Софья Лялина в юности собиралась стать библиотекарем, но, закончив вуз, вышла замуж и посвятила себя ведению домашнего хозяйства. К сорока четырем годам она вырастила троих детей и прекрасно организовала быт семьи.
Женщине казалось, что сама судьба готовила ее к встрече с Сергеем, который оказался другом ее сокурсника. И хотя Сергей был на несколько лет младше, он сразу покорил Софью своей надёжностью, своим абсолютно мужским характером. Мужчина занимался бизнесом и обеспечивал семье безбедное существование.
Старший сын Лялиных, тринадцатилетний Филипп, учился в гимназии, а младший сын и дочка целыми днями были на попечении Софьи.
Постепенно и неожиданно для себя Софья осознала, что способна говорить только о детях и о домашних нуждах. Ей больше нечего было сказать. Ничего другого в ее жизни не происходило. И как-то так само собой исчезли все друзья, и остался только Сергей — за мужа, и за подругу. Но Софья все равно была счастлива. Наверное, для счастья и не нужно быть эрудированной лягушкой-путешественницей.
***
Однажды Филипп попал в стационар после внезапного обморока. Родители, решив, что он переутомился, не придали событию большого значения. Оставив младших детей на соседей, Софья отправилась забирать старшего домой. Но врач пригласил женщину к себе и шокировал ее результатами проведенного обследования подростка.
Седовласый мужчина в белом халате неторопливо прикрыл дверь за посетительницей, предложил ей присесть и сам сел в кресло напротив.
— У Филиппа на всех снимках четко просматривается опухоль головного мозга, — сняв очки, сказал он. В тот же миг Софья начала сползать со стула. Обморок. — Софья Максимовна! — Врач едва успел ее поймать. Это спасло женщину от возможных травм. — Софья Максимовна! Так-так-так, стоп-стоп-стоп! Софья Максимовна, приходим в себя. — Мужчина усадил шокированную вестью мать на кушетку. — Нельзя так реагировать. Так, попейте водички. Попейте, попейте водички. Так. Вот. Ну что? Ни в коем случае, ни в ко... Не надо так трагично всё воспринимать. Да, новость не из приятных, но нам ещё нужно провести ряд исследований и как можно быстрее начать химиотерапию.
— Химию? — отдышавшись, переспросила Софья.
— Да.
— То есть вы хотите сказать, что нет надежды, что это доброкачественная опухоль?
— Дело не в этом. Нам всё равно нужно будет опухоль удалять. Но пока мы не сможем этого сделать, потому что её нужно уменьшить в размерах. А химия как раз и позволит нам это сделать, и мы сможем выполнить операцию.
— Да, я понимаю, доктор, я...
— Софья Максимовна, я, полагаясь на свой опыт, хочу вам сказать, что лечение подобного рода операций в семидесяти процентах успеха зависит от вашего настроя и от веры в лучшее. Уж поверьте мне.
Лицо Софьи побледнело. Если бы ее сейчас увидел кто-нибудь из близких, то сразу бы заметил, как сильно женщина состарилась. Такое бывает от шока, но со временем кожа розовеет, и, успокоившись, человек приходит в норму.
Мысль о том, что она может потерять сына, не давала покоя. Софья не знала, что делать, не знала, как жить дальше, новость о сыне огорошила ее и парализовала привычное состояние.
***
София по телефону рассказала Сергею о страшном диагнозе. И с трудом дождалась мужа с работы, чтобы в деталях обсудить план борьбы с недугом Филиппа.
— Ты хочешь, чтобы Филя жил, — отреагировал на рассказ супруги Сергей. — Я тоже хочу. Мы не готовы... Мы не готовы с ним проститься. Понимаешь, мы обрекаем его на мучения, на страдания. Надо... Надо освободить его.
— Как? — плача, переспросила Софья.
— Ускорить нужно этот процесс, понимаешь? Химия, она уничтожает вместе с опухолью весь организм.
— Да ты что, Серёжа, ну как можно знать, что твой ребёнок болен и даже не пытаться его спасти? Ты с ума сошел? Ты даже не врач, Серёжа.
— Спасение бывает разное. У врачей есть заповедь — не навреди. А химия — это вред, понимаешь? Это вред!
Мужчина сел на диван и обхватил голову руками.
— Серёжа, Серёжа, успокойся.
— Ну хорошо, хорошо. Благодаря этой химии, может, он дольше проживёт, там, на месяц, на полгода, на год. Но что это за жизнь, Соня?!
— Серёженька, ты подожди, ты подожди. Ты что, совсем не веришь в выздоровление нашего Филечки? Совсем? Нет? А я верю. Ты слышишь? Я верю, и я запрещаю тебе не верить. — Голос Софьи резко изменился: стал металлическим. — Он будет жить, я не позволю ему умереть. Мы с тобой не позволим ему умереть, ты слышишь?
— Соня! — вскрикнул Сергей. Казалось, он еще больше сходил с ума от горя, чем жена.
— Тише, тише, тише, тише.
Супруга погладила его по голове в надежде хоть немного успокоить. Ей было страшно. В эту ночь Соня не спала. Позиция мужа выбила ее из колеи.
Однако женщина понимала, что ей нельзя колебаться. Они с Филиппом были только в начале пути к выздоровлению, и залогом успеха была вера, как правильно заметил врач.
Продолжение...
Подпишись на наш канал и нажми колокольчик, чтобы знать, когда выйдет продолжение или новый рассказ.