Раймунд VI уж слишком постарался чтобы его род стал изгоями христианского европейского мира на пару поколений, как минимум. Потом, скорее всего, простили бы, вот только одна проблема – после Раймунда VI всего два поколения и было, причем последнее – только женское, в лице его единственной внучки Жанны, на которой эта великая южная фамилия и угасла окончательно.
К угасанию рода по мужской линии, Раймунд VI Тулузский тоже приложил значительные усилия и отсутствие сыновей у его наследника Раймунда VII, тоже как будто выглядит возмездием свыше.
Так вот, насчет своего «благотворного» сотрудничества с катарами, Раймунд VI, наверняка, и сам устал себя проклинать. Потому что, если исключить из политических уравнений региона (стыка между Францией и Пиренеями) зловредную секту манихеев, то перспективы перед Раймундидами открывались шикарные. Шансы стать еще и графами Прованса были высочайшими, но вот это графство «ушло» по женской линии и по праву брака к тому, у кого с политической и религиозной грамотностью все было в порядке – к Карлу Анжуйскому.
Кстати, Раймундидам возможно крупно повезло, что этот принц и искатель корон появился на свет только под самый финал Альбигойской войн (в 1227 году). Самое обидное здесь для Раймундидов, что Прованс когда-то им и принадлежал, права они на него имели более чем серьезные – графством по собственному праву (но совместно с родичами) владела Эмма (975-1024) жена графа Тулузы Гийома III Тайлефера, и она же оставила свое владение младшему (второму) сыну Бертрану. (Бертран, сын Эммы, личность весьма загадочная, возможно, и скорее всего, он не был полноправным графом Прованса, являясь соправителем совместно с родичами, или правил только частью – графством Форкалькье.)
Ключ к пониманию успеха первоначального успеха катаров в Лангедоке – слабость правящей династии. Совсем рядом находились Прованс и королевство Арагон под властью Барселонского дома и что же мы видим? Катары там тоже есть, но какие же они там скромники, и ведь не сказать, что у каталонских графов с Римом пылкая любовь. Позже всё вообще взорвется отдельным Крестовым походом против Арагона, но это была уже чисто политическая авантюра, а не религиозная контратака Рима, в которую с горячей головы вляпался еще и король Франции Филипп III.
С Провансом всё, впрочем, на редкость запутанно, его горожане и мелкая знать всегда были себе на уме. Но и для провансальцев, и для их графа времен Альбигойских войн Рамона Беренгера IV, катары были скорее инструментом для решения проблем, но уж никак не проводниками истины. Некоторые города, правда, зарвались, встав было на сторону тулузцев, но за то, что с ними не случилось чего-нибудь слишком страшного (как в городе Безье), провансальцы должны были бы сказать спасибо именно Рамону Беренгеру.
Была еще и Наварра – как раз в 1234 году, скончался Санчо VII Сильный, последний король Наварры из династии Хименесов (и последний монарх-Хименес вообще), корона стала уж очень часто передаваться по женской линии и шансы на то, что этот трон мог со временем достаться Раймундидам (просуществуй семья на следующую пару веков) были опять же весьма неплохими.
Но для меня загадкой остается – на что вообще надеялся Раймунд VI, вступая в конфликт с папством, отдавая приказ (пускай 10 раз неявный) убить папского легата Пьера де Кастельно? Дальше-то вот что? Неужели и правда рассчитывал на замену римско-католической церкви (или сказать вообще христианства) катарской религией? Почему он не мог жить подобно другим аристократам: лавируя между двумя королями – Англии и Франции, прибавим сюда еще и третьего, короля Арагона, время от времени обращаясь за защитой в случае необходимости, конечно же, к Риму, как это делали все остальные?
Тут вот ведь в чем дело: конфликты и войны с королями (и Англии, и Франции) – дело совершенно обычное и рядовое даже, не только для феодала уровня графа Тулузского, но и куда скромнее. Бунтовали, проигрывали, сидели потом в тюрьме, каялись – и семьи целыми оставались, и владения в итоге умудрялись сохранять. С церковью знать тоже вечные проблемы себе устраивала, нет-нет, какому-нибудь графу или барону, приходила в голову шальная мысль поправить свои пошатнувшиеся дела за счет близлежащего аббатства. И опять каялись, получали благословение отправиться в Святую землю, но в общем быстро реабилитировались. Потому как эти разбойники дальше грабежей не шли, и в богословские споры у них хватало ума не лезть (это очень мудро на самом деле – не соваться туда, где ничего не понимаешь).
Можно обратить внимание еще вот на что – способы, которыми короли Франции собирали земли в свой домен. На протяжении веков, вот что странно, монархи-Капетинги старались соблюдать законы – они никогда не шли напролом, напав на какого-нибудь соседа и объявив его земли своими по праву завоевания. Капетинги всегда старались хитрить с законами наследования, коварно подгоняли всё под правовую базу и, что интересно (о чем многие забывают), Лангедок в общем итоге был завоеван королями Франции не столько силой, а сколько крючкотворством. К тому же семейные обстоятельства у Раймундидов складывались для французской монархии наилучшим образом.
Далее отвлечемся от скользких религиозных тем, и перейдем к куда более спокойным, но не менее запутанным семейным отношениям графов Тулузских.
*****
Поддержать автора подпиской на Boosty: https://boosty.to/nigmechta
Прямая поддержка автора: 2202 2053 7037 8017