Если верить Чехову - то ДА. Сестра таланта. А если, например, японцам?
Есть такая байка, наверное, правдивая: японцы сочли делегацию наших поэтов какими-то непонятными аферистами. Какие же это поэты, если не могут говорить прямо стихами? Пришлось им объяснять, что стихи у нас другие: не только смысл важен, но и размер, и рифма...
- Тогда какие стихи у вас самые лучшие? "Евгений Онегин"? Расскажите!
- Так это же целая книга!
- Книга в стихах?! Но ведь это значит, что поэту просто нечего сказать. Для мысли достаточно трёх строчек, если суметь отсечь всё лишнее!
Вот и пообщались...
Но можно ли написать русские стихи по японскому "рецепту"? Шуточные одностишия - можно. А что-нибудь из традиционных жанров?
Пытались многие. И поэт Борис Тимофеев с художником Матвеем Мазрухо создали маленький шедевр: карманную книжку мини-басен.
Да это же типичные "Окна РОСТа!" Наследник Маяковского?
Да, прямой. С 1920 года работал в "Окнах РОСТа" вместе с Маяковским! И кем же считать Бориса Тимофеева - последним осколком Серебряного века, как дворянина, успевшего получить образование до революции? Или чернорабочим советской поэзии?
Ведь то, что он писал "для себя" подзабыто, сделанные им переводы принадлежат не переводчику, а авторам. Книга "Правильно ли мы говорим" - занимательный учебник...
Краткие стихотворные подписи в Крокодиле - это замечательно, но... нет больше Крокодила. а песни и романсы на его стихи стали... народными?! "Караван", "Под окном черёмуха колышется"...
Но самая известная, конечно же, "С одесского кичмана". Хит Утёсова! Написал в двадцать лет - и пожалуй, ни одна другая песня у него столь долговечной не стала.
Нет. Всё же если пишешь не на спор, не подпись под картинкой, в "три строчки" не уложиться никак!
С одесского кичмана
Сбежали два уркана,
Сбежали два уркана тай на волю.
В Вапняровской малине
Они остановились.
Они остановились отдыхнуть.
Один - герой гражданской,
Махновец партизанский,
Добраться невредимым не сумел.
Он весь в бинты одетый
И водкой подогретый,
И песенку такую он запел:
Товарищ, товарищ,
Болят мои раны.
Болят мои раны в глыбоке.
Одна же заживает,
Другая нарывает,
А третия застряла у в боке.
Товарищ, товарищ,
Скажи моёй ты маме,
Что сын ее погибнул на посте.
И с шашкою в рукою,
С винтовкою в другою
И с песнею веселой на губе.
Товарищ малохольный,
Зароют мое тело,
Зароют мое тело в глыбоке.
И с шашкою в рукою,
С винтовкою в другою,
И с песнею веселой на губе.
За що же ж мы боролись?!
За що же ж мы страждали?!
За що ж мы проливали нашу кровь?!
Они же там пируют,
Они же там гуляют,
А мы же - подавай им сыновьев!
