Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Блог акушера

Ожирение и беременность: есть ли шанс?

На момент наступления первой беременности Ирине было 23 года. К этому молодому возрасту у пациентки уже был букет хронических заболеваний: удаление желчного пузыря в 18 лет из-за желчекаменной болезни, гипертоническая болезнь - с 21 года женщина уже принимала гипотензивные препараты. Первопричиной таких заболеваний стал избыточный вес: при первой явке в женскую консультацию на сроке 8 недель вес составлял 173 кг. Я не знаю, как наступила эта беременность. Потому что по всем законам природы и репродукции на фоне такого веса женщины не беременеют. Видимо, в любом правиле есть свои исключения. За время беременности диагноз в карте Ирины все удлинялся: вызванные беременностью отеки, гестационный сахарный диабет (пришлось подключать инсулин), маловодие... К 38 неделе беременности пациентка весила 178 кг. И ни у одного акушера-гинеколога, кто её видел, не возникла даже мысль о родах через естественные родовые пути. Начали готовиться к операции. Для начала измерили операционный стол.

На момент наступления первой беременности Ирине было 23 года. К этому молодому возрасту у пациентки уже был букет хронических заболеваний: удаление желчного пузыря в 18 лет из-за желчекаменной болезни, гипертоническая болезнь - с 21 года женщина уже принимала гипотензивные препараты. Первопричиной таких заболеваний стал избыточный вес: при первой явке в женскую консультацию на сроке 8 недель вес составлял 173 кг.

Я не знаю, как наступила эта беременность. Потому что по всем законам природы и репродукции на фоне такого веса женщины не беременеют. Видимо, в любом правиле есть свои исключения.

За время беременности диагноз в карте Ирины все удлинялся: вызванные беременностью отеки, гестационный сахарный диабет (пришлось подключать инсулин), маловодие...

К 38 неделе беременности пациентка весила 178 кг. И ни у одного акушера-гинеколога, кто её видел, не возникла даже мысль о родах через естественные родовые пути. Начали готовиться к операции.

Для начала измерили операционный стол. Потому что не было уверенности, что:

а) беременная на него поместится и не будет боками свисать по краям, затрудняя подход бригады;

б) стол выдержит такую нагрузку.

Потом начали определяться с составом операционной бригады. Ибо рычаги для извлечения младенца должны были быть довольно длинными. Выбрали. Двух ассистентов тоже нашли.

Пока Ирина дежала в отделении патологии, её смотрели и другие врачи: терапевт, окулист, накануне операции - анестезиолог. Последний был особенно рад. Потому что вся наша работа зависела, в первую очередь, от него.

Конечно, ему проще было Ирину интубировать. Но совсем не просто было бы Ирину потом "раздыхивать". Решил все же идти на "спину", хотя было очень не просто прощупывать позвоночник через такой подкожно-жировой слой.

Настал день операции. Беременная залезла на каталку, ее отвезли в операционную, разгрузили. С грустью думали о том, что обратно, после операции, будет гораздо сложнее.

У меня, кстати, весьма неоднозначное отношение к пациенткам с ожирением.

Как человек и как женщина - я их жалею. Потому что понимаю, как легко набрать лишние килограммы и как тяжело с ними расстаться. Да и вообще, мой собственный ИМТ периодически болтается где-то между избыточным весом и ожирением 1 степени.

Как врач - пытаюсь им помочь. Там, где это в моих силах.

Как хирург - терпеть не могу пациенток с выраженным ожирением. Потому что это огромный риск интраоперационных осложнений, невероятные технические трудности ещё при попытке дойти до матки, не говоря уж об извлечении младенца. Несколько наших врачей в таких случаях, где все глубоко запрятано, сразу с вакуум-экстрактором идут в операционную.

Ну а после извлечения все ещё надо вернуть на место, ушить послойно. В это время огромный сальник везде лезет, руки скользкие, нитку завязать нормально не можешь. Про риски послеоперационных осложнений, когда в складках все преет, ничего не заживает - отдельная история.

Ирину прооперировали. К своему личному счастью, я не была хирургом. Пошла третьим ассистентом. Потому что кому-то надо было фиксировать огромный жировой фартук, чтобы он не падал в операционную рану, закрывая обзор.

Это была очень непростая операция. Она длилась около полутора часов. Ребёнок здоров, 3200г, 8/8 по Апгар. Извлекли, на удивление, относительно неплохо. Самым счастливым человеком, выходившим из операционной, был анестезиолог: ему удалась спинальная анестезия, да так, что акушеры и слова не сказали.

Акушеры-гинекологи в количестве 3 шт. из операционной просто выползли и более ни на какие операции в тот день не ходили.

В послеродовом отделении у Ирины постоянно промокал шов. Шансы на хорошое заживление таяли с каждым днем. Но вроде бы к 5 суткам все более-менее стянулось.

Когда Ирина забирала выписку, я дала ей обычные стандартные рекомендации. И добавила: "Снижайте вес."

-Да я все понимаю, просто это же так трудно.

-А вы посмотрите немного вперёди ищиье специалистов. Возможно, дистанционно. Это не только ваше здоровье, но и счастливая жизнь вашего ребёнка. Ему нужна активная здоровая мама. А ваше состояние с каждым прибавленным килограммом будет лишь усугубляться. Суставы, сосуды, диабет... Вам всего 23 года.

-Я вас поняла. Я буду очень стараться.

Эта история произошла 5 лет назад. А год назад Ирина вновь приехала на госпитализацию в роддом, уже со второй беременностью. Я её сначала даже не узнала: весу в ней было 90 кг. Конечно, это не идеал, но, как говорится, почувствуйте разницу! Даже за время беременности она похудела на 6 кг.

Сама Ирина смеётся, говорит, что к третьему ребёнку будет весить 60.

Операция её прошла без осложнений. Родилась здоровая девочка, 3400 г, 8/9 по Апгар. Шов заживал гораздо лучше, чем в предыдущий раз. Что ж, ждём за третьим...