МАЙКЛ КОННЕЛЛИ - ТРОПА ВОСКРЕШЕНИЯ
Микки Холлер # 7
***
СЕМЬЯ СОБРАЛАСЬ на стоянке для посетителей. Мать Хорхе Очоа, его брат и я. Сеньора Очоа выглядела так, словно собиралась в церковь — в бледно-желтом платье с белыми манжетами и воротником, в руках у нее были четки. Оскар Очоа был в полной регалии "чоло"[1]: мешковатые джинсы с манжетами на черных "Док Мартенс", цепочка для кошелька, белая футболка и черные очки "Ray-Ban". Его шея была покрыта синими тату, а на видном месте красовалось его прозвище в Vineland Boyz[2] — "Дабл-О"[3].
И я, я был в своем итальянском костюме-тройке, хорошо выглядел перед камерами, овеянный величием закона.
Солнце опускалось на небе и под почти плоским углом проникало сквозь двадцатифутовую внешнюю линию ограды тюрьмы, заливая нас всех светом кьяроскуро, как на картине Караваджо. Я поднял глаза на сторожевую вышку и сквозь дымчатое стекло увидел силуэты мужчин с длинными ружьями.
Это был редкий момент.
"Коркоран Стейт" не была тюрьмой, из которой мужчины уходили на своих ногах. Это была тюрьма для людей, отбывающих пожизненное заключение без права на досрочное освобождение. Вы входили в эту тюрьму, но никогда из неё не выходили. Именно здесь от старости умер Чарли Мэнсон. Но многие заключенные не дожили до старости. Убийства в камерах были обычным делом. Хорхе Очоа находился всего через две стальные двери от заключенного, который несколько лет назад был обезглавлен и расчленен в своей камере. Его сокамерник, заядлый сатанист, связал его уши и пальцы, чтобы сделать ожерелье. Такой была Коркоран.
Но Хорхе Очоа каким-то образом пережил четырнадцать лет, проведенных здесь за убийство, которого он не совершал. И вот теперь настал его день. Его пожизненное заключение было отменено после того, как суд признал его фактическую невиновность. Он воскрес, возвращаясь на Землю живых. Мы приехали из Лос-Анджелеса на моем "Линкольне", за нами ехали два фургона СМИ, чтобы быть у ворот и встретить его.
В 5 часов вечера, одновременная серия гудков эхом прокатилась по тюрьме и привлекла наше внимание. Операторы двух лос-анджелесских новостных станций водрузили на плечи свое оборудование, а репортеры приготовили микрофоны и проверили прически.
В караульном помещении у подножия башни открылась дверь, и оттуда вышел охранник в форме. За ним последовал Хорхе Очоа.
— Dios mío[4]! — воскликнула миссис Очоа, увидев своего сына. — Dios mío.
Это был момент, которого она не ожидала. И никто не ожидал. Пока я не взялся за это дело.
Охранник отпер калитку в заборе, и Хорхе позволили пройти. Я отметил, что одежда, которую я купил ему на выписку, идеально подошла. Черное поло и чиносы цвета беж, белые кроссовки. Я не хотел, чтобы перед камерами он выглядел так же, как его младший брат. Предстоял судебный процесс о незаконном осуждении, и никогда не было слишком рано заняться формированием пула присяжных суда округа Лос-Анджелес.
Хорхе шел к нам и в последний момент бросился бежать. Он нагнулся и схватил свою миниатюрную мать, сначала поднял ее с земли, а потом осторожно опустил на землю. Они держали друг друга за руки целых три минуты, пока камеры со всех сторон снимали их слезы. Затем настал момент "Дабл-О" для объятий и мужественных ударов по спине.
А потом настала моя очередь. Я протянул руку, но Хорхе заключил меня в объятия.
— Мистер Холлер, я не знаю, что сказать, — сказал он. — Но спасибо Вам.
— Я — Микки, — сказал я.
— Ты спас меня, Микки.
— С возвращением в мир.
Через его плечо я увидел камеры, снимающие наши объятия. Но в тот момент мне вдруг стало на все наплевать. Я почувствовал, как пустота, которую я долгое время носил в себе, начала закрываться. Я воскресил этого человека из мертвых. И с этим пришло удовлетворение, которого я никогда не знал ни в адвокатской практике, ни в жизни.
[1] A cholo или chola является членом культуры чикано и латино — субкультуры или образа жизни, связанного с определенным набором одежды, поведения и мировоззрения, возникло в Лос-Анджелесе
[2] уличная банда, состоящая в основном из американцев латиноамериканского происхождения, действующая в районе долины Сан-Фернандо в Лос-Анджелесе.
[3] Double O, Oscar Ochoa
[4] Боже мой – исп.