Глава 33.
- Что-то случилось, Леночка? Ты сегодня какая-то бледная. Со здоровьем что-то не так? Осложнение? - всполошился Максим.
- Нет, это другое. Хотя на здоровье сказывается. Третий день все что съем, оказывается в судне. Ты уж прости за такие малоприятные подробности. Я беременна, Максим.
Максим округлил глаза, поднял брови домиком. По всему было видно, что он не ожидал такой новости.
- А это точно? Может быть, это последствия несчастного случая? - спросил он у Елены, понизив голос, чтобы соседки не слышали.
- Макс, ты что? Не рад? Это же наш ребенок внутри меня!
- Просто как-то быстро. Я не ожидал.
- Мы с тобой больше месяца вместе. Чего же ты удивляешься?
- Да, нет, все нормально. Когда тебя выпишут, подадим заявление в ЗАГС. Мы с тобой уже достаточно созрели для этого. А как ты узнала о беременности?
- Как, как? Да вот так: по анализу крови определили. Я пожаловалась на тошноту. Срок ещё маленький.
Максим, выйдя от Елены, долго тёр виски. Новость была ошеломляющая. Он никак не ожидал, что это случится так скоро. В том, что это будет его ребенок, он почти не сомневался. Ведь с Ильёй Сергеевичем у Лены ничего не было.
"Да, Максимка, - говорил он себе, - надо теперь готовиться не только к свадьбе. Домишко у Лены маленький, курам на смех! Квартиру им ждать в их городке бесполезно. Ничего не строится нового. Строиться придется самим. Вернее пристраиваться. А что? И сделаем пристройку, да побольше, на две комнаты. Будет просторно. Лена уют наведёт."
От этих мыслей на душе стало легко, радостно. Максим уже корил себя - не проявил он этой радости там, в палате Елены. На автовокзале он, не раздумывая купил билет до города, где жили его родители, и поехал обрадовать их новостью. Погода стояла отличная. Во всю светило солнце, несмотря на январь. Оно искрилось в каждой снежинке на обочине дороги, на ветках, покрытых инеем, слепило глаза.
Вот и большой родительский дом. Город, где прошло детство и юность Максима, был почти весь одноэтажный, за исключением центра. А дом родителей был в два этажа, построенный дедом Максима, зажиточным мещанином. Во дворе, накрытый брезентом, стоял Москвич 412.
Гостей сегодня не ждали. Был субботний день.
Отец топил баню, мать возилась на кухне.
Анна Васильевна всплеснула руками, увидев сына:
- Максим! Вот нечаянная радость!
Парень расцеловал мать, снял пальто и уселся на табуретку на кухне.
- А я сегодня видела тебя во сне маленького. Мы с тобой были на речке. Ты ловил рыбу голыми руками. Вытащил, несёшь мне, улыбаешься. А она как хлопнет тебя хвостом. Я подбежала, взяла рыбину у тебя и проснулась, - рассказывала мать, наливая сыночку борща с самую большую тарелку.
- А сон-то в руку, мама. Я говорил тебе, что скоро женюсь? Только ты сядь, пожалуйста. Приготовься. А где папа? Хотелось бы вам обоим сразу рассказать.
- Он сейчас придет. Баню топит. Как здорово, что ты приехал! Попаритесь. Что же ты не позвонил? Папа приехал бы за тобой. Ну, что за новость? Не томи! Лену привез?
- Нет, мама, Леночка ещё в больнице. Новость такая! Ты месяцев через восемь станешь бабушкой, а папа дедушкой. Конечно, если все будет хорошо.
- Вот это новость так новость! Какое счастье, Максимушка! Вот и не верь снам! Отец, отец, - крикнула в форточку мужу, набиравшему во дворе дрова из поленницы, - иди быстрее! Брось ты эти дрова! Максим приехал!
Отец, Федор Михайлович, был старше супруги, занимал в городе немалый пост в Райисполкоме, заведовал каким-то отделом. Но в жизни это был простой, душевный человек. Услышав новость, он обнял сына:
- Наконец-то! Дождались! Мать, давай накрывай на стол. Где там у нас дареный коньяк спрятался? По такому случаю грех не выпить.
- Может быть, после бани, Федя?
- После бани - другое дело. Ничего, давай бутылку. Мы по рюмочке за внучонка выпьем, за Леночку, будущую мамочку и невестку нашу.
- Где жить будете, сынок? У Лены дом маленький. Может быть, к нам переедете. У нас места много. Сад хороший, для малыша все есть.
- Нет, мама! Не переедем пока. Я собираюсь пристройку сделать к дому Лены. Пап, поможешь, если что?
- Помогу, сын. Материалами, деньгами. Ты ведь у нас один. Кому же ещё помогать? В баню пойдешь?
- А куда я денусь? Чтобы в готовой бане не попариться, надо быть последним ду***ом.
Банька у Сорокиных была отменная, с парилкой, моечным отделением и отдельной теплой раздевалкой. В клубах пара не видно было разгоряченных тел, только свистели веники, шипел квас на каменке. Выскочив в предбанник, а оттуда во двор, отец с сыном с воплями принялись растирать друг друга снегом. Взбодрившись снежной процедурой, нырнули назад в облако пара.
Через некоторое время они уже, завернувшись в простыни, как римские сенаторы, попивали чаек их термоса, распространяя вокруг травяной дух.
Наутро Федор Михайлович отвёз сына в город.
- Максим, я заходить к Лене не буду, чтобы не смущать ее, - сказал отец, обнял сына и уехал.
Максим поцеловал Лену на глазах у соседок, рассказал о своем визите к родителям, о том, как восприняли новость они.
Лена была рада, румянец, покрывший ее бледные щеки, говорил об этом. Максим был уже не таким озабоченным, как накануне. Наоборот он прямо светился от счастья, так вдохновили его родители.
- Ты только выздоравливай быстрее, Ленок! Вот тебе от мамы блинчики с творогом, варенье вишневое, компот.
- Спасибо ей передай от меня. А ты ничего не замечаешь?
- Нет. Постой, ты же в платочке. На голове нет повязки! Сняли? Покажись, сними платок!
Лена развязала платочек. Показалась необычно круглая голова, покрытая ровным ёжиком волос прежнего каштанового цвета. Непривычно было видеть Елену с такой "прической", но удивительно - это ее нисколько не портило. Глаза стали какие-то бездонные, взгляд, хватающий за душу.
- Какие у тебя глаза! В них утонуть можно! Не замечал раньше!
- Это от беременности, - прошептала Лена, чтобы соседки не слышали их с Максимом тайны.
Каникулы подошли к концу. Лара с Мишей уже были дома. Ларочка с нетерпением ждала Сашу. Нина Петровна вышла на работу в свою любимую лабораторию. Илья Сергеевич занимался своими делами в училище. К ним поступило новое оборудование. Максим, которому было поручено следить за его установкой, летал по училищу с каким-то непонятным директору воодушевлением, невольно улыбаясь. Илья вызвал его в кабинет, посадил напротив и спросил:
- Максим Федорович, я наблюдаю за вами вот уже несколько дней. У вас хорошие новости? Елену Ивановну выписывают? Если да, училище пошлет за ней транспорт, как за пострадавшей на производстве.
- Да, нет пока, Илья Сергеевич, не выписывают. Но новость у меня есть, только вы пока никому не рассказывайте. Мы с Леной ждём ребенка.