хелла велела наблюдать за Ариэлем, чтобы лучше его понимать. Вот я смотрю - на него ведь нельзя не смотреть. Но признаюсь - совершенно ничего не понимаю. Он то заботиться обо мне, то кричит и обзывает при всех. Хотела бы я знать, что он думает обо мне на самом деле. Хотя скорее всего ничего - у него есть дела поважнее... - и Марта сжала в кармане фарфорового ангела.
Внезапно в эту беззаботную атмосферу вмешалось чье-то присутствие. Марта затылком почувствовала тяжелый взгляд и будто нависшую над ней тень. Она попыталась убедить себя, что ей кажется, но не могла преодолеть страх и посмотреть назад - в темный пролет улиц. Сделав глубокий вдох, она все-таки взяла себя в руки и резко обернулась - темная фигура уже исчезла.
Марта хотела бы верить, что это просто игры разума и взбудораженного за день воображения, но она прекрасно знала, что происходит. Это был человек из ее кошмаров. Один и тот же сон каждую ночь - будто она идет по темному лесу, ноги утопают в опавшей листве. Внезапно слышится то ли вой животного, то ли стон ветра. И в этом звуке можно разобрать голос, который ее зовет. А потом она видит черный силуэт - далеко впереди. Оборачивается и снова видит его же. Она бредет устало по бесконечном лесу, поднимает голову, и в небе без единой звезды ей тоже видится фигура в черном.
Только теперь это был не сон, этот человек был здесь - прямо сейчас, в этом городе. И он совершенно точно пришел за ней.
Марта хотела было встать и позвать Ариэля, но внезапно почувствовала острую боль в левом предплечье. Она инстинктивно схватилась за руку и вытащила из нее маленькую серебряную иглу. А через мгновение без чувств упала на пушистый снег.
Когда сознание стало возвращаться к Марте, она поняла, что находится в лесу - сильно пахло хвоей, лесной воздух ни с чем не спутаешь. Ее везли, судя по тряске, верхом на лошади. Всадник придерживал ее за локоть, чтобы она не свалилась. Всадник! Марта окончательно освободилась от сонной пелены и осознала ужас своего положения - ее похитили и куда-то везут. Но кто и куда? Как ей вести себя? Делать вид, что она все ещё спит? Или открыть глаза, осмотреться и потребовать объяснений?
- Я вижу, что ты не спишь - сказал грубый мужской голос.
- Кто вы такой? - Спросила Марта, пытаясь оглядеться вокруг.
Похитителей было четверо — один всадник впереди и еще двое позади. Все одеты в странного покроя черные комбинезоны, на лицах маски, не рассмотреть даже глаз.
- Куда вы меня везёте? - В ужасе спросила Марта. Что вообще происходит?
Всадник ничего не ответил, но поднёс к ее лицу стальную иглу.
- Хочешь ехать в сознании, тогда молчи.
- Молчать? Да как вы смеете? Меня будут искать. Ариэээээль, - истошно завопила девушка и в тот же миг почувствовала болезненные укол в шею. Через мгновение она снова погрузилась в тревожный сон.
Когда Марта очнулась в следующий раз, была уже глубокая ночь. Она лежала на земле, а рядом в полной тишине и темноте сидели ее похитители. Она не могла понять, спят они или бодрствуют, но на всякий случай решила лежать молча и не повторять прошлой ошибки. Ее губы потрескались, а запястья истерлись в кровь от странных веревок, которыми ее связали. Невероятно хотелось пить, и кажется, у нее начинался жар, но попросить воды Марта все-таки не решилась. Она понятия не имела, кем были эти люди, и что им от нее нужно, но точно понимала, что это связано с ее снами. Ариэль обязательно найдет ее и спасет, почему-то она была в этом уверена, хотя во сне этого не происходило.
Будто в подтверждение ее мыслям где-то вдалеке показался мерцающий огонек. С каждой секундой он становился все больше и ярче. Похитители тоже заметили его и все враз будто по команде повернули головы. Марта поняла, что они не спали, а все это время, как и она, всматривались в ночную тьму. Зашумели деревья, и по лесу пронесся такой страшный рев, что у Марты волосы на голове зашевелились от ужаса. Огонек стремительно приближался то взлетая до небес, то опускаясь в верхние ветви леса, и через мгновение превратился в огромную светящуюся комету - такую яркую, что смотреть на нее было невозможно - как невозможно смотреть на солнце в зените.
- Солнце! Это Ариэль, - мелькнула догадка в голове Марты - кто бы еще это мог быть? Но когда глаза чуть привыкли к свету, она увидела кого-то совсем незнакомого перед собой. То есть это был Ариэль и не Ариэль одновременно. Огромное человекоподобное существо в три человеческих роста со змеями вместо волос и семью серебряными крыльями за спиной. Он стоял на голове у гигантского белоснежного дракона-змея, издававшего чудовищный утробный рык и выдыхавшего иссиня-черное пламя. Лицо существа было жутким и прекрасным одновременно. Настолько жутким и настолько прекрасным, что Марта едва могла дышать.
“Ангел” молчал, но она чувствовала, как вокруг разливается, расходится концентрическими кругами его Воля. Под властью его взгляда гнулись столетние сосны, хотя ветра не было. Без его повеления не смело шелохнуться ни одно существо и, казалось, задрожали в безмолвной судороге монолитные скалы. Весь гнев и вся ярость этого Существа извергались на четверых мужчин в черных одеждах. Марта с трудом отвела от него взгляд и посмотрела на своих похитителей. То, что она увидела, поразило ее еще сильнее. Мужчины стояли в ряд лицом к Ариэлю, достали из ножен странные мечи с вкраплениями светящихся искр. Лезвия выглядели так, будто были изготовлены из звездного неба, а не из металла. Хотя их лица скрывали маски, Марта почувствовала их невозмутимость и что-то еще… Готовность? Полное отсутствие страха. Просто готовность. Казалось, на этих людей совершенно не действовала сила и магия Ариэля.
В следующий миг Богоподобный поднял руку, и в ней засиял огромный сверкающий серп - будто он сорвал с неба саму Луну, а затем обрушился удар такой мощи, что Земля затряслась от Северного Предела до Южного Побережья. Марте показалось, что она потеряла сознание, оглохла, ослепла, потеряла дар речи и всякую связь с реальностью. Когда она вынырнула из тьмы и снова смогла видеть, то с удивлением обнаружила, что схватка не завершена. Четверо не только отразили удар Ангела, но сумели окружить его и даже пойти в наступление. Ариэль будто сжался, уменьшился в размерах и теперь по росту был не больше просто высокого человека. Кецатль выглядел все таким же огромным и грозным, но и его атаки умело отражали странно вида мечи.
Внезапно Ариэль вскинул колоду с Семерками Пик, карты веером разлетелись по кругу, прямо в воздухе превращаясь в светящиеся копья. Но едва один из нападавших поднял руку, как карты упали на землю, будто осенние листья. Тогда Ариэль закричал уже своим обычным голосом,
- Марта, беги! На них не действует магия нашего мира, Беги!
Но Марта не могла двинуться с места. Ее затрясло в неконтролируемом рыдании. Наступил тот момент, которого она боялась больше всего. Вот Ариэль, и вот она, Марта - беспомощная и бесполезная, ничем не способная ему помочь. Даже на то, чтобы просто сбежать у нее не было сил.
Тем временем нападавшим удалось разделить кецатля и Ариэля. Трое из них развернули гигантскую сеть с такими же светящимися искорками и пытались набросить ее на пернатого змея, а один наступал на заклинателя и преимущество было явно на его стороне. Без магии Ариэль сражался не так умело и с каждой секундой превращался из Ангела в обыкновенного мальчишку, не особо ловко владевшего оружием. После очередного выпада, заклинатель потерял свой серп - его отбросило в высокую траву. Он схватил откуда-то из-под ног огромную ветку и в последний момент увернулся от удара искристого черного меча. Было видно, что долго он так не протянет. Внезапно Ариэль обернулся и посмотрел Марте прямо в глаза:
- Ты все еще здесь? - страшным голосом закричал он.
И в этот момент ему в спину вонзился черный меч.
Марта не видела ничего вокруг. Не видела, как четверо мужчин в черных масках обернулись, не видела, как мчался из чащи леса на них пятый всадник - в таких же одеждах, с таким же оружием и тоже в маске. Как он прямо на скаку не останавливаясь отрубил руку ранившему Ариэля и голову одному из тех, кто атаковал кецатля. Она видела только мертвенно бледное лицо заклинателя и его гаснущие глаза.
- Ну и неудачница же ты, - прошептал едва слышно Ариэль. - Даже сбежать вовремя не смогла.
Марта почувствовала, как ее поднимает волна отчаяния, а тело больше неподвластное ей самой разверзается, как прямо из ее черного бьющегося сердца выползают черные-руки тени и тянутся к Ариэлю. Рыдания сотрясали заострившиеся плечи существа секунду назад бывшего Мартой, а за спиной вырастала уродливая крылатая тень. Лицо девушки исказилось и в нем стали просматриваться черты гигантского нетопыря. Пальцы почернели и покрылись густой черной шерстью, она подняла глаза, посмотрела на Луну и издала такой страшный вой, какого еще не слышал ни этот, ни иной мир.
Ариэль истекал кровью, но все еще был в сознании. Его обуял ужас и, если бы он мог, то отпрянул бы назад, но тело больше не слушалось. Когда он хотел закричать, потоки черной воды и тени, исходившие импульсами от сердца Существа, заполнили рот и нос заклинателя, проникли в его рану и приподняли над землей. Тьма пульсировала внутри него и вокруг, а затем взорвалась мириадами черных искр и безмолвно погасла. Ариэль потерял сознание.
Марта почувствовала, что лежит на чьих-то коленях, и чья-то рука нежно гладит ее по щеке. Не открывая глаз, она взяла эту руку в свою и прошептала:
- Ты жив…
- Конечно, жив, хотя несладко пришлось, - ответил незнакомый мужской голос.
Марта вскочила как ошпаренная и уставилась на человека в черной маске. Он замахал руками и быстро заговорил
- Не бойся меня, все хорошо, я на твоей стороне!
Марта встала и ошарашенно осмотрелась вокруг. Трава была смята и покрыта густой красной жижей - смесью свежей крови и грязи. Возле дерева лежали изрубленные тела четверых. А слева от нее, опершись о дерево, сидел мертвенно-бледный, но вполне себе живой Ариэль. Кецатль зализывал рану на серебристом боку, но казалось тоже не был серьезно ранен.
- Почему ты раньше не пришла ко мне? Я отправлял тебе зов во сне. - С претензией проговорил незнакомец, -теперь пойдем.
- Куда пойдем? Кто ты такой? Я никуда не пойду. Ариэль!
Заклинатель молчал и, казалось, все еще находился в трансе.
- С ним все будет хорошо. Очухается, заберет своего котозмея или кто это у него? Но нам надо спешить. - И он с силой потащил Марту за руку.
- Стой, стой, стой! - Упиралась Марта. - Мы не можем оставить его здесь.
- Он не ранен - я уже посмотрел.
- Но тот человек, он вонзил меч ему в спину.
- Тебе показалось. Идем, сейчас каждая секунда на счету. Мы должны успеть проскочить. А Ариэль должен рассказать вашей королеве обо всем, что здесь произошло.
- Марта… тихо прошептал Ариэль. - Он начинал приходить в себя.
Незнакомец подошел к заклинателю и прямо в лицо ему прокричал:
- Как очухаешься, ноги в руки и обо всем расскажи королеве. А мы поехали, свяжемся позже. За Марту не переживай.
У Ариэля не было сил протестовать, но по его выражению лица было видно, что эта идея ему не нравится.
- Стой, Марта, - из последних сил прошептал он.
- А я никуда и не собираюсь, - ответила девушка, в очередной раз одергивая руку и отстраняясь от незнакомца.
- Ты хочешь спасти ваш мир? Хочешь узнать, почему умерла твоя мама и что вообще с тобой происходит? - спросил мужчина и снял со своего лица маску.
- Теодор?
Автор: Aegis
Источник: https://litclubbs.ru/articles/51792-zaklinatel.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: