Настя вдруг подумала: «Ну почему прошлое никуда не девается? Ведь оно прошло, потому и прошлое, а ведь идет следом, не отпускает!» Почему нельзя забыть, все, что было плохого, но так, чтобы о нем не помнил никто вокруг? Как ей хотелось бы, чтобы перед Андреем она предстала такой, какой была с Вовкой! Но увы! Он знает, что Настя была замужем, что это замужество длилось чуть больше месяца до развода. Хорошо, что не знает о беременности и выкидыше. Хотя в этом городке узнать что-то – не составляет особого труда.
Андрей с аппетитом ел вареное яйцо с салом и так просто хрустел огурцом, что Валентине показалось, что она знает этого молодого человека очень давно.
- А вы откуда приехали к нам? – спросила она. – У вас тут кто-то есть?
- Нет, - ответил Андрей, - я по распределению сюда попал.
- А где учились?
- В Ленинграде, в политехническом.
- И там у вас родители, в Ленинграде? – не успокаивалась Валентина.
- Да что ты привязалась к человеку? – перебил ее Семен. – Дай ему поесть!
- Нет-нет, ничего! – улыбнулся Андрей, взглянув на Настю. – Нет, моя мать живет в Липецке. А младший брат учится в десятом классе, вернее, будет учиться в десятом.
- Значит, мама вас одна поднимала? –вздохнула Валентина.
- Да, она у меня прекрасный человек! – улыбнулся Андрей.
- А вы к нам надолго? - спросила Настя, взглянув на юношу.
Он нравился ей все больше, и от этого ей становилось все хуже. Она теперь понимала, как прав был отец, когда советовал подождать, когда не хотел отдавать ее за Космачева.
- К сожалению, нет, - ответил Андрей, - совсем ненадолго: осенью меня призовут в армию.
- В армию? – удивилась Настя. – А почему сейчас?
- Пока я учился, у меня была отсрочка, а теперь я должен, как все, отдать долг Родине. В осенний призыв сыграют мне «Прощание славянки».
На лице Насти отразилось огорчение, она не могла скрыть его.
- Пойдемте купаться! – предложил Андрей, поднимаясь от «стола».
Настя с готовностью поднялась и побежала вместе с Андреем к воде.
Валентина с грустью смотрела им вслед. Семен перехватил ее взгляд, сердито произнес:
- Ну чего ты размечталась? Хороший парень, да только не про нашу Машу. Не нужно было спешить! Ему нужна девушка хорошая, без хвоста.
- Ну какого хвоста, Сеня?
Семен усмехнулся:
- Она теперь женщина с прошлым, понимаешь?
Валентина сердито поднялась, стала убирать в корзинку посуду.
- Ну вот, и муравьям, и птичкам оставили, - проговорила она, стряхивая с покрывала крошки, скорлупки и сворачивая покрывало.
- А ты не пойдешь окунуться? – спросил Семен.
- С ума сошел? Я без купальника, да если бы и была в нем, разве можно мне рядом с такими, как Настюша? Мне можно только ночью, чтоб никто не видел!
Семен подошел к жене, обхватил ее талию:
- Правильно, нечего всем показывать наши прелести! – сказал он, прижимая ее к себе.
Они пошли к оставленному в тени акаций мотоциклу, уложили инструмент, сложили в багажник выкопанную картошку. Валентина окинула взглядом огороды соседей.
- В следующем году обязательно посажу кукурузу и помидоры, - проговорила она.
- Ну-ну, пацанам полакомиться молодой кукурузкой! – ответил ей Семен. – Витька Петрик говорил, что они посадили у себя – по краю участка. Когда увидели, что на базаре уже продают початки, поехали, думали, вот сейчас бесплатно полакомятся своей собственной! А тут – ни одного початка! Так еще и потоптали сколько всего! Так что, мать, нам еще повезло, что не всю картошку у нас собрали.
Он снова вспомнил, как в детстве мать командовала идти на огород, наломать початков, и он с удовольствием бежал туда. Выбрав такие, которые уже можно варить, он с нетерпением ждал, пока мать уложит их в большую кастрюлю, накроет их обертками тех самых початков и поставит на печку, сложенную во дворе. Он должен был поддерживать огонь в печке, пока варилась кукуруза. Зато потом, не дожидаясь, пока он остынет, Сенька перебрасывал из руки в руку початок, вгрызался в сладкие зерна, испытывая неизъяснимое удовольствие. Даже сейчас ему показалось, будто он вдруг почувствовал то самый вкус...
Семен и Валентина сидели на траве, ожидая, пока Настя накупается. Воздух уже нагрелся, даже над травой в тени не было прохлады. Валентина откинулась на почти высохшую траву, прикрыла глаза косынкой. Издалека слышались крики детей на речке, рядом звенели цикады. Легкий ветерок обвевал ее лицо, открытые руки, но мало освежал. Время приблизилось к полудню, становилось жарко.
- Сеня, может, давай поедем домой? Пусть Настя остается, потом приедет – предложила Валентина.
- На чем она поедет? На велосипеде, с новым кавалером? Чтоб по городу разговоры пошли сразу?
- Сеня, на каждый роток не накинешь платок, все равно болтать будут! А нам что, сколько ждать? Или ее торопить? Давай поедем? Оставь ей денег, дойдет до автобуса, приедет, как все.
Семен дошел до покрывала, на котором уже лежали Андрей и Настя, только что вышедшие из воды и тяжело дышавшие.
- Ну что доча, поедем домой? – сказал Семен.
Настя быстро села, умоляющим взглядом посмотрела на отца.
- Папуля, можно я останусь еще? – спросила Настя. – Я потом приеду!
- Семен Иванович, не беспокойтесь, я провожу Настю, - приподнялся на локте Андрей. – Разрешите ей еще побыть здесь!
Семен достал из кармана рубль, протянул:
- На автобус тебе!
Настя молча взяла, положила в карман спортивного костюма. Семен повернулся и не торопясь пошел к мотоциклу.
Настя осталась сидеть на покрывале, глядя на воду речки, совершенно не успокаивающуюся ни на миг: детвора плескалась в воде с визгом, восторженными криками.
- А знаешь, у нас в Липецке есть речка Липовка, она такая разная: в одном месте спокойная, мелкая, и берег песчаный, а в другом месте – глубокая. Говорят, раньше она была даже судоходной, но теперь стала маленькой. Правда, мы любили больше ездить на озеро за городом, оно тоже называется Липецким. А все от слова липа, знаешь, такое дерево?
Настя даже обиделась: конечно, знает, у них в парке растут несколько лип. Когда они цветут, бабушки стараются собрать цветы, говорят, помогают при простуде.
Когда Она осталась с Андреем наедине, Настя почувствовала какое-то смущение. Однако Андрей вел себя как обычно. Они болтали о разном, но Настя ощущала, что он относится к ней как к маленькой.
- О, как удобно устроились! – вдруг услышала Настя знакомый до боли в ушах голос.
Она резко поднялась, увидела Вовку в окружении ребят и девушек.
- Как быстро успокоилась! Уже и замену нашла! – язвительно говорил Вовка, а его компания насмешливо наблюдала за ним.
Настя растерялась, а Андрей поднялся с покрывала, подошел к Космачеву:
- Ребята, мы вам не мешаем, не мешайте и вы нам.
- Как это не мешаете? – не успокаивался Вовка. – Вы заняли наше место, правда, ребята?
Те оживленно закивали. Андрей помолчал, потом спокойно сказал:
- Вы не оставили табличку на этом месте, поэтому никто не знал, что это место ваше. Значит, вам нужно занять другое.
Вовка снова оглянулся на свое окружение, сплюнул в траву и снова сказал:
- Да нет, вам придется найти другое место, а мы остановимся тут.
Один из его компании подошел к нему и сказал:
- Вовчик, пойдем отсюда, не трогай их.
Он что-то прошептал ему на ухо, но тот не успокоился:
- Ну и что? Значит, ему разрешается занимать чужие места, охмурять чужих жен? Да?
- Ты мне уже не муж! – отчаянно воскликнула Настя. – И проходи мимо, или я расскажу отцу, тогда узнаешь!
Вовка снова сплюнул в сторону, не торопясь развернулся и медленно пошел прочь.
- Это твой муж? – удивленно спросил Андрей.
- Мы уже развелись, - почти прошептала Настя.