Алексей кое-как встал на колени и попытался осмотреться. Всё вокруг было в буро-красно-оранжевых тонах. Их выбросило на краю высокого обрыва, с силой ударив о каменистую почву.
Легкие будто бы скукожились, и в груди невыносимо жгло, а глаза слезились. Каждый вдох давался с трудом, ты вроде бы и вдыхал, но легкие наполнялись чем угодно, только не кислородом. В лицо ударил порыв жаркого ветра с мелким песком, на зубах неприятно захрустело.
- Где мы?! – просипел Алексей, хватаясь за проводника, хотя, очевидно, что ответ на этот вопрос был не самым насущным прямо сейчас.
- Далеко! – прохрипел в ответ Василий, закрываясь от жгучего ветра рукавом. – Очень далеко!
- То есть ты не знаешь, где мы?!
- Нет!
Сквозь заливавшие глаза слёзы Алексей смог разглядеть вдали под ними контуры разрушенных высотных зданий, что виднелись с обрыва. Башни нещадно терзал сухой ветер, оставив от них одни лишь изъеденные остовы. Его и самого, того и гляди, грозило сорвать очередным резким порывом вниз.
- Очки! Надень очки! – прокричал он проводнику, а сам стал, прячась от ветра доставать из подсумка тактические очки, а затем давясь слюной, которая очень быстро накапливалась в лёгких, замотал платком лицо.
Взглянув на небо, он тут же зажмурился от невыносимо близкого и яркого солнца, над ними ползли яркие световые волны.
Приступ режущего кашля заставил содрогнуться всё его тело.
- Ищи выход! – попытался закричать он, и не узнал собственного голоса.
- Бес толку! – на грани истерики засмеялся проводник, по его щекам из-под очков текли слёзы. Всё лицо Плетнёва также было мокрым от слёз, который почти сразу испарялись, оставляя грязные разводы. – Походу нам конец, лейтенант! Вот сейчас точно конец!
Плетнёв подполз к проводнику и схватил его за грудки, голова начинала кружиться, а в горле стоял рвотный ком, готовый вот-вот вырваться наружу.
- Я тебе приказываю! – горькая слюна выплёскивалась изо рта, говорить становилось всё труднее и труднее. – Мы здесь не сдохнем! Здесь не сдохнем! Ищи!!!
Какое там искать?! Как можно надеяться на зуд в голове, когда у тебя болит буквально всё тело! И голова болела так, что просто раскалывалась, однако проводник почти перестал смеяться, кое-как поднялся на четвереньки и попытался оглядеться. Надо было отделить боль, вызванную окружающей средой, от боли, которую он испытал, когда ощутил приближение точки перехода.
Да, он слышал, что они, бывает, перемещаются по определённой локации, затихают, потом появляются вновь, но что бы их вызвали искусственно! Нет, такого на его практике ещё никогда не встречалось!
Господи, как же мутило, организм протестовал против места, в котором они оказались, и готов был вот-вот сдаться, чтобы просто не ощущать этих мук.
Стоп! В виске кольнуло. Потом между бровей над переносицей он ощутил характерный зуд. Да, он был скрыт слоями отвратительного самочувствия тела, готового вот-вот отдать концы, но, похоже, что это было ОНО! То самое ощущение, которое позволяло находить долбанные точки перехода.
Да-да, как же он сразу не сообразил, они не возникают просто так, где попало, они как электроны в молнии, бьющей с небес - всегда ищут путь наименьшего сопротивления. И если их сюда выбросило, то где-то рядом должен быть проход! Хоть какой-то! Хоть самая никчёмная точка перехода, активированная их скачком, и которая их бы просто увела отсюда прочь! И пусть там будет хуже, но они хотя бы попытаются! Плетнёв, с*кин сын, прав! Надо хотя бы попытаться!
Перебирая по горячим камням руками, Василий полз по направлению к возможной точке перехода. За ним тащился Алексей, плюясь и отхаркивая слизь, что копилась в лёгких.
«Ты уж прости, если не успеешь за мной» - подумал Василий, даже не оглянувшись, у него на это просто не было сил.
Скала, в тени которой возможно была точка перехода, нависала над самым обрывом, и чем ближе он подползал к ней, тем отчётливее осознавал, что точка перехода находится не на твёрдой поверхности.
Он остановился у выпирающей над пропастью скалы, которая хоть как-то ослабляла накатывающие порывы ветра. Прислушался к ощущениям. Ну так да, моя ж ты хорошая! Точка перехода была, и даже прямо перед ним, но она и в самом деле висела над пропастью и к тому же была очень нестабильна. Как же он сейчас позавидовал тем, кто может их видеть, а не просто чувствовать!
- Что встал?! – послышалось позади.
- Надо прыгать!
- Что! – кажется даже в этой ситуации Плетнёв не смог удержаться от удивления.
- Прыгать! – прокричал проводник и указал рукой. - Переход прямо перед нами, там!
- Значит, будем прыгать!
- Но мы можем пролететь мимо!
- А какие у нас варианты?!
И действительно, какие у них варианты? Запечься заживо, предварительно задохнувшись?
Василий, опираясь руками на скалу, встал на ноги и посмотрел ещё раз в разверзшуюся под ними бездну. Его примеру последовал Алексей.
Если что, прикинул Василий, падать придётся примерно километр.
- Что, сдрейфил?! – подначил его Алексей.
Василий поводил для уверенности головой из стороны в сторону, чтобы поточнее определиться с местом перехода. Оно было совсем рядом, перед ними, но, чёрт возьми, внизу-то самая настоящая бездна!
- Делай, как я! – крикнул Василий и сделал шаг в пропасть.
Почему проводник обычно идёт первым? Потому что так вероятность того, что вы окажетесь там же, где и он, стремиться к ста процентам. Девяносто девять и девяносто девять… но никогда не ровно сто! Такая вот статистически размазанная русская рулетка.
Подавив очередной приступ кашля, Алексей постарался попасть в невидимый ему профиль, в котором исчез проводник.
***
Бывало у вас, когда вы оступаетесь, ожидая ощутить под ногой ступеньку, а вместо этого проваливаетесь в пустоту, ибо никакой там ступеньки не было и в помине? Наверняка бывало, и не раз.
Ну, вот вам диаметрально противоположный комплекс ощущений: шагаешь в пустоту, и вместо отсутствия опоры, твоя нога упирается в твёрдую почву. Но ты всё равно падаешь, так как мозг такого не ожидает. Мозг готов к тому, что ты будешь лететь ещё несколько секунд, постепенно разгоняясь навстречу острым горячим камням у подножия обрыва.
Первое, что ударило в уши, когда Алексей осознал, что он не летит в свободном падении, а лежит на боку на осязаемой поверхности, - какофония звуков. Но не таких, к каким привык обычный городской человек. И не таких, какие накрыли их после первого переноса: ревущий ветер, шелест песка и лёгких камней, подгоняемых горячим воздухом.
После мёртвого города, когда единственными звуками были те, которые производил ты сам, если не считать гудящих время от времени манекенов, здесь звуки шли отовсюду: плеск воды, шелест листьев на ветру, крики каких-то невидимых глазу тварей.
Живых тварей. А значит – Алексей содрал платок с лица и сделал глубокий вдох – здесь есть кислород! Изголодавшиеся по нормальной атмосфере лёгкие жадно глотали местную атмосферу. И пусть бы даже в ней было полно микроорганизмов, вирусов и прочих спор. Скажут сидеть в карантине год – будем сидеть.
Продолжая жадно дышать, Алексей, наконец, поднялся на ноги и осмотрелся. В паре метров от него уже стоял Василий.
Они оказались на невысоком пригорке, с которого открывался вид на округу. Из-под земли выпирали какие-то округлые валуны.
- Повезло! – произнёс он через плечо. – А ведь тебя могло забросить куда-нибудь в другое место.
- Вероятность такого исхода, как мне объясняли, исчезающе мала, - отмахнулся Алексей.
- И всё-таки она не равна нулю, - ответил проводник. Казалось, он выглядел озадаченным.
Итак, где это они очутились?
Первое, что бросилось в глаза, это полное отсутствие травы. Вернее сказать, из земли что-то торчало, но это была явно не трава, да и сама земля больше походила не на привычную почву, а на рассыпчатый грунт.
«Что-то новенькое» - подумал Алексей.
Над головой, шумно стрекоча, пролетело какое-то создание. Алексей даже пригнулся от неожиданности, и посмотрел вслед сияющей бензиновыми переливами стрекозе, что была размером с приличного голубя.
Он готов был увидеть пальмы, с ними он был знаком, но чтобы его взору открылся лес из папоротников размером со среднюю берёзку. Они возвышались то тут, то там, кое-где сменяясь… Чёрт,
- Никогда не видел таких хвощей! – искренне удивился Василий. – Прямо как из книжки по геологии.
«Точно, хвощи!» - вспомнил Алексей название растения. Только в деревне на огороде они были, в лучшем случае, по колено и жиденькие такие, а тут они были ничуть не меньше приличного дерева! Он присмотрелся к тому, что росло у него под ногами: собственно, это и были хвощи, только небольшого размера, видимо, молодая поросль, или другой вид.
Под пригорком начиналось что-то вроде болота (хотя больше оно напоминало лес залитый водой), из которого и торчали все эти папоротники размером с сосну и хвощи, мало чем уступающие им по высоте. Во многих местах они валялись, образуя своеобразный бурелом на кочках и между ними.
На горизонте флегматично чадил вулкан, выбрасывая в небо тонны пепла. Дымовой шлейф, судя по всему, протянулся на десятки, а то и сотни километров вправо по горизонту.
И запах. Такой необычный для городского жителя, но и непривычный своими абсолютно нотами неизвестными нотами. Вода, растения, и много чего ещё. Кажется, папоротник никак особо не пахнет, пытался припомнить Алексей, а цветы его он видел лишь однажды, да и не папоротник это тогда был, и не на Земле это случилось.
- Знаешь, почему мы так часто дышим?
- Потому что не можем надышаться после прошлого мира. Там атмосфера какая-то совсем уж ядовитая.
- Нет, - помотал головой проводник, - вернее, не только из-за этого. Здесь тоже мало кислорода. Гораздо больше там, где мы были, но не столько, к чему привыкли наши тела. И ещё здесь, судя по всему много углекислого газа.
- Почему так решил, - спросил он и прислушался к своему организму: да, дышать было легче, но лёгкие всё время будто хотели преодолеть заложенный в них объем, сделав более глубокий вдох.
- Не знаю, где мы, или когда… - задумчиво оглядываясь, произнёс Василий, - но то, что я вижу вокруг более всего похоже на одну из ранних периодов развития Земли. Мезозой? Триас?
- Родители-геологи, - кивнул Алексей, - понятно.
- Ага – согласился проводник. – Тогда состав атмосферы отличался от нашего времени. Соотношение газов другое.
- Но мы ведь и не на Земле, - заметил Плетнёв.
- Может быть, может быть… А что если миры, изначально схожие, развиваются по примерно одному сценарию?
По спине между лопаток быстро потекли струйки пота. Было очень влажно. Жарко и влажно. Совсем скоро контраст, возникший на смене таких разных миров, и кажущееся облегчение исчезнет, сменившись дискомфортом от непривычной среды. Всё познаётся в сравнении, глядишь, и Мёртвый город покажется вполне комфортным местом пребывания.
Алексей смотрел на свои руки, кожа на открытых участках была неестественно красной.
- У тебя есть дети? – задал он вопрос проводнику.
Тот, не отвлекаясь от созерцания местности, пожал плечами.
- Может и есть. Да наверняка есть! Просто не все хотели иметь в мужьях такого охламона как я, - он расплылся в самодовольной улыбке. – А ты к чему это?
- Не хочу тебя расстраивать, - Алексей вертел руками перед лицом, почесал кожу - возможно, нас изрядно так облучило. Не уверен, что мы сможем обзавестись ещё детьми.
- Кхм! - поперхнулся проводник. – Ты хочешь сказать, что там…
- Будем верить, что там просто ядовитая атмосфера и жарко, как в аду, - ответил Алексей. – Я там глянул на небо, он какое-то дикое было. Яркое. Озоновый слой сдуло, или магнитное поле пропало. Я как-то читал о таком. Правда, давно, иначе с чего бы нам покраснеть как помидорам?
На этом месте, Василий тоже взглянул на свои руки, дотронулся до шеи. Да они тоже были изрядно покрасневшими и зудели.
- Точно облучились? – растерянно пробормотал он.
- Будем надеяться, что я ошибаюсь. Да и лекарства опять же есть, - насчёт лекарств Плетнёв, если начистоту, уверен не был, больше надеялся на то, что со времён Хиросимы и Нагасаки медицина шагнула вперёд.
- А, ну ладно, - слова про лекарства от радиации произвели на Василия успокаивающее действие.
Алексей же, отвернувшись, потрогал указательным пальцем передние резцы, с усилием надавив на них. Вроде не шатаются, но и времени прошло ещё не так много. Он непроизвольно почесал затылок. Замер, и посмотрел на пальцы, в которых осталось несколько волосинок. Это нормально? Или нет?
Он выдохнул. Сейчас главное, не впадать в панику. В конце концов, учитывая все обстоятельства, им повезло, а он так и тем более получил очередное подтверждение, что всё должно быть так, как должно быть.
Поднявшись, наконец на ноги, Алексей прошёлся по пригорку из стороны в сторону, чтобы осмотреться. Вернулся на прежнее место, подошёл и встал рядом с проводником.
- Ты видел город? – задал он ему вопрос.
- Там, откуда мы пришли?
- Да.
- Я думал это скалы. Глаза до сих пор слезятся, я толком ничего не видел, полз по наитию.
- Понятно, - пробормотал Алексей. – В общем, мне показалось, что там был город. Большой. Наверное, он мог показаться скалами.
- Ещё один мёртвый мир, - кивнул Василий, в его голосе послышались нотки досады. – Комитет будет рад получить подобную информацию. Даже без учёта точных координат точек перехода до него.
Очередное гигантское насекомое прострекотало где-то совсем рядом. Алексей стал озираться, не хватало ещё, чтобы его укусил какой-нибудь комар-переросток, выпив за раз литр крови.
- Почему без учёта? Мы же провалились прямо из гробницы, значит…
- Это значит, что они создали возможность перехода искусственно, аномалия получилась небольшой, но довольно мощной, учитывая, как мне голову разрывало. Сам должен понимать, искусственно создать можно в любом месте.
Что же, в чём-то проводник был прав. Их забросили сюда не через «гуляющую» точку, не стационарную, а через искусственную. Соответственно, область выхода может оказаться где угодно.
- Углекислоты здесь больше, - заметил проводник, заметив, как тяжело вдыхает Алексей, - парниковый эффект и всё такое.
- Тогда уходим отсюда, - решил Плетнёв. – Иначе мы долго здесь не протянем.
Понятно, что они здесь смогут пробыть дольше, чем там, откуда они только вывалились, но ждать, когда у них начнёт кружиться голова и они всё-таки задохнуться, лучше не стоит. К тому же их подгоняли, учитывая ограниченные запасы воды и еды. Есть местную пищу, о которой ты ничего не знаешь, – верный путь к отравлению, пить воду, не зная её состава, даже после кипячения или применения обеззараживающих таблеток – тоже риск.
- Это верно, - согласился проводник. – Вот только поблизости я ничего не ощущаю.
Алексей вдруг понял, почему Василий стоит у самого края пригорка, у которого плескалась коричневая, но прозрачная вода. Проводник искал новую точку перехода, пытался определить её местонахождение по своим ощущениям.
- А дальше? – уточнил Алексей.
- Есть что-то, - согласно кивнул Василий, - но либо далеко, либо очень слабая. Хотя нам должно хватить, чтобы пролезть. Надеюсь.
- То есть здесь, - Алексей окинул пригорок с хвощами взглядом, - пусто?
- Пусто, - подтвердил проводник.
По воде прошли малозаметные волны. Слегка шевельнулись папоротники и хвощи.
Не осознавая своих действий, Алексей инстинктивно положил руку на рукоять автомата, а палец на спусковой крючок.
В следующий миг, тень, которая появилась под водой, метнулась из-под поверхности в сторону Василия, разверзнув полную мелких конических зубов пасть, и окатив людей брызгами болотной воды.
Автоматная очередь скосила тварь, и та рухнула, продолжая ещё несколько секунд подёргиваться.
Василий только сейчас выдохнул.
- Спасибо, - произнёс он.
- Тебе ещё нас домой вести, забыл? – ответил Плетнёв, и наклонился над бездвижным телом животины, не забывая следить за ближним пространством. – Знаешь, что это такое?
Перед ними лежало нечто, чего раньше Алексей точно никогда не встречал и не видел: порядка двух метров длинной, с несколько коротким относительно остального тела хвостом, сплющенным с боков, и четырьмя короткими лапами, почти отсутствующими перепонками между пальцев, и двумя глазками на верхушке плоской головы. Тело покрывал узор из разной степени чёрных с серым больших пятен в виде ромбов, шедших от условного затылка и до хвоста, остальная поверхность животного была просто бурой, а пузо так и вообще было почти жёлтым.
- Всё-таки мозги маленькие, иначе не стала бы нападать на нас, - сообщил Василий, авторитет которого с каждым разом всё выше и выше рос в глазах Плетнёва, теперь это был уже не просто бывший старатель, который под давлением перешёл на службу в Комитет. – Чёрт его знает, что это такое. Я как-то больше по камням.
Он с опаской наклонился над тушей. Потыкал её дулом автомата.
- Больше всего похоже на саламандру, вот только голова какая-то уж больно треугольная. Я про таких специально не читал, по крайней мере, что касается истории Земли. Похож на гигантскую саламандру… наверное, но голова!
- Главное, что их можно уложить из автомата, - Алексей вдруг подумал, что использовал огнестрельное оружие впервые с начала их путешествия.
- Меня беспокоит другое, - вздохнул Алексей и посмотрел вдаль, в сторону простирающегося перед ними болота с зарослями древоподобных папоротников и хвощей. – Что если это всего лишь детёнышь?
- Что ж, тогда придётся пострелять. Нам туда? – указал рукой Алексей в сторону кочек, видневшихся над поверхностью воды, поросших зарослями гигантских хвощей. Между кочками виднелись поваленные ветром старые стволы разной степени погружённости в воду. Проводник утвердительно кивнул. – Попытаемся идти по стволам.
Последнюю фразу Плетнёв произнёс без особой уверенности. Если им придётся погрузиться в воду, то чёрт его разберёт, что их там ждёт. Манекены на этом фоне кажутся не такими уж и опасными, от них, по крайней мере, знаешь чего ожидать, а тут… сами понимаете.
- Давай сначала поедим что ли, - предложил проводник и Плетнёв не стал ему возражать, ведь он и сам дико хотел есть, о чём постоянно напоминало жуткое урчание в желудке. Не хотелось бы, чтобы неизвестные твари наводились на них по шуму, исходящему из его живота.
Они сняли рюкзаки и стали распаковывать извлечённый из них паёк.
Тем временем, из воды показались ещё несколько голов. Мигнув своими зенками подобно тому, как это делают лягушки, они стали медленно, рывками утягивать мёртвую тушу амфибии обратно в воду. Очевидно не для того, чтобы отдать ему последние почести. Они даже толком не издавали никаких звуков, так фыркали.
Люди насторожились, отложив еду и взяв руки автоматы. Василий, второй рукой потянулся к гранате. Но новые твари были, похоже, заняты поеданием своего собрата. Зачем охотиться, если всё сделали за тебя.
- Да, похоже мы всё-таки не на Земле, - выдал Алексей, разжёвывая кусок тушёнки, снятый с ножа.
- Почему? – Василий сделал глоток из фляжки и закрутил колпачок.
Плетнёв ткнул остриём ножа в голубое с редкими облачками небо, на котором показался большой спутник, только даже отсюда было видно, что примерно треть планетоида разрушена и тянется за основным фрагментом целым роем осколков поменьше.
Проводник ничего не ответил.
******************************************************************************************
Не забывайте ставить "палец вверх" под публикацией и включать колокольчик на странице канала, чтобы не пропустить новых.
Вдохновить автора можно перечислив любую сумму на карту Сбера (на чебурек с беляшом):
5469 4300 1181 6529 или
2202 2001 5869 1277
Насколько знаю, перечисление происходит без комиссии.
Или на кошелёк Ю-Мани
4100 1113 6694 142
Спасибо. И да минует нас Апокалипсис!