Ирина М. была успешным архитектором, чьи проекты украшали многие города. Её работы были воплощением её страсти и таланта. Каждый новый проект был для неё вызовом и удовольствием, и она гордилась своими достижениями, часто делясь ими с семьей и друзьями. Но в последние несколько лет память начала подводить её.
«Моя мама всегда была очень организованной и пунктуальной», – рассказывает её сын Дмитрий с ноткой тревоги в голосе. «Но однажды она забыла о важной встрече с заказчиком. Это было совершенно не похоже на неё». Эта забывчивость была, как гром среди ясного неба, и Дмитрий не знал, как на это реагировать.
Ирина начала забывать, где оставила свои ключи, путала дни недели и могла забыть, что уже завтракала. Дмитрий заметил, что мама стала более замкнутой и тревожной. Видя её в таком состоянии, он чувствовал себя беспомощным и испуганным.
«Я решил, что надо обратиться к врачу. Врач сказал, что скорее всего это деменция. Но назначил анализы и обследования. Мы всё прошли, и диагноз, к сожалению, подтвердился. Для меня это было ударом. Ей ведь всего 62. Она очень много читает, у нее 2 высших образования, постоянная интеллектуальная нагрузка. Я был уверен, что деменция ей не грозит еще лет 20 точно!».
Дмитрий перевёз маму к себе, чтобы она не оставалась одна. Он нанял сиделку, которая помогает Ирине с повседневными делами. «Мы стараемся сохранять привычный для неё распорядок дня», – говорит Дмитрий. «Я вижу, что это помогает ей чувствовать себя более уверенно и спокойно. Иногда я уезжаю на несколько дней в командировки, тогда сиделка остается с мамой на ночь, но ей это не нравится, она начинает нервничать, когда меня нет вечерами дома – думает, я потерялся по пути из школы, хочет пойти меня искать. Сиделке приходится долго её успокаивать, но поделать с этим я ничего не могу – такая работа».
Теперь Ирина всё реже вспоминает о своей работе, проектах, но Дмитрий старается поддерживать её интерес к архитектуре: «Мы вместе смотрим фильмы, я ей читаю книги на эту тему. Я хочу, чтобы она знала, что её работа всё ещё важна и значима». Эти маленькие моменты помогают им обоим найти утешение в прошлом и надежду на будущее.
Комментарий врача
Кирилл Иванович Прощаев, врач-гериатр, доктор медицинских наук, профессор, директор НИМЦ «Геронтология»:
«Этот пример показателен с разных сторон. Во-первых, тут ярко видно, что деменция не делает исключений при любом уровне образования: даже человек, создающий сложные архитектурные проекты, столкнулся с этим недугом. Во-вторых, деменция — это удел не только "глубоко" пожилых людей, поэтому уже после 40-45 лет необходимо проходить скрининговые обследования на состояние когнитивных функций, потому что "окно" от начала снижения когнитивных функций до первых признаков болезни может составить от 10 до 20 лет.
Сын счел изменение традиционного уклада жизни мамы сигналом и очень правильно сделал: мы всегда говорим о том, что немотивированное изменение привычек — повод для тревоги. С точки зрения организации быта тоже всё было сделано правильно — сын понял, что сам не может обеспечить необходимый уход и нанял сиделку. Профессионал рядом может выполнить все нужные функции, на которые у родственников не всегда находится время. Да и каких-то навыков элементарно может не хватать.
Также сын правильно делает, что пытается сохранить профессиональные навыки мамы — это очень важно для реабилитации людей с деменцией, замедления угасания когнитивных функций».