- Анжи, я тебе тест на беременность купила, сделай на перемене. Вторую неделю наблюдаю, как тебя выворачивает от столовских запахов в туалете...
Луч солнца, пробившись сквозь серые февральские тучи, заглянул в палату и упал на скрипучую кровать, где на шерстяном одеяле спала новорожденная девочка. Заботливо одетая в зеленый кашемировый костюмчик и такого же цвета шапочку, малышка лежала на боку и сладко сопела, не подозревая о том, что ее мама только что переступила порог роддома, села в такси и отправилась домой. Рядом с девочкой лежала записка, написанная впопыхах: «Ее зовут Мариэлла»
Семнадцатилетняя Анжела, дочь управляющего сети автозаправок, была отправлена под присмотром тетушки Марианны, в другой город, как только живот стало трудно скрывать от болтливых соседей и родственников. Тетушке вменялось сопровождать оступившуюся племянницу вплоть до самых родов, найти хорошего врача и убедить глупую девицу написать отказную на ребенка.
- На что тебе младенец? – певуче начинала тетка, наливая Анжеле ароматный чай в фарфоровую кружечку. – Тебе еще школу заканчивать, высшее образование получать. Отец с матерью со стыда сгорят. Как тебя теперь замуж выдавать? Наши женщины замуж выходят «чистыми». Ладно, позор твой прикроем богатым приданым, но с ребенком тебя возьмет разве что вдовец дядя Марик. А ему пятьдесят восемь в этом году. Пойдешь?
Анжела всхлипнула и покачала головой. Крупные слезы катились по ее щекам, как только тетка поднимала разговор о судьбе ребенка. Девушка заканчивала школу и была по уши влюблена в одноклассника Игоря Залуцкого, красавца и спортсмена. Девять месяцев назад Анжела с трудом отпросилась у родителей на вечеринку в честь дня рождения школьной подруги. Однако умолчала она о том, что там не будет взрослых. Родители именинницы уехали на дачу, предоставив подросткам квартиру для веселья. Игорь тоже был там. Впервые попробовав шампанское, Анжела расслабилась, осмелела и без умолку болтала с Игорем. Потом они переместились на балкон смотреть закат и там целовались. Незаметно Игорь увлек ее в спальню и щелкнул дверным замком. Что произошло дальше, Анжела не рассказала бы никому даже под пытками. Она, целомудренная девушка из уважаемой семьи со строгими правилами, поддалась сиюминутному порыву и теперь очень в этом раскаивалась.
- Анжи, я тебе тест на беременность купила, сделай по-быстрому, - спустя два месяца сказала ей подруга на перемене. – Это не дело, я вторую неделю наблюдаю, как тебя выворачивает от столовских запахов в туалете.
Анжела побледнела:
- Ты чего, Рит? Я, наверное, отравилась.
- Ага, так отцу и скажи. Иди, - Рита сунула ей в руки тест и толкнула в кабинку туалета. Оттуда Анжела буквально вывалилась через три минуты в полуобморочном состоянии.
- Риточка, убьют меня дома, - и зарыдала.
С уроков девочки в тот день ушли раньше времени. Анжела сослалась на плохое самочувствие, а Рита пошла провожать ее до дома. Далее события развивались стремительно. Дома был громкий скандал. Отец кричал, клялся убить подлеца, или собственную дочь, или их обоих. Никогда он не поднимал руку на Анжелу, но в этот раз, не сдержавшись, влепил ей звонкую пощечину. Хотя считал, что этого крайне мало и глупую девчонку следует оттаскать за косы. Лишь тетка, повисшая на его тяжелой руке, уберегла девочку от расправы. Мать лежала в обмороке в соседней комнате. А бледная, испуганная Анжела с красной щекой, держалась, как стойкий оловянный солдатик, так и не выдав Игоря.
На следующий день тетка увезла Анжелу в соседний город на консультацию по прерыванию беременности. В своем небольшом городке обращаться к врачам не рискнули во избежание сплетен. В медикаментозном аборте после обследования им отказали по показаниям. Срок был немаленький: конец первого триместра. Выявились какие-то проблемы со свертываемостью крови. Седовласая женщина-врач сочувственно смотрела на потерянную пациентку: «И все же я рекомендую вам родить…»
В школу отец позвонил сам, объявил, что Анжела больна и будет нескоро. А потом ее и вовсе перевели на домашнее обучение.
- Рит, можно тебя на пару слов, - подошел после уроков к однокласснице Игорь. – Что случилось с Анжелкой? На звонки даже не отвечает. Вы же подруги. Ты знаешь?
Риту Анжела слезно просила молчать. Их последняя переписка была грустной. «Меня увозят, связи никакой. Телефон выкрала, чтобы тебе написать. Номер поменяют. Игорю ни слова сама знаешь о чем!»
Девушка отвела глаза в сторону:
- Вроде уезжает она. Ничего не знаю.
Вскоре Анжела исчезла из города. Семья продолжала жить прежней жизнью. Соседям сказали, что дочь уехала на несколько месяцев по обмену в частную европейскую школу, потому что у девочки талант к иностранным языкам, а за границей для этого все условия.
По возвращении девушку сложно было узнать. Располневшая, с потухшим взором, Анжела целыми днями сидела в своей комнате, не желая ни с кем говорить. Отец подсуетился и быстро организовал свадьбу дочери. На робкие возражения жены он отвечал:
- Не нужна ей учеба. Ее дело хозяйкой в доме быть, детей рожать. Займется домашними делами и всю дурь из головы выкинет.
В мужья ей выбрали сорокалетнего Давида, жена которого умерла три года назад от рака. Давид был мелким предпринимателем и в одиночку воспитывал пятилетнего сына Артура. За Анжелой дали хорошее приданое, свадьбу сыграли скромную. Впервые невеста увидела жениха на самой церемонии. Темноглазый, с кудрявыми волосами, борода с легкой проседью. «Хоть не урод, - мелькнула мысль, - и, кажется, добрый. Расскажу потом о дочке. Может, разрешит ее забрать»
Давид увез Анжелу подальше от дурных воспоминаний, на Кавказ. С его маленьким сыном Анжела сразу нашла общий язык, он стал называть ее «мама Анжела». Давид ни разу не упрекнул ее в том, что не сохранила себя до свадьбы. Мужчина был добр, заботлив, вежлив, но не более. Он держал жену на расстоянии вытянутой руки. У супругов были раздельные комнаты. Два раза в неделю Давид входил к ней ночью, как по расписанию. Действия его были чисто механические, без особых эмоций. «Как робот,» - думала Анжела, вспоминая страстного Игоря. Остальные вечера муж проводил с давней любовницей.
После каждой супружеской «повинности» Анжела бросалась в ванную, новая беременность не входила в ее планы. А рассказать мужу о прежней, она не решилась. Так прошел год. Однажды, выйдя из душа, она услышала разговор Давида по телефону:
- Джанечка, ты же знаешь… Я вынужден был жениться, мой бизнес умирал… Сколько раз я тебе это повторял… Я не люблю ее, она абсолютно не привлекательная, толстая баба, у нее везде волосы. Не то, что ты, моя гладкая лебедушка. Твоя кожа, как бархат, твои губы – мед... Да она молода, а ты умна и красива, моя королева… Нет, я люблю тебя одну!
У Анжелы перехватило дыхание. Гены послушной дочери своего народа в этот момент приказали ей молчать, но какое-то новое чувство поднималось с самого дна. Сильное, огромное, оно заполоняло каждую ее клеточку. Целый год она жила для этого человека. Гладила ему рубашки, мыла, убирала, стирала, готовила… Она была для него лишь домашней прислугой, у которой можно лишь требовать котлеты на ужин и чистое белье на завтра. А любимой женщиной, джанечкой, была та, что не постирала ему ни одну рубашку. В Анжеле вдруг взбунтовалась гордость, которую задавили порядки и мнимые ценности ее семьи. Ни крохи тепла, ни капли любви не получило ее сердце за время брака. И она вольна поставить здесь точку. Будь, что будет, плевать, что скажет отец, что опять упадет в обморок мать.
Анжела включила спальне свет, муж вздрогнул и отключил телефон. Она открыла шкаф, достала небольшой чемодан и стала кидать в него свои вещи.
- Что ты делаешь? – настороженно спросил Давид, встав с кровати.
Анжела повернулась к нему и заглянула в глаза:
- Толстая, волосатая баба покидает тебя, она решила жить своей жизнью. Мы разводимся.
В глазах Давида мелькнуло беспокойство. Анжела ликовала. Она его задела! Может, она ему не безразлична! Но в сердце мужчины не было места любовным чувствам. Он пожал плечами и вышел из комнаты. Нет, эмоций он не показал, но развод не входил в его планы. Ведь он влечет за собой раздел имущества и прекращение финансовых вливаний в его бизнес от отца жены. С ней надо поговорить, нельзя допустить развода!
Давид вернулся в комнату. Жена уже собрала чемодан и теперь пыталась завязать длинные волосы в хвост перед зеркалом.
- Анжи, - спокойно начал Давид…
Он говорил о долге, о чести семьи, о позоре развода, о своем маленьком сыне, который будет скучать по ней. Жена не слушала и не отвечала. Давид перешел на крик, он впервые открыто злился на нее. Его дико раздражала такая новая Анжела. Он привык, что она едва ли не в рот ему смотрит.
Но она ушла. Вот так просто подхватила чемодан, улыбнулась, напоследок сняла кольцо и бросила его на кровать. Давид схватил красивую вазу, стоявшую на тумбе у кровати, и в бессильной злобе швырнул ее об стену. Ваза разлетелась на тысячи осколков. Его кровь кипела. Оставался лишь один способ сохранить бизнес и не разориться окончательно. Он побежал вниз к машине.
Анжела летела по пустынной трассе, педаль в пол, музыка на всю громкость – ей было хорошо. Впервые она чувствовала себя так спокойно и уверенно. Сначала девушка не обратила внимания на приближающий сзади свет фар. Она включила громкую связь и набрала номер давней подруги – Риты:
- Ритка, я ушла от мужа, я еду в аэропорт, возвращаюсь домой. Я столько времени с тобой не общалась, ты не обижаешься? Я не могла, прости, пожалуйста. Мне нужно срочно поговорить с Игорем, рассказать, что у нас есть дочь. Я оставила ее, написала отказную, как последняя дура, но я вернусь и заберу ее. Боже мой! Что происходит?
- Анжела, ты видела, который час? У меня экзамены завтра. Но я рада тебя слышать! Я не обижаюсь. Возвращайся, обо всем поговорим. Во сколько самолет? Анжи, Анжи… Это визг твоих тормозов? Что случилось? Не молчи! Что это за звуки? Это выстрелы? Анжела?
- Мерзкая баба, - услышала издалека гулкий голос Рита, а затем какую-то возню. Голос приблизился. – Ты никуда не уедешь, ты сдохнешь, и тебя сожрут черви. Я целый год терпел жирную тварь и боялся, что меня стошнит в постели с тобой. Я лишь хотел тебя обрюхатить, чтобы твой папенька не перестал финансировать нашу прекрасную семью. Ты не имеешь права погубить мой бизнес и лишить меня всего. Вот этими руками я просто сломаю тебе шею. И не будет никакого развода, никакого раздела имущества.
Рита зажимала себе рот от ужаса, чтобы не закричать. Мысли испуганно метались в ее голове, но одна из них была чудо как хороша, и девушка ухватилась за нее.
Она зашипела в телефон, как сломанная рация, затем громко сказала:
- Двадцать первый! Прием! Повторяю! Двадцать первый! Вы находитесь в районе аэропорта. На пульт со спутника поступил сигнал SOS. Казарян Анжелика Вартановна в автомобиле по дороге к аэропорту, геолокацию и госномера машины я вам выслала сообщением. Срочно отправляйтесь по указанным координатам.
На той стороне Рита услышала сдавленную ругань, удар, возню, и все стихло. «Неужели не помогла?» - заплакала девушка. Но через минуту услышала слабый стон.
- Ритка, ты молодец, классно придумала… он ушел... Нож в плечо мне воткнул… успела увернуться… Набери полицию, сознание теряю …
Успев назвать примерное местонахождение, Анжела закрыла глаза и отдалась разрывающей плечо боли. Темнота укутала ее мягким покрывалом.
Очнулась она уже в больничной палате. Плечо было перебинтовано и все еще болело. Одно ребро сломано, лицо в мелких порезах от осколков лобового стекла. В палату вошли родители с огромным букетом цветов. Анжела разрыдалась. Ее приняли назад в семью. Потом приходил следователь, она рассказала все в подробностях, про угрозы мужа и нападение на нее. Каждый день звонила Рита. Отец через влиятельных знакомых надавил на свои рычаги, и Давид получил бы максимальный срок. Но судьба распорядилась иначе. Во время допроса у него случился инфаркт. Анжела осталась вдовой и наследницей его дома и небольшого бизнеса.
Выйдя из больницы, первым делом она перевезла Артурчика к своим родителям, а затем отправилась в город, где оставила дочь. Мать с теткой, узнав об этом, пытались ее отговорить. Но Анжела была непреклонна. Ей было стыдно за свое малодушие и трусость. Прошел всего год с небольшим, а она смотрела на прежнюю себя, как на маленькую, глупенькую девочку, которая очень боялась отца и людского осуждения. Отца Анжела боялась и сейчас, но стыд и вина перед брошенной дочерью были сильнее.
Врач, роды у которой были щедро проплачены отцом Анжелы, лишь развела руками.
- У меня нет таких сведений, я не вправе их разглашать. Ее, конечно же, уже удочерили. Она здоровая красивая девочка. На таких младенцев очередь.
Даже внушительная сумма, которую Анжела была готова заплатить, не помогла продвинуться в поисках. Тогда она поехала в дом малютки.
- Я хочу удочерить девочку, - заявила она. В ответ получила конверт со списком того, что ей предстояло сделать: проконсультироваться в отделе опеки, пройти школу приемных родителей, предоставить пакет документов… Ее глаза бегали по внушительному списку. Она понимала, что на это все уйдет еще полгода минимум. Анжела села на ступеньки и разрыдалась.
Старенькая женщина вышла из дома малютки и стала спускаться вниз. Анжела подняла зареванное лицо:
- Подождите, пожалуйста. Вы здесь работаете? Мне плохо, помогите!
- Что с вами, милый ребенок? – старушка отзывчиво наклонилась к девушке. – Я позову медсестру.
- Не надо, мне не та помощь нужна. Могу я с вами поговорить наедине, я хорошо заплачу!!!
Валентина Тимофеевна проработала в доме малютки тридцать лет. О, сколько их таких, несчастных матерей, она повидала! Они рыдали на крыльце, стучались в закрытую дверь, стояли на коленях, предлагали деньги. Но эта девушка вызвала у нее странные чувства. Домой можно было больше не спешить. Ее муж умер месяц назад от тяжелой болезни. Женщина тосковала одиночестве долгими вечерами. Сегодня она была готова выслушать очередную историю раскаяния заблудшей души.
- Пойдемте со мной, тут рядом парк, побеседуем спокойно.
Они устроились на скамейке вдали от прохожих, и Анжела, вытирая слезы, начала распутывать клубок последних двух лет ее жизни.
- Сколько вам лет, милое дитя? – спросила старушка, выслушав ее.
- Девятнадцать исполнилось, - тихо ответила Анжела.
- Сама еще ребенок, - улыбнулась собеседница. – У нас нет девочки по имени Мариэлла. Вряд ли я могу вам чем-то помочь.
Женщина встала.
Анжела протянула ей конверт. Валентина Тимофеевна заглянула в него. Ее лицо вытянулось. «Господи, тут и на памятник Андрюшеньке хватит, и внуку велосипед купить на день рождения,» - пронеслась шальная мысль в ее голове.
- Вот мой номер телефона. Позвоните мне завтра после 18. Я постараюсь что-нибудь узнать. Но ребенка с именем Мариэлла у нас никогда не было, не тешьте себя напрасными надеждами.
На следующий день в 18:01 Анжела набирала номер телефона Валентины Тимофеевны.
- Приезжайте к 9 утра, - услышала она в трубке. – К заднему входу, я встречу. Больше ничего не могу сказать.
Всю ночь Анжела не могла уснуть. Даже завтракать в кафе при гостинице не стала. Кусок не лез в горло. Ровно в 9 часов Валентина Тимофеевна открыла дверь, и Анжела скользнула внутрь.
- Переоденьтесь в белый халат, свои вещи оставьте здесь. И запомните: вы здесь для спонсорской помощи, хотите оценить состояние помещения и рассчитать сумму ремонта. Вот вам папка и ручка, вносите в нее какие-нибудь записи.
- Хорошо, - прошептала Анжела, руки ее тряслись. Она пошла по гулкому коридору вслед за женщиной.
Надо признать, в Валентине Тимофеевне пропала гениальная актриса. Она вела Анжелу по длинному коридору и увлеченно рассказывала, когда и какой ремонт здесь делали. Представляла гостью коллегам, перехватывала беседу, если Анжела терялась. Так они дошли до ее кабинета. Валентина Тимофеевна повернула ключ в дверях.
- Вот три папки с личными делами. Трое малюток поступило к нам в тот месяц. Все девочки. Вот папка вашей дочери, - Анжела качнулась. - Она не бесплатна. Я знаю, что вы мне щедро заплатили. Это за мой риск. У нас течет крыша, и мы второй год ждем ремонта. В сильный дождь приходится подставлять ведра, двигать кроватки, бегать с тазами и тряпками. Помогите нам с ремонтом, а я помогу вам вернуть девочку. Ее удочерили четыре месяца назад. Но приемный отец разбился в автокатастрофе, а его жена пьет с горя. Ей девочка не нужна, она пошла на поводу у мужа. Я помню этого мужчину, он очень хотел ребенка, девочку. А она была крайне равнодушна к детям. Есть шанс вернуть малышку в дом малютки. Затем вы удочерите ее.
Анжела хватала ртом воздух, кислорода в этой комнате ей явно не хватало. Так просто? Она продаст свою машину!
- Я согласна.
- Ну вот и отлично.
- Как же зовут мою дочь?
- Мария. Машенька.
В этот же день Анжела продала свой автомобиль и перевела спонсорскую помощь. Затем занялась сбором документов. Далее были суды. Она видела там несчастную женщину, у которой не получилось стать матерью ее дочке. Тем не менее Анжела была ей благодарна, а также бесконечно была благодарна отцу, который помогал не только деньгами, но и связями. События, радостные и грустные, сплелись в такой клубок, что она потеряла счет дням и неделям.
Спустя полтора года стройная молодая женщина с длинными волосами, собранными в хвост, держа маленькую девочку на руках, прощалась с родителями в аэропорту. Под ногами вертелся мальчик лет шести. Отец Анжелы то и дело трепал его вихрастую макушку. Анжела улетала в столицу продолжать учебу. Он продала дом мужа, его бизнес и купила квартиру в Москве. Отец помог финансово, и год назад она начала свое дело – шитье одежды для малышей под брендом «Мариэлла». К тому же, у нее была маленькая модель для красивых фотографий, на которой все костюмчики смотрелись идеально. Артурчик оставался с ее родителями.
- Дедушка, а мы пойдем в воскресенье на рыбалку? Бабушка, купи мороженое, а то жарко. Мама, а когда каникулы? Я приеду к вам с Мариэллой. Бабушка, дедушка, а давайте поедем к маме на поезде, а то я боюсь на самолете!
- Что за мальчишка! Слова не дает старшим сказать! – делал вид, что сердится, дед. На самом деле они искренне полюбили мальчугана, всячески баловали его, и Анжела оставляла ребенка в надежных руках.
Спустя час, глядя в иллюминатор, она сделала красочное фото, откинулась в кресле и закрыла глаза. Вдруг вспомнился Игорь, их последняя встреча около полугода назад. Она вышла из такси у адвокатской конторы, а он шел навстречу с девушкой. Его взгляд был такой влюбленный, полный нежности. Анжела надела солнечные очки, чтобы не быть узнанной. Они прошли мимо, держась за руки. Она долго смотрела им вслед. Сказать или не сказать? Она не знала, как правильно поступить в ее ситуации. Но в этот момент Игорь обернулся. Анжела сняла очки, махнула ему рукой, прощаясь. Он лишь улыбнулся в ответ...
Вам обязательно понравится: