Елена и Андрей Плетневы давно искали себе загородный дом. Но, во-первых, строиться с нуля они не хотели, значит, дом должен быть крепким. Во-вторых, населенный пункт должен быть километрах в пятнадцати-двадцати от города. И в-третьих, при доме должен быть большой участок – не шесть соток.
Они нашли почти то, что искали. Почему почти? Потому что участок был небольшой. Но зато по соседству располагался еще один дом, который и домом-то назвать было трудно: крыша уже провалилась, окна были без стекол, крыльцо рухнуло. И забора вокруг практически не было: так, кое-где завалившиеся серые от старости доски. Этот заброшенный участок облюбовали местные мальчишки: они установили самодельные ворота и все лето играли здесь в футбол. Поэтому трава на поле почти не росла – ее просто вытаптывали.
Кроме того, этот участок был угловой, и Андрей подумал, что если купить оба, то у них будет выход на три стороны, а это очень удобно с точки зрения расположения хозяйственных построек.
Были только две проблемы: как найти хозяина заброшенной собственности и сколько он за нее попросит.
Андрей был юристом, поэтому он знал, с чего надо начинать, и отправился в местную администрацию. Через неделю хозяин был найден. Это был одинокий пожилой человек, который уже не надеялся избавиться от участка.
Они сговорились достаточно быстро.
А вот с местными жителями отношения как-то не заладились.
Когда начались работы, к Андрею подошел пожилой мужчина:
– Напрасно ты здесь заборы ставишь, все равно пацаны тебе все переломают, это их место.
– Не думаю, что ребята такие глупые, что решатся на уничтожение чужой собственности. За это ведь можно и ответить, – сказал Андрей мужчине.
– Что, судиться с ними будешь? Может, еще и адвоката наймешь? – ехидно спросил старик.
–Я сам адвокат. И у меня тут везде камеры стоят, – сказал Андрей. – Так что можете передать ребятам, чтобы не рисковали. Ворота футбольные рабочие не сломали, выкопали аккуратно и вон на полянке через дорогу поставили.
Дом был в хорошем состоянии, потребовался только небольшой косметический ремонт, а вот во дворе работы было много: установка септика, хозблока, бани, беседки, оборудование площадки для детей и машино-места на два автомобиля. Кроме того, Андрей решил, что на участке не помешает и свой колодец.
Пока проводились эти работы, Андрей жил в доме, чтобы следить за всем. И тут неожиданно к нему пришел сосед с претензией:
– Не слишком ли близко к забору вы поставили свой хозблог? У меня там клубника растет, а вы ей все солнце перекрыли, – заявил мужчина. – Да еще кусты вдоль забора посадили. Убирайте давайте.
Андрей взял новый свод правил и рулетку и повел соседа на участок. Перемерили, оказалось, что ничего не нарушено, все строения стоят от соседского участка, даже на полметра дальше, чем в правилах указано.
К концу июня все работы были завершены, Андрей привез в дом свою мать – Ольгу Петровну – и двух сыновей – Петю и Павлика. Им только что исполнилось семь лет, и в сентябре мальчишки должны были пойти в школу.
В поселке была средняя школа, но Елена и Андрей решили, что дети пойдут в городскую, в ту, которая находится около дома Ольги Петровны. Утром их могли привозить сюда родители, а бабушка согласилась забирать ребят из школы.
Но когда Елена принесла документы детей, она услышала, что в школе есть вакансия библиотекаря. У женщины, кроме юридического образования, было еще и педагогическое, и, посоветовавшись с мужем, она решила, что, пока сыновья еще маленькие, она вполне может поработать здесь.
Но до школы еще целых два месяца, и ребята осваивали новую территорию: для них были сделаны и спортивная площадка, и мини футбольное поле и установлен бассейн.
Родители с утра уезжали на работу, а Петр и Павел оставались с бабушкой.
Однажды, когда мальчишки играли во дворе, а бабушка была в доме, в калитку кто-то позвонил.
Ольга Сергеевна открыла: перед ней стояли две молодые женщины и человек пять детей разного возраста – от трех до десяти лет.
– Здравствуйте, – сказала одна из женщин. – Вы ведь недавно к нам в поселок приехали?
– Недавно, – ответила Ольга Петровна.
– А мы смотрим, у вас тут хорошая детская площадка и бассейн. Можно наши дети с вашими поиграют? И вашим мальчикам будет веселее, – сказала вторая женщина.
– Извините, но я здесь не хозяйка, поэтому решать такие вопросы не могу. Вот приедет с работы Андрей Викторович – и все вопросы к нему.
Ольга Петровна думала, что до женщин дошло, что их с детьми на участок не пустят, но вечером, как только Андрей вернулся из города, обе дамы уже стояли у ворот.
– Уважаемые, это частная территория, а не общественный парк, – ответил Андрей.
– Неужели вам жалко? – спросила одна из женщин.
– Да, мне жалко. Я построил все это для своих детей. Насколько мне известно, в сквере около администрации есть отличная детская площадка. Почему бы вам не погулять с детьми там?
– Но там нет бассейна! – воскликнула женщина.
– В бассейне купаются только члены нашей семьи, это же не общественная баня. А вообще-то недалеко от поселка есть река.
– Но к реке надо идти почти полчаса! – возмущенно сказала вторая женщина.
– Вы хотите, чтобы я пустил туда трамвай? – поинтересовался Андрей. – Кто вам мешает установить бассейн в своем дворе?
Женщины ушли, ругая Андрея:
– Умный какой – установите у себя. Я вчера смотрела в интернете: такой бассейн, как у них, стоит больше тридцати тысяч. А есть еще больше – за пятьдесят. Откуда у нас такие деньжищи? Куркули какие-то!
– Нас обозвали куркулями, – сказал Андрей, войдя в дом. – Интересно, а если я приду к этим добрым женщинам и попрошу у них разрешения собрать миску клубники с их грядки? Как вы думаете, что будет?
– Размечтался! Они эту клубнику на станции по триста пятьдесят рублей за литровую банку продают, – сказала Ольга Петровна. –Я вчера для ребят покупала.
– Что, и никто по-соседски даром не предложил? – пошутил Андрей.
Но самый большой конфликт с соседями произошел у Плетневых в середине августа.
То ли на водоводе, то ли на водозаборных сооружениях произошла авария, и поселок остался без воды. Это была пятница, день жаркий. Люди пришли с работы, многие приехали из города, а тут, как говорится, ни помыться, ни побриться, ни ужин приготовить.
Андрей включил насос, заполнил водой из колодца накопительную емкость – проблема была решена.
Он уже входил в дом, как у калитки послышался какой-то шум, потом раздался звонок.
Открыв калитку, Андрей увидел человек десять мужчин и женщин с ведрами в руках.
– У вас, люди говорят, колодец есть, – начал один мужчина. – Пустите воды набрать.
– Так в поселке есть два общественных колодца – идите туда, – сказал Андрей.
– Их вычерпали уже, вода с песком идет, – ответил мужчина.
А женщины потребовали:
– Чего вы с ним разговариваете, проходите и набирайте воду, он не имеет права нам отказать.
–Очень даже имею право, – перебил их Андрей. – Мой колодец выкопан в соответствии с требованиями: он неглубокий – всего пять метров, расход воды из него ограничен, и пользоваться водой могут только собственники участка. Если вы сейчас к нему прорветесь, то тоже вычерпаете его. А с чем останется моя семья?
В это время мимо дома проехали две автоцистерны, так называемые водовозки, и люди с ведрами побежали за ними.
А ночью кто-то написал на воротах Плетневых – «Куркули». Неровные белые буквы с подтеками ярко выделялись на новеньких зеленых воротах.
– Нам объявили войну, – сказал Андрей. – Надо звонить участковому и прекращать этот балаган.
– А что я смогу сделать, Андрей Викторович? – спросил участковый. – Дело было ночью, найти хулиганов все равно не удастся. Вы уж как-нибудь с народом помягче, а то ведь еще что-нибудь могут придумать.
– Николай Григорьевич, вы ко мне, пожалуйста, приезжайте, а хулиганов я вам сам покажу, у меня ведь камеры ни днем, ни ночью не отключаются. И все записи хранятся месяц. Жду вас.
«Хулиганами» оказались двое жителей поселка – молодой мужчина и одна из тех женщин, что приходили к дому Плетневых с ведрами.
– Николай Смирнов и Светлана Зайцева, – констатировал участковый.
–Вот документы, – сказал Андрей, показывая участковому накладные. – Ворота распашные с калиткой, стоимость – двести тридцать пять тысяч четыреста восемьдесят пять рублей. И это без учета монтажа. Давайте я напишу заявление. Приложим к нему фотографии с камеры наблюдения и копию накладной. И вы уж потом сами с ними решайте вопрос. А то ведь я могу и в суд подать за порчу имущества.
Через два часа к Андрею вместе с Николаем Григорьевичем явились сами «хулиганы».
– Мы уберем надпись, – сказал молодой мужчина.
– Хорошо, – сказал Андрей. – Надеюсь, что никаких следов не останется.
Полдня Николай и Светлана терли ворота: сначала работали растворителем, затем, подобрав краску, выкрасили ворота вместе с калиткой.
После этого отношение к Плетневым, конечно, не улучшилось, но их по крайней мере оставили в покое.
Начался сентябрь, Елена каждое утро отвозила сыновей в школу, где она теперь работала. Конечно, зарплата школьного библиотекаря не шла ни в какое сравнение с той, которую она получала на прежнем месте, но некоторые ее клиенты были готовы работать с ней в частном порядке. Время для этого у Елены было.
Как-то уже в октябре она во время урока зашла в школьную столовую перекусить. За столом сидели несколько учителей, у которых сейчас было «окно». Елена услышала свое имя – обсуждали ее.
– Что же вы замолчали, Маргарита Алексеевна? – спросила она молодую учительницу биологии. – Продолжайте, не стесняйтесь, я тоже послушаю.
– Я всего только удивилась, что вы отказались подвозить в школу и забирать после уроков Вику Морозову. Она ведь живет в том же поселке, что и вы. Девочка учится в пятом классе, и ей приходится одной ездить на автобусе. Неужели вам сложно?
– Да, мне сложно. Во-первых, я не хочу брать на себя ответственность за чужого ребенка. Во-вторых, мы после школы не всегда едем домой. Бывает, что нам надо в поликлинику или в торговый центр. Иногда едем к свекрови и там ждем папу, а можем у нее и заночевать. Да и в конце концов, мы по дороге обсуждаем семейные проблемы. Зачем мне в машине чужие уши? А что касается того, что пятиклассница одна ездит в школу, так это выбор ее родителей. В поселке школа есть, девочка могла бы ходить туда.
– Но вы-то своих детей в городскую школу определили, – сказала Маргарита Алексеевна.
– Да, и для этого я ушла из очень серьезной юридической компании, где у меня была зарплата в пять раз выше, чем здесь. Я сделала это из-за своих детей. Мама Вики Морозовой может сделать то же самое.
Елена допила чай, встала и вышла из столовой.
– Недаром их в поселке куркулями зовут, – сказала Маргарита Алексеевна, когда Елена уже не могла слышать ее.
Автор – Татьяна В.