К слову сказать, без Красной Армии чекистам ни за что было бы не удержать в повиновении и русский народ — это к вопросу о том, что́ было главным орудием красного террора, равно как и коричневого: армия, а вовсе не тайная полиция. И все-таки я верю, что когда перед униженными и побежденными пассионариями встает выбор: затеряться в ничтожестве или превратиться в полноправных исторических деятелей внутри хотя бы самой неправдоподобной химеры, очень многие выберут химеру, обольщаясь самыми наивными софизмами.
К слову сказать, без Красной Армии чекистам ни за что было бы не удержать в повиновении и русский народ — это к вопросу о том, что́ было главным орудием красного террора, равно как и коричневого: армия, а вовсе не тайная полиция. И все-таки я верю, что когда перед униженными и побежденными пассионариями встает выбор: затеряться в ничтожестве или превратиться в полноправных исторических деятелей внутри хотя бы самой неправдоподобной химеры, очень многие выберут химеру, обольщаясь самыми наивными софизмами.
