Первый брак у Жанны не получился: они с Сергеем прожили вместе всего шесть лет и расстались почти сразу после рождения сына, Вадима. «Не сошлись характерами», — говорили они любопытным, и никто из друзей не знал истинную причину: Сергей считал, что Жанна села ему на шею.
Зарабатывал он хорошо — имел сеть своих кофеен в городе. Бизнес приносил немалый доход, но Сергей все равно считал, что жена должна зарабатывать на себя сама. Жанна соглашалась, но отмечала: на себя — это на собственные, личные нужды. А семья и ребенок к ним не относятся.
— Ну и плати тогда половину, — как-то выдал уже привычный аргумент Сергей. — За жилье, за коммуналку, за питание. А то ни за что не платишь совсем.
— А ты не забыл, дорогой, что я в декрете? — разозлилась Жанна. — У меня все время и силы на сына уходят! Когда мне деньги зарабатывать?!
Сергей равнодушно пожал плечами.
— Не знаю. Это твои проблемы. Заработай на няню.
— Между прочим, Вадим — наш общий ребенок, — ехидно напомнила Жанна. — Почему вся ответственность за него только на мне?
— Почему только на тебе? Я согласен половину оплачивать. За няню, — уточнил Сергей.
— Ты думаешь, что вся забота о ребенке — это нанять няню?
Сергей поморщился и махнул рукой: не хочу, мол, говорить об этом. Жанна с силой сжала зубы, пытаясь унять полыхающую, точно пионерский костер, злость.
Долго терпеть придирки мужа она не смогла, и когда Вадиму исполнилось шесть месяцев, подала на развод. Сергей спокойно отпустил, даже не пытаясь претендовать на опеку над ребенком, лишь вскользь, как бы между прочим, сказал, что от алиментов не отказывается и будет оплачивать все в полном объеме.
— Слава богу, аж от души отлегло, — саркастически ухмыльнулась Жанна. — А если серьезно, то большего я от тебя и не ждала.
Разрыв она переживала тяжело и долго. Сама удивлялась: вроде надоел бывший муж так, что зубы сводило, а надо же — почему-то скучает! Наверное, просто привычка — сложно перестроиться в другую колею по щелчку пальцев.
Первое время приходилось жить на полном обеспечении бывшего. А когда Вадиму исполнилось два, она подыскала для него хороший муниципальный садик и вышла на работу. Жизнь потихоньку налаживалась. Жанна даже начала строить планы на будущее, вернулась к заброшенным хобби. Сергея вспоминала все реже и реже. Отныне их связывал только общий ребенок и больше ничего.
Со временем Жанна поняла, что без Сергея ей куда легче — и обрадовалась, будто маленькая девочка. Значит, правильное решение приняла, когда подавала на развод, не ошиблась! Она оживала, возвращалась к самой себе — улыбчивой девушке с легким, веселым характером, возвращалась к прежней, наполненной мечтами и целями жизни. Только теперь у нее был еще и сын — счастье и смысл всего существования.
О новых отношениях Жанна не думала — то ли подходящий мужчина не подворачивался, то ли боялась снова наткнуться не на того и впустую потратить время. Только спустя несколько лет у нее вдруг закрутился служебный роман. Кавалера звали Андрей, и работал он в соседнем отделе графическим редактором. Сперва они с Жанной обнаружили, что оба любят рисовать, потом поняли, что обожают кофейни и пасмурную осеннюю погоду.
— Я вот тоже не понимаю тех, кто любит лето. — смеялся Андрей. — Жарко же! И насекомые всякие летают, так и норовят тебя цапнуть за какую-нибудь часть тела!
— Согласна! А осень такая романтичная! Я могу часами бродить по дорожкам в старом парке и просто думать о своем.
— А можно будет как-нибудь составить вам компанию на такой прогулке? — вскинув бровь, спросил Андрей.
Жанна вспыхнула, вдруг осознав, что с ней флиртуют.
— И давно это продолжается?.. — полушепотом спросила она.
— Что именно?
— Ваш флирт со мной.
Андрей вздохнул, посмотрел на нее с веселой искоркой во взгляде.
— Уже третий месяц. Спасибо, что заметили, Жанна.
Она засмеялась — громко, искренне, так, как не смеялась уже, кажется, очень давно.
— Ну, в таком случае в первый же осенний промозглый день я приглашаю вас на задумчивую прогулку по старому парку.
— Я буду с нетерпением ждать наступления осени. А пока можно пригласить вас на чашечку кофе?
Жанна согласилась — с внезапной легкостью и спокойствием. Рядом с Андреем она чувствовала себя просто и естественно, не нужно было мучительно придумывать темы для разговоров, кого-то из себя изображать, пытаться произвести впечатление. И, наверное, именно это она и ценила в их отношениях.
Андрей вообще легко и просто вошел в ее жизнь — так, будто всегда был ее неотъемлемой частью. Жанне ни секунды не пришлось привыкать к нему, они просто сошлись, как два кусочка пазла.
И, словно почуяв изменения в жизни бывшей жены, внезапно объявился Сергей. Начал ухаживать, ненавязчиво намекать, что неплохо было бы «вернуть прошлое», говорил, что Вадиму нужен отец. Первое время Жанна, пребывая в недоумении, просто, но прямо отвечала, что ничего у них уже никогда не будет. Сергей увеличивал нажим, убеждал, уговаривал, даже несколько раз подстерег Жанну у подъезда. Сунув ей шикарный букет бордовых роз, сказал:
— Не совершай ошибку, как тогда, прошу тебя. Я за это время понял, как был неправ. Обещаю, что это больше не повторится.
— Я тебе не верю, — глядя ему в глаза, вздохнула Жанна. — Прости, у меня нет желания выслушивать, какая я нахлебница и тебя объедаю.
— Думала бы, что говоришь! — возмутился Сергей. — Я никогда тебе подобных претензий не предъявлял. Просто не хотел, чтобы ты сидела дома и превращалась в клушу. Вот и все.
— Сергей, давай не будем, — попросила Жанна. — Это в прошлом. Я не хочу копошиться там. Что было — то было.
— Нет, давай будем! Я тоже не хочу копошиться в прошлом, я хочу начать все сначала. Как говорится, с чистого листа.
— К сожалению, наш лист испачкан уже с обеих сторон, — твердо проговорила Жанна и, вернув ему букет, зашагала прочь по тротуару.
На некоторое время Сергей пропал, но вздохнуть свободно Жанна не успела: через неделю он объявился вновь и удвоил усилия. Жанна стояла на своем: ничего не будет.
— Хм… — Сергей выдержал драматическую паузу во время телефонного разговора. — Жанна, учти, если ты будешь такой упрямой, твоему ухажеру не поздоровится.
— Что?.. — похолодела Жанна. — Что ты сказал?.. Что ты имеешь в виду?
— То и имею. Послушай, у меня есть кое-какие связи в органах и в других местах… Я тут нарыл интересное дельце. Два года назад твой кавалер сбил человека на пешеходном переходе. Дело тогда замяли… но я сделаю все, чтобы снова дать ему ход. Нечего моей жене с какими-то мужиками якшаться.
— Посмею напомнить: я тебе уже давно не жена, — дрожащим голосом ответила Жанна и положила трубку.
Какое-то время молча смотрела на экран смартфона, пытаясь привести мысли в порядок. От Сергея летели сообщения в мессенджере, но она смахивала их, не читая. Наконец, набрала номер Андрея, неуверенно, сбиваясь на каждом слове, пересказала ему ситуацию. Тот напряженно молчал.
— Это правда? — голос Жанны продолжал дрожать. — Ты правда сбил человека?
— Да, — глухо ответил Андрей.
— А почему… почему тебя не… — она запнулась, не решаясь договорить.
— Почему меня не посадили? Потому что не нашли состава преступления. Пешеход выскочил внезапно, прямо под колеса. Меня оправдали. Я все сделал по правилам: сбросил скорость, пытался затормозить. Тут нет моей вины.
— Я тебе верю, — прошептала Жанна. — Но я боюсь, что Сергей и правда начнет поднимать это все… я не знаю, насколько у него серьезные связи. Может, они и правда есть, я… я не знаю.
— Я разберусь, — решительно сказал Андрей. — Тебе не нужно переживать.
И положил трубку.
На следующий день Жанна снова увидела у подъезда с Сергеем, и вдруг в ней тяжелой, черной волной поднялась злость. Она буквально подбежала к бывшему мужу, схватила его за пиджак.
— Если ты хоть что-то сделаешь, поверь, тебе тоже придется плохо!
Сергей нагло улыбнулся.
— Что ты мне сделаешь, милая? Укусишь?
Жанна смотрела на него с бессильной злобой, стискивая кулаки.
— Ты правда думаешь, что если будешь меня шантажировать, то я буду с тобой? Какой же ты грязный… и убогий! — выплюнула она.
— А ты красивая. И все равно будешь моей.
— Никогда! — выкрикнула Жанна.
Всю ночь она не могла сомкнуть глаз: все думала, прокручивала к голове сложившуюся ситуацию. Выход виделся только один: подать заявление в полицию за шантаж, попытаться лишить Сергея родительских прав, если получится, чтобы он не смог подобраться даже через ребенка. Со страхом прикидывала, сколько же судебных тяжб придется вынести, сколько нервов вымотать, сколько времени и денег потратить.
Уснула уже под утро, когда на небе загорался яркий летний рассвет. Проснулась от настойчивого звонка в дверь. Быстро накинула легкий шелковый халатик, пригладила волосы.
На пороге стоял улыбающийся Андрей. Удивительно, как поворачивается судьба: из-за этой грязной истории с Сергеем он, наконец, впервые пришёл к ней в гости, до того Жанна все не решалась пригласить.
— Ничего твой бывший мне не сделает, — начал без предисловий. — Я вчера был у дяди… он прокурором работает. В общем, он все решит.
Жанна счастливо бросилась ему на шею.
Потом они вместе варили утренний кофе, пили из изящных фарфоровых чашечек, болтали обо всем на свете. Андрей казался спокойным, и Жанна, наконец, тоже успокоилась.
Уже допивая кофе, он вдруг увидел игрушечную лошадку Вадима…
— А это чье?
— Ой! — засмеялась Жанна. — Мы с тобой уже почти пять месяцев встречаемся, а я тебе не говорила… У меня сын есть от прошлого брака.
Андрей изумленно взглянул на нее.
— Как сын?.. А почему ты молчала?
Жанна пожала плечами.
— Не знаю. Как-то к слову не пришлось… Ты ко мне не приходил никогда, вот я и… — она умолкла, увидев напряжение на лице Андрея. — Это как-то меняет твое отношение ко мне?
Андрей отвел глаза.
— Нет, что ты, — поколебавшись, ответил он.
Но на следующий день он не позвонил и на звонки Жанны не отвечал. А потом вдруг перевелся работать в другой филиал, так ничего и не объяснив. Впрочем, Жанне уже и не нужны были никакие объяснения, она и без них все поняла.
В ее жизни снова остались только Вадим и Сергей.
А еще — глубокая, ноющая боль в сердце, которая, казалось, не пройдет никогда.
---
Автор: Саша Ибер (arno_26)
---
За что меня так Бог наказывает?
Наташку похоронили в конце января. Ей еще и сорока не было. Надежда не плакала. Устала плакать. В её голове постоянно крутилась мысль: хорошо, что раньше работала в дорожном – техники полно, в такую стужу, бесплатно, выкопали яму и с похоронами помогли. Без рабочих дорожной службы нипочём не справилась бы Надежда: третьи похороны за год! Озолотились бы «ритуальщики», поймавшие богатую жилу на людских смертях. Цены заоблачные – как ей, пенсионерке, управиться?
Сначала ушел муж Юрий. К той смерти Надя была готова – супруга разбил инсульт, но он прожил ещё тринадцать лет. Если это можно назвать жизнью – не говорил, толком не ходил, испражнялся в памперсы. Правда, при виде водки блестел глазами и оживлялся. Помнил свою давнюю любовь, истый алкоголик! Дочь и внуков не узнавал, а эту гадость, его сгубившую, не забывал ни на минуту. Надя один раз в сердцах в бутылку воды налила и поставила, так он схватил посудину и с горла ее высосал. И ходил, будто пьяный.
- Плацебо, - сказала тогда дочка, - вот тебе, мама, экономия!
Тогда она ёще не болела. Сидела в декрете с четвертым малышом, виновником разлада между мамой и бабушкой. Надя, увидев у Наташки растущее пузо, взвилась, взъярилась и закатила истерику:
- Сколько можно, Наташа? Сколько можно? Я не двужильная! Зараза такая, ни работать, ни за детьми толком следить не умеешь, где мозги у тебя?
Толку… Наташе нравилось размножаться. Больше она ничего не хотела делать. Вроде, умная, высшее образование имеет, но школе жизни никакие универы не научат. Вырастила этакую идиотку на свою шею. Олежи мало, так теперь Наташенька даёт стране «угля»!
Олег – боль и наказание, Надин старшенький сынок. Родился, казалось бы, на радость. Хорошенький такой был, тёмненький, глазастый, хоть в кино снимай. Девчонки, помнится, табуном толпились в подъезде, караулили Олежку, чтобы хоть одним глазком на него посмотреть. А он – ничего, нес свою красоту достойно, не кобенился. Матери помогал, жалел ее. Отца осуждал за пьянство.
- Папа! Есть у тебя совесть? Посмотри, какая красивая она! А ты, как свинья, под забором валяешься!
На Олежку возлагались самые светлые Надины ожидания. В Олежке заключался весь смысл Надиной жизни! Она все время думала: вот вырастет сын, вот и вздохну спокойно!
Нет. Ничего не получилось. Олег ушёл в армию добрым и ласковым мальчиком, а вернулся ненормальным человеком. Непонятные вспышки ярости, тоска, черная хандра и… беспробудное пьянство. Вот она, война, что делает. Отправляла ребенка в мирное время, думала, отслужит, как все, уму-разуму наберется, возмужает. А он уже через год, когда половину срока оттарабанил, взял и пошел в «горячую» точку, по собственному желанию! Это в кино все красиво, а в жизни – по другому: ломает душу, выворачивая нутро наизнанку.
В глаза сына страшно было смотреть – ничего там не осталось. Пустота. Мрак. Тоннель с чудовищами. Каждый день – то одно, то другое: то пьянка, то драка, то ещё что-нибудь. В моменты просветления Олег плакал светлыми слезами и просил прощения, а уже вечером мочился на свежевыстиранную дорожку, кинутую в прихожей, и вращал дикими, не глазами уже, шарами, в поисках объекта для выхода своего безумия. Крики, звон посуды, разбитого зеркала, топор, воткнутый в шкаф для одежды, милиция, очевидцы, каталажка – жизнь Нади превратилась в перманентный кошмар, которому не было ни конца, ни края.
Юрий, отец, уже боялся приходить домой. А когда приходил, кидался в бой с сыном. Довоевался до инсульта. Хорошо, что Наташка тогда дома не жила – училась. Дурочкой бы стала. Правда, она и так стала дурочкой, иначе, как объяснить ее нездоровую тягу к маргинальному образу жизни с девизом: даст Бог зайку, даст и лужайку?
По профессии Наташка работать не желала. Надя устроила ее к себе в дорожное. Там, кое-как отмаявшись, Наташа не задержалась. Нашла себе какого-то Васю, прожила с ним три месяца и забеременела. А потом смылась в декрет. Родив Максимку, снова забеременела… После Витюшки, с грехом пополам поработав с годик, ушла с работы, заявив, что «это – не ее». В животе уже намечался Игорек.
- Трое детей! Ты обалдела? Ты цены видела? – вопила тогда Надя.