Землетрясения в Ригведе как локализующий и датирующий критерий
Аннотация. Ригведа была изучена на предмет упоминания в ней землетрясений — в горах и на равнинах, в прошлом и настоящем ригведийских поэтов. Многочисленные сообщения о землетрясениях во всех хронологических слоях Ригведы локализуют прародину ригведийских индоариев в предгорных областях Индо-Гангской равнины Северо-Западного Индостана. Уменьшающееся количество упоминаний землетрясений в поздних циклах Ригведы указывает на продвижение её авторов от гор на равнины. Археологически выявленное землетрясение раннехараппского укреплённого поселения Калибанган–на–Сарасвати в центральной части ареала Ригведы датирует её текст около 2700 г. до н.э.
Ключевые слова: древнейшая Самхита, сейсмическая активность, Калибанган–на–Сарасвати, Ранняя Хараппа, индоарии
Rigvedic earthquakes as localizing and chronological criterion
Abstract. The Samhita of Rigveda has been carefully analyzed to check all mentions of earthquakes in it referring either to the past or to the present of its authors, either in the mountains or on the plains. It has turned out that all chronological layers of the text contain numerous descriptions of earthquakes thus pointing at the submountainous regions of the Indus – Ganga Plain of the North-Western Hindustan as the homeland of Rigvedic Rishis and their ancestors.The decreasing number of earthquakes’ mentions in the late Rigvedic hymns proves the fact of the Rigvedic Indo-Aryans’ movement from the mountains onto the plains. Archaeologically recorded earthquake in Early Harappan Kalibangan–upon–Sarasvati fortified settlement in the core of Rigvedic habitat dates the text of Rigveda around 2700 BCE. This chronology corroborates the author’s dating of the Rigveda text between 3300 and 2600 BCE made on the basis of several mutually supporting criteria developed by the author (such as the sword argument, the fortresses’ argument, the buffalo argument, Pashupati argument, the glacier argument etc.).
Keywords: the earliest Samhita, seismic activity, Kalibangan–upon–Sarasvati, Early Harappa, Indo-Aryans
Введение
Автором идеи о возможности сейсмической (у него — хтонической) интерпретации ригведийских гимнов следует считать А. С. Майданова. [Майданов 2002, с. 49, 54, 57–58, 60, 63–64; Семененко, 2003, с. 75–77, 79–81, 84; Майданов 2004а–б]
Он верно подметил, что упоминаемые Ригведой (далее РВ) [Ригведа, 1989–1999; Rigveda] землетрясения указывают на обитание её поэтов в горной области. Ошибкой А. С. Майданова следует считать неправильную идентификацию этой горной области — это был не юг Средней Азии (Таджикистан и Узбекистан), а Северо-Западный Индостан — горы и прилегающие к ним равнины междуречья упоминаемых и описываемых в РВ рек — Гомати/Гомала/Гумала, Круму/Куррама, Кубхи/Кабула, Сувасту/Свата, Синдху/Инда, Сушомы/Сохаи, Витасты/Ветха/Джелама, Асикни/Чхенаба, Парушни/Рави, Випаш/Беаса, Шутудри/Сатледжа, Сарасвати (Сарсути–Гхаггара–Хакры), Дришадвати/Чаутанга, Ямуны и Ганги. [Елизаренкова 1989а, с. 705; Елизаренкова 1989б, с. 442; Елизаренкова 1999, с. 476]
Также А. С. Майданов в силу объективных обстоятельств (потеря зрения) не мог произвести полного анализа всех упоминаний землетрясений в РВ.
Объекты и методы исследования
При изложении своего мистического учения ригведийские риши используют образный язык. Образы берутся из разных сфер человеческой жизнедеятельности, в т.ч. из лексики для описания природных явлений, свидетелями и наблюдателями которых были ригведийские арии и/или их предки. Изучение этих образов с помощью метода опосредованно-исторического анализа позволяет выявить те физические реалии, в окружении которых существовали авторы РВ. Их определение в свою очередь позволяет решить вопросы локализации прародины ригведийских ариев. Большой удачей является обнаружение таких физических реалий, которые могут быть датированы археологически. В данной работе речь пойдёт об описываемых РВ землетрясениях как о локализующем и датирующем критерии.
Результаты и их обсуждение
Землетрясения разной степени интенсивности упоминаются в I мандале РВ 20 раз — в прошлом (13 раз, из них в горах — 11 раз, без упоминания гор — 2 раза) и во время сочинения гимнов (7 раз, из них в горах — 5 раз, без упоминания гор — 5 раз): índro ví ádrim airayat «Индра… расколол скалу» (I.7.3); yá īṅkháyanti párvatān | marúdbhir agna ā́ gahi «что сотрясают горы… — с Марутами приди, о Агни» (I.19.7); árejetāṃ ródasī hotr̥vū́riye «Два мира сотрясались при выборе (Агни) хотаром» (I.31.3); [Индра:] prá vakṣáṇā abhinat párvatānām «Он рассёк недра гор» (I.32.1); kó vo várṣiṣṭha ā́ naro diváś ca gmáś ca dhūtayaḥ | yát sīm ántaṃ ná dhūnuthá || ní vo yā́māya mā́nuṣo dadhrá ugrā́ya manyáve | jíhīta párvato giríḥ || yéṣām ájmeṣu pr̥thivī́ jujurvā́m̐ iva viśpátiḥ | bhiyā́ yā́meṣu réjate «Кто же из вас самый высокий, о мужи, сотрясатели неба и земли, | когда вы сотрясаете, как край одежды. || Перед вашим выездом падает ниц человек, перед грозным гневом, | оседает скала (и) гора. || От чьих путей (и) выездов дрожит от страха земля, | как старый вождь племени...» (I.37.6–8); máruto yád dha vo bálaṃ | girī́m̐r acucyavītana «О Маруты, сила, что у вас, —… | вы поколебали горы» (I.37.12); párā ha yát sthiráṃ hathá náro vartáyathā gurú | ví yãthana vanínaḥ pr̥thiviyā́ ví ā́śāḥ párvatānãm || prá vepayanti párvatān ví viñcanti vánaspátīn | maruto «Что твёрдо, вы разбиваете вдребезги, о мужи, тяжёлое вы пускаете катиться. | Вы едете по деревьям на земле, через горные края. || Они сотрясают горы. Они выкорчевывают деревья… о Маруты» (I.39.3, 5); [Индра:] ājā́v ádriṃ nartáyan «В сражении заставив плясать скалу» (I.51.3); tuváṃ tám indra párvatam mahā́m urúṃ vájreṇa vajrin parvaśáś cakartitha «Ты, о Индра, эту гору, великую, широкую, дубиной грома, о громовержец, расколол на куски» (I.57.6); [об Индре:] asyéd u bhiyā́ giráyaś ca dr̥̄ḷhā́ dyā́vā ca bhū́mā janúṣas tujete «Это в страхе перед его рождением дрожат твёрдые горы, небо и земля» (I.61.14); bŕ̥haspátir bhinád ádriṃ «Брихаспати расколол скалу» (I.62.3); svaréṇa ádriṃ svaríyo návagvaiḥ indra darayo «С звуком звучный проломил скалу вместе с Навагва… Индра» (I.62.4); tuvám mahā́m̐ indara yó ha śúṣmair dyā́vā jajñānáḥ pr̥thivī́ áme dhāḥ | yád dha te víśvā giráyaś cid ábhvā bhiyā́ dr̥̄ḷhā́saḥ kiráṇā ná aíjan «Ты велик, о Индра: ведь кто порывами неистовства, родившись, небо и землю поверг в ужас, | когда все чудовища, даже твёрдые горы, из страха перед тобой задрожали, как былинки» (I.63.1); yúvāno rudrā́ ajárā abhoggháno vavakṣúr ádhrigāvaḥ párvatā iva | dr̥̄ḷhā́ cid víśvā bhúvanāni pā́rthivā prá cyāvayanti diviyā́ni majmánā || hiraṇyáyebhiḥ pavíbhiḥ payovŕ̥dha újjighnanta āpathíyo ná párvatān | dhruvacyúto marúto «Юные Рудры, нестареющие, убивающие скупца, лишённые скаредности, выросли, как горы, | все земные (и) небесные сущности, даже твёрдые, они сотрясают мощью. || Усиленные влагой, золочёными ободьями они подбрасывают горы, разбивая, как едущие по дороге; | … сотрясатели твёрдого… Маруты» (I.64.3, 11); vīḷú cid dr̥̄ḷhā́ pitáro na ukthaír ádriṃ rujann áṅgiraso ráveṇa «Даже крепкие твердыни отцы наши Ангирасы проломили гимнами, скалу — рёвом» (I.71.2); dādr̥hāṇáṃ cid bibhidur ví párvatam marútaḥ «Они раскололи даже твёрдую гору… Маруты» (I.85.10); praíṣām ájmeṣu vithuréva rejate bhū́mir yā́meṣu yád dha yuñjáte śubhé | té krīḷáyo dhúnayo bhrā́jadr̥ṣṭayaḥ svayám mahitvám panayanta dhū́tayaḥ «При их походах, при выездах сотрясается земля, словно трепещущая, когда они запрягают для блеска. | Эти шумные баловни со сверкающими копьями сами трубят о своём величии, сотрясатели» (I.87.3); mitráṃ ná yáṃ śímiyā góṣu gavyávaḥ suādhíyo vidáthe apsú jī́janan | árejetāṃ ródasī pā́jasā girā́ práti priyáṃ yajatáṃ janúṣām ávaḥ «Кого, как друга, ищущие коров (в битвах) за коров, доброжелательные, породили с усердием на месте жертвенной раздачи, в водах, — | два мира сотряслись от стати, от голоса, навстречу любимому, достойному жертв, прибежищу существ» (I.151.1); yát tveṣáyāmā nadáyanta párvatān divó vā pr̥ṣṭháṃ náriyā ácucyavuḥ «Когда они, грозно выезжающие, заставляли грохотать горы, или, мужественные, сотрясали спину неба» (I.166.5); areṇávas tuvijātā́ acucyavur dr̥̄ḷhā́ni cin marúto bhrā́jadr̥ṣṭayaḥ || dhanuacyúta iṣã́ṃ ná yā́mani || yác cyāváyatha vithuréva sáṃhitaṃ «Не поднимающие пыли, рождённые силой Маруты со сверкающими копьями сотрясли даже твердыни. || Сотрясающие твёрдую землю при выезде, подобно тому как жертвенные напитки. || Когда вы сотрясаете плотное, как если б оно было рыхлым» (I.168.4–6).
Во II мандале РВ землетрясения упоминаются 5 раз (из них в прошлом — 5 раз, в горах — 4 раза, без упоминания гор — 2 раза): ví samanā́ bhū́mir aprathiṣṭa áraṃsta párvataś cit sariṣyán «Ровно раскинулась земля, даже гора, пытавшаяся убежать, остановилась» (II.11.7); árejetāṃ ródasī bhiyāné kánikradato vŕ̥ṣṇo asya vájrāt «Задрожали два мира, испуганные ревущей ваджрой этого быка» (II.11.9); yásya śúṣmād ródasī ábhyasetāṃ nr̥mṇásya mahnā́ sá janāsa índraḥ || yáḥ pr̥thivī́ṃ vyáthamānām ádr̥ṃhad yáḥ párvatān prákupitām̐ áramṇāt «От чьей ярости сотрясались оба мира из-за величия мужества — тот, о люди, Индра! || Кто укрепил колеблющуюся землю, кто успокоил качающиеся горы» (II.12.1–2); [Индра:] ví párvatasya dr̥ṃhitā́ni airat «Он взорвал твердыни горы» (II.15.8); táva śriyé ví ajihīta párvato índreṇa yujā́ bŕ̥haspate «Для славы твоей гора разверзлась… с Индрой-союзником… о Брихаспати» (II.23.18).
В III мандале РВ землетрясение в горах описывается один раз как современное поэтам: marúto prá vepayanti párvatām̐ «Маруты… сотрясают горы» (III.26.4).
В IV мандале РВ землетрясения упоминаются 12 раз (из них в прошлом —9 раз, в горах — 9 раз, без упоминания гор — 3 раза, как современные жизни гимнотворцев — 3 раза, как ожидаемые — 2 раза): té marmr̥jata dadr̥vā́ṃso ádriṃ tád eṣām anyé abhíto ví vocan «расколов скалу, они стали украшать. Это про них другие возглашали вокруг» (IV.1.14); dr̥dhrám ádrim uśíjo ví vavruḥ «твёрдую… скалу… Ушиджи открыли» (IV.1.15); ádriṃ rujema «пусть расколем мы… скалу» (IV.2.15); kṣā́mā bhindánto «раскалывая землю» (IV.2.16); ádriṃ ví asan bhidántaḥ áṅgiraso «раскалывая скалу, они взорвали её, Ангирасы» (IV.3.11); áśmānaṃ cid yé bibhidúr vácobhir uśíjo «словами раскололи даже скалу Ушиджи» (IV.16.6); [Индра:] ádrim dárdar «ты взорвал скалу» (IV.16.8); táva tviṣó jániman rejata dyaú réjad bhū́mir bhiyásā svásya manyóḥ | r̥ghāyánta subhúvaḥ párvatāsa ā́rdan dhánvāni saráyanta ā́paḥ || bhinád giríṃ śávasā vájram iṣṇánn «от вспышки при твоём рождении сотрясалось небо, сотрясалась земля от страха перед твоей яростью. | Зашатались крепкие горы, расступились пустыни, текут воды. || С силой он расколол гору, швыряя ваджру» (IV.17.2–3); yá éka íc cyāváyati prá bhū́mā índraḥ «кто в одиночку сотрясает землю, Индра» (IV.17.5); ákṣodayac chávasā kṣā́ma budhnáṃ vã́r ṇá vā́tas táviṣībhir índraḥ | dr̥̄ḷhā́ni aubhnād uśámāna ójo ávābhinat kakúbhaḥ párvatānām || abhí prá dadrur jánayo ná gárbhaṃ ráthā iva prá yayuḥ sākám ádrayaḥ «он сотряс мощно землю, основание, словно ветер — воду, Индра силами. | Твердыни сдавил он, играя силой. Он отсёк вершины гор. || Словно женщины, они раскрыли утробу, словно колесницы, сразу двинулись скалы» (IV.19.4–5); [Индра:] ví yád várāṃsi párvatasya vr̥ṇvé «когда он раскрывает шири горы» (IV.21.8); diyā́m ámena rejayat prá bhū́ma || víśvā ródhāṃsi pravátaś ca pūrvī́r diyaúr r̥ṣvā́j jániman rejata kṣā́ḥ «неистовством сотрясает небо, землю... || Все плотины и многочисленные потоки, небо и земля сотрясались из-за громадного при рождении» (IV.22.3–4).
В V мандале РВ землетрясения упоминаются 16 раз (из них в прошлом — 6 раз, в горах — 11 раз, без упоминания гор — 5 раз, как современные жизни гимнотворцев — 9 раз): indra áśmānaṃ cic chávasā ví «о Индра… ты проломил с силой даже скалу» (V.30.4); mahā́ntam indra párvataṃ ví váḥ «о Индра, ты раскрыл великую гору» (V.32.1); vidā́ divó viṣiyánn ádrim ukthaír «я должен найти скалу неба, разверзая гимнами» (V.45.1); ví párvato jíhīta āvívāsanto dasayanta bhū́ma «гора растворилась… стремящиеся заманить сделали землю податливой» (V.45.3); [о Марутах:] ádrim bhindanti ójasā «они с силой разбивают скалу» (V.52.9); śárdhāya mā́rutāya parvatacyúte «толпу марутову… сотрясающую горы» (V.54.1); marútaḥ parvatacyútaḥ «Маруты, сотрясающие горы» (V.54.3); [о Марутах:] pr̥thivī́ párāhatā mádanti eti asmád ā́ «земля, атакованная, уходит от нас, опьянённая» (V.56.3); [о Марутах:] áśmānaṃ cit svaríyam párvataṃ girím prá cyāvayanti yā́mabhiḥ «даже звучную скалу, холм, гору они сотрясают походами» (V.56.4); [о Марутах:] dhūnuthá párvatān | kopáyatha pr̥thivī́m «вы сотрясаете… горы… | вы приводите в смятение землю» (V.57.3); [о Марутах:] práthiṣṭa yā́man pr̥thivī́ cid eṣām «сама земля расширилась во время их похода» (V.58.7); [о Марутах:] bhū́mir ejati nā́ür ná pūrṇā́ kṣarati vyáthir yatī́ «сотрясается земля. Словно полная ладья, плывет она, качаясь» (V.59.2); marutaḥ yūyáṃ ha bhū́miṃ kiráṇaṃ ná rejatha «о Маруты… это вы приводите в трепет землю, как пылинку» (V.59.4); [о Марутах:] áśvāsa eṣām prá párvatasya nabhanū́m̐r acucyavuḥ «кони их… колыхали источники горы» (V.59.7); [о Марутах:] pr̥thivī́ cid rejate párvataś cit «даже земля трясётся, даже гора» (V.60.2); [о Варуне:] ví yó jaghā́na upastíre pr̥thivī́ṃ sū́riyāya «разбил Землю, чтобы разостлать её под солнцем» (V.85.1).
В VI мандале РВ землетрясения упоминаются 7 раз (из них в прошлом — 3 раза, в горах — 4 раза, без упоминания гор — 3 раза, как современные жизни гимнотворцев — 4 раза): mahā́m ádrim indra nutthā́ ácyutaṃ sádasas pári svā́t «огромную скалу, о Индра… ты столкнул неподвижную со своего места» (VI.17.5); índra dr̥̄ḷhám arujaḥ párvatasya «О Индра, ты проломил твердь горы» (VI.30.5); tuvád bhiyéndra pā́rthivāni víśvā ácyutā cic cyāvayante rájāṃsi «из страха перед тобой, о Индра, все земные просторы, даже несотрясаемые, начинают сотрясаться» (VI.31.2); [об Индре:] rujád ádriṃ «пробил скалу» (VI.32.2); maruto yád dha yāthá bhū́mā rejante «Когда же… вы выезжаете, о Маруты, трясутся земли» (VI.50.5); [о Марутах:] réjate pr̥thivī́ makhébhyaḥ «дрожит… земля перед резвыми» (VI.66.9); adribhít bŕ̥haspátir «проламыватель скалы… Брихаспати» (VI.73.1).
В VII мандале РВ один раз упоминается произошедшее в прошлом землетрясение и 2 раза — как современное авторам гимнов: [о Марутах:] yé rejáyanti ródasī cid urvī́ «кто сотрясает даже две огромные половины вселенной» (VII.57.1); [о Марутах:] kṣodanti ródasī «сотрясают они оба мира» (VII.58.2); uṣo ví dr̥̄ḷhásya dúro ádrer aūrṇoḥ «О Ушас… ты закрыла врата замкнутой скалы» (VII.79.4). В последнем сообщении у Т.Я. Елизаренковой явная опечатка в тексте перевода — «закрыла» вместо «открыла», ср. пер. С. В. Джэмисон и Дж. П. Бреретон: “you opened up the doors of the firm-fixed stone” [The Rigveda, 2014, p. 982].
В VIII мандале РВ землетрясения упоминаются 10 раз (из них в прошлом — 4 раза, в горах — 7 раз, без упоминания гор — 4 раза, как современные жизни гимнотворцев — 6 раз): [о Марутах:] yád yā́maṃ ácidhuvam | ní párvatā ahāsata «когда же… вы задумали поход… | горы склонились» (VIII.7.2); marúto prá vepayanti párvatān | ní yā́māya vo girír yemiré «Маруты… сотрясают горы… || горы отступают перед вашим походом» (VIII.7.4–5); [о Марутах:] giráyaś cin ní jihate | párvatāś cin ní yemire «даже горы склоняются… | даже скалы поддались» (VIII.7.34); yajñá índram avardhayad yád bhū́miṃ ví ávartayat «жертва усилила Индру, когда он развернул землю» (VIII.14.5); [о Марутах:] prá dhánvāni airata yád éjatha «засушливые земли приходят в движение… когда вы движетесь» (VIII.20.4); [о Марутах:] ácyutā cid vo ájman ā́ nā́nadati párvatāso | bhū́mir yā́meṣu rejate «даже несотрясаемое при вашем выезде, громко гудят горы... | земля дрожит от походов» (VIII.20.5); [об Индре:] kr̥ntád ví girím pr̥thúm «разрезал широкую гору» (VIII.45.30); ágne bhinátsi ádriṃ «о Агни… ты раскалываешь скалу» (VIII.60.16); [об Индре:] tiyáṃ cit párvataṃ giríṃ | ví rurojitha «ту самую гору-скалу… | ты пробил» (VIII.64.5); [об Индре:] tuvád víśvāni bhúvanāni dyā́vā rejete pr̥thivī́ ca bhīṣā́ «перед тобой… трясутся от страха все мироздания, небо и земля» (VIII.97.14).
В IX мандале РВ землетрясение упоминается один раз как произошедшее в прошлом в горах: yá usríyā ápiyā antár áśmano nír gā́ ákr̥ntad ójasā «кто с силой разрубив, освободил красноватых водяных коров в скале» (IX.108.6).
В X мандале РВ землетрясения упоминаются 14 раз (из них в прошлом — 12 раз, в горах — 12 раз, без упоминания гор — 2 раза, как современные жизни гимнотворцев — 2 раза): ádriṃ logéna ví abhedam ārā́t «комком земли я издали разбил скалу» (X.28.9); [об Индре:] girī́m̐r ájrān réjamānām̐ adhārayad «он укрепил колеблющиеся горы, долины» (X.44.8); [об Агни:] vīḷúṃ cid ádrim abhinat «даже твёрдую скалу расколол он» (X.45.6); bŕ̥haspátir uddhárann áśmano gā́ bhū́myā udnéva ví tvácam bibheda «Брихаспати, извлекая из скалы коров, рассёк, словно потоком воды, шкуру земли» (X.68.4); bŕ̥haspatir | āṇḍeva bhittvā́ śakunasya garbham ud usriyāḥ parvatasya tmanājat «Брихаспати… как, разбив скорлупу, выводок птицы, он сам выгнал из горы коров утренней зари» (X.68.7); áśnā́pinaddham mádhu páry apaśyan | níṣ ṭáj jabhāra bŕ̥haspátir viravéṇā vikŕ̥tya «Он разглядел сладость, заключенную в скале… | Брихаспати извлек её… проломив громким рёвом» (X.68.8); bŕ̥haspátir bhinád ádriṃ «Брихаспати расколол скалу» (X.68.11); [о Марутах:] yuṣmā́kam budhné apā́ṃ ná yā́mani vithuryáti ná mahī́ śratharyáti «при вашем походе, как на дне вод, земля словно колеблется, расступается» (X.77.4); bibhéda giríṃ návam ín ná kumbhám índro «он расколол гору, совсем как новый горшок, Индра» (X.89.7); indra aśrathāyo ádriṃ «Индра… сделал мягкой скалу» (X.112.8); [об Индре:] ávr̥ścad ádrim «он расколол скалу» (X.113.4); [об Индре:] ávāsr̥jaḥ prasúvaḥ śvañcáyo girī́n «ты выпустил стельных, растворил горы» (X.138.2); [об Индре:] ápāvr̥ṇod dúro áśmavrajānām «он растворил двери для запертых в скале» (X.139.6); [об Индре:] réjate śúṣmāt pr̥thivī́ cid «сама земля сотрясается от буйства» (X.147.1).
Итого землетрясения упоминаются в РВ 89 раз, из них в древнейшей части Самхиты (мандалах II–VII+IX)— 45 раз, в более поздней VIIIмандале — 10 раз, в ещё более поздней I мандале — 20 раз и в самом позднем X цикле — 14 раз.При этом 54 раза землетрясения упоминаются как произошедшие в прошлом, из них в древнейшей части Самхиты (мандалах II–VII+IX) — 25 раз, в более поздней VIII мандале — 4 раза, в ещё более поздней I мандале — 13 раз и в самом позднем X цикле — 12 раз.Как современные авторам гимнов землетрясения упоминаются в РВ 34 раза, из них в древнейшей части Самхиты (мандалах II–VII+IX) — 19 раз, в более поздней VIII мандале — 6 раз, в ещё более поздней I мандале — 7 раз и в самом позднем X цикле — 2 раза.Кроме того, в древнейшей фамильной части памятника 2 раза говорится об ожидаемых землетрясениях.При этом горные землетрясения упоминаются в РВ 66 раз, по хронологическим слоям текста: в древнейшей части Самхиты (мандалах II–VII+IX) — 31 раз; в более поздней VIII мандале — 7 раз; в ещё более поздней I мандале — 16 раз; в самом позднем X цикле — 12 раз.
Заключение
Даже с учётом возможности небольшой погрешности в наших подсчётах можно сделать хорошо обоснованный вывод о том, что арии РВ и их предки обитали в таком предгорном регионе Индо-Гангской равнины северо-запада Южной Азии, где были нередки землетрясения, но при этом их интенсивность снижалась по мере создания и включения в Самхиту последовательных слоёв текста, что явно было вызвано продвижением основной массы носителей древнеиндоарийского ведийского языкаи сочинителей более поздних гимнов в более равнинные местности и их удалением от гор. Следует также отметить, что целая группа ригведийских божеств — прежде всего Индра, Маруты и Брихаспати — в их профаническом понимании могли рассматриваться ариями эпохи составления РВ как отвечающие за сферу горных и равнинных землетрясений.
Поскольку центром непосредственного ареала обитания ригведийцев являлась долина реки Сарасвати (совр. эфем. Сарсути–Гхаггар–Хакра–Нара) с притоком Дришадвати (совр. Чаутанг) и между реками Ямуной на востоке и Шутудри–Сатледжем на западе [Елизаренкова, 1972, с. 12–13, 58; Семененко, 2017в], укажем на уникальный факт, позволяющий не только подтвердить присутствие ариев РВ в этой области, но и точно датировать его.
Одним из важнейших центров раннехараппской и зрело-хараппской культуры в этом регионе служило укреплённое оборонительными стенами поселение Калибанган–на–Сарасвати.
Археологические раскопки показали, что конец раннехараппского периода бытования Калибангана I (ок. 3000–2700 гг. до н.э.) наступил в результате землетрясения, о чём свидетельствуют следы смещения слоёв почвы и стен.[Thapar, 1975, p. 23; Lal, 1979, p. 75–76 & 94; Kenoyer, 1991, p. 338; Dikshit, 2013, p. 120–121; Dikshit, 2014, p. 17–18]
Эти данные позволяют датировать РВ ок. 2700 г. до н.э., что подтверждает разработанную нами на основании ряда других критериев датировку создания текста первой Самхиты ок.3300–2600 гг. до н.э., т.е. в эпоху Ранней Хараппы. [Семененко, 2015–2019; Semenenko, 2016, 2019]
Список литературы
1. Елизаренкова Т.Я. 1972. Древнейший памятник индийской культуры. Ригведа. Избранные гимны. М., Наука:3–89.
2. Елизаренкова Т.Я. 1989а. Примечания. Ригведа. Мандалы I–IV. Изд. подг. Т.Я. Елизаренкова. М., Наука:544–757.
3. Елизаренкова Т.Я. 1989б. «Ригведа» — великое начало индийской литературы и культуры. Ригведа. Мандалы I–IV. Изд. подг. Т.Я. Елизаренкова. М., Наука:426–543.
4. Елизаренкова Т.Я. 1999. Примечания. Ригведа. Мандалы IX–X. Изд. подг. Т.Я. Елизаренкова. М., Наука:354–550.
5. Майданов А.С. 2002. Тайны великой «Ригведы». М., Едиториал УРСС, 206 с.
6. Майданов А.С. 2004а. Миф как источник знания. Вопросы философии. 9:91–105.
7. Майданов А.С. 2004б. Миф как источник когнитивной информации. В кн.: Эволюция. Мышление. Сознание. (Когнитивный подход и эпистемиология.) М., Канон+: 268–307.
8. Ригведа. 1989–1999. Изд. подг. Т.Я. Елизаренкова. В 3 тт. М., Наука, 768+752+560 с.
9. Семененко А.А. 2003. Герменевтика текста Ригведасамхиты А.С.Майданова. Воронеж, Издат-во Воронежского колледжа «Номос», 240 с.
10. Семененко А.А. 2015. О культе Ригведы и Махабхараты в связи с их датировкой. Власть и общество: практики взаимодействия и конфликты. Мат-лы Девятой рег. научн. конф. (г. Воронеж, 2 февраля 2015 г.). Ред. В.Н. Глазьев. Воронеж, Истоки: 216–222.
11. Семененко А.А. 2016. О прародине индоиранцев (ариев). Власть и общество: история взаимоотношений. Мат-лы Десятой рег.научн. конф. (г. Воронеж, 19 марта 2016 г.). Ред. В. Н. Глазьев. Воронеж, Истоки: 339–343.
12. Семененко А.А. 2017а. О датировке Ригведы и Атхарваведы. Научный Вестник Воронежского ГАСУ. Серия «Социально-гуманитарные науки». 2 (12): 81–91.
13. Семененко А.А. 2017б. Образ буйвола в (пре)хараппском искусстве и «Ригведе» как две формы фиксации древнеиндоарийского культа. IX Болховитиновские чтения. Духовный мир искусства. От личности к цивилизации. Мат-лы всеросс. научн. конф. (5–7 октября 2016 г.). Ред. Девуцкий О.В. Воронеж, Изд-во Алейникова: 32–41.
14. Семененко А.А. 2017в. Ригведийская река Сарасвати и археология Южной Азии. Научный Вестник Воронежского ГАСУ. Серия «Социально-гуманитарные науки». 1(11): 73–83.
15. Семененко А.А. 2018а. Крепости в Ригведе, Атхарваведе и (Пре)Хараппе и датировка Самхит. Личность, общество, власть: прошлое и современность: мат-лы Двенадцатой регион. научн. конф. (г. Воронеж, 2 февраля 2018 г.). Ред. В. Н. Глазьев. Воронеж, Издат. дом ВГУ: 248–253.
16. Семененко А.А. 2018б. О возможности размещения первичного очага носителей индоевропейских языков в пограничье Ирана, Афганистана, Средней Азии и Индостана. Труды Маргианской археологической экспедиции. Том 7. Исследования Гонур-депе 2014-2015 гг. Ред. Н.А. Дубова (отв. ред.), Е.В. Антонова, Р.Г. Мурадов, Р.М. Сатаев, А.А. Тишкин. М., Старый сад: 202–220.
17. Семененко А.А. 2018в. О крепостях в Ригведе и Атхарваведе Шаунаки и (Пре)Хараппе и датировке Самхит. Проблемы гуманитарных и социальных наук. Научный журнал. ФГБОУ ВО «Воронежский ГТУ». 2(15): 85–95.
18. Семененко А.А. 2018г. Поклонение Пашупати в Ригведе и Атхарваведе и Господину Животных в (Пре)Хараппе как две формы отражения единого индоарийского культа. Проблемы гуманитарных и социальных наук. Научный журнал. ФГБОУ ВО «Воронежский ГТУ». 1 (14): 98–108.
19. Семененко А.А. 2019а. Ещё раз о датировке Ригведы и Атхарваведы. Общество и власть: история и современность: мат-лы Тринадцатой рег. научн. конф. (г. Воронеж, 1 февраля 2019 г.). Воронежский ГУ. Воронеж, Издательский дом ВГУ: 246–251.
20. Семененко А.А. 2019б. Отсутствие меча в Ригведе и Атхарваведе и датировка Самхит. Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: История. Политология. 46 (2): 203–211.
21. Dikshit K.N. 2013.Origin of Early Harappan Cultures in the Sarasvati Valley: Recent Archaeological Evidence and Radiometric Dates. Journal of Indian Ocean Archaeology, 9: 88–142.
22. Dikshit K.N. 2014. The rise of Indian civilization: recent archaeological evidence from the plains of ‘lost’ river Saraswati and radio-metric dates. Bulletin of the Deccan College Post-graduate and Research Institute, Vol. 72-73, 2012-2013, Pune: 1–42.
23. Kenoyer J.M. 1991. The Indus Valley Tradition of Pakistan and Western India. Journal of World Prehistory, Vol. 5, No. 4, Plenum Publishing Corporation: 331–385.
24. Lal B.B. 1979. Kalibangan and the Indus Civilization. History and Archaeology Series. Vol. 5. Essays in Indian Protohistory. Eds. D. P. Agrawal, Dilip K. Chakrabarti. Delhi, Indian Society for Prehistoric and Quaternary Studies, B. R. Publishing Corporation:65–97.
25. Rigveda. Metrically Restored Text. Eds. K. Thomson & J. Slocum. 2021. Available at: http://www.utexas.edu/cola/centers/lrc/RV/ (accessed:19 February 2021).
26. Semenenko A.A. 2016. Arable Farming of Vedic Indo-Aryans According to Atharvaveda Shaunakiya and Samhitas’ Dating. Актуальные проблемы аграрной науки, производства и образования: мат-лы междунар. заочн. научно-практич. конф. молодых ученых и специалистов на иностранных языках (Россия, Воронеж, апрель 2016 г.). Воронеж, ФГБОУ ВО Воронежский ГАУ: 362–366.
27. Semenenko A.A. 2019. The absence of the sword from Rigveda and Atharvaveda and the problem of Indo-Aryans’ origin. Bulletin Social-Economic and Humanitarian Research. 1(3): 83–96.
28. Thapar B.K. 1975. Kalibangan: A Harappan Metropolis Beyond The Indus Valley. Expedition, Vol. 17, Issue 2, Penn Museum: 19–32.
29. The Rigveda. 2014. The earliest religious poetry of India. Tr. by S. W. Jamison & J. P. Brereton. Oxford–NY, Oxford University Press, 1693 p.
Материал опубликован как статья в журнале из Перечня ВАК РФ:
Семененко А.А. Землетрясения в Ригведе как локализующий и датирующий критерий // Via in tempore. История. Политология / Белгородский государственный национальный исследовательский университет. — 2021. — Том 48, № 1. — С. 5–14. — DOI 10.18413/2687-0967-2021-48-1-5-14.
Автор публикации и статьи — дипломированный историк со специализацией по кафедре археологии и истории Древнего Мира и степенью кандидата исторических наук А.А.Семененко, тема диссертации — «Изучение Ригведы в дореволюционной России (1830—1917 гг.)» (ВГУ, 2011).