Кицунэ какое-то время поддакивала зятю и дочери, а потом вышла вперёд:
-Я не вижу ничего ужасного в том, что мой внук использовал все подвернувшиеся ему под лапу возможности, - сказала она, - Он одаренный лисёнок! Правда, я услышала, что вы упоминали дар, который якобы появился у Уртяна. Я не верю в то, что это правда – он не мог это скрыть от меня! Но, если вы мне докажете, что эта ваша девица действительно как-то пострадала, я готова выплатить вам соразмерную виру!
Соколовский рассмеялся:
-Знаете, я прямо-таки восхищен! А если я вам ничего не стану доказывать, а просто выкину вас отсюда? И не надо тут лапками взмахивать, я не люблю иллюзии, благо вижу сквозь них! Вы меня поняли?
-А Уртян?
-А Уртян будет отрабатывать вызов, который он не оплатил, ущерб, нанесённый врачу, и виру мне лично! Понятно?
-Да кто ты такой… - прошипела кицунэ и осеклась, встретившись взглядом с Соколовским.
-Не испытывайте моё терпение… - посоветовал ей Филипп. – Я понимаю, что вы тут не так, чтобы очень издавна, но вы кое-что забыли… в чужой монастырь со своим уставом не ходят, и оказавшись в иной стране, надо бы уважать закон и обычаи, хотя бы из чувства самосохранения! Вы меня понимаете?
-Да, - кицунэ вообще была очень понятлива, просто за годы покоя и процветания слегка расслабилась. – Я поняла, приношу свои извинения! – мгновенно вспомнился и впитанный с молоком матери поклон перед тем, кто сильнее, и тон кардинально изменился.
-Ну, что же… хорошо, если поняли! Надеюсь, повторять мне не придётся! Итак, начнём сначала? Ваш внук нанёс мне ущерб. Я могу дать вам пообщаться с ним, и он вам лично всё расскажет.
-А он… он под воздействием? – осторожно спросила кицунэ, ощутив на своей шкурке, как тут могут прижать хвост.
-Нет, в полном сознании. Крамеш! – Соколовский чуть повысил голос, открылась боковая дверь и лисы узрели их любимого, самого красивого, самого лучшего и замечательного лисёнка, который с раздражением одёргивал одежду перед зеркалом.
Черноволосый тип, открывший дверь, корректно отступил и мать, отец и бабка влетели в комнату, бросившись к своему лисёночку.
-Уренька, как ты? Как ты себя чувствуешь? Малыш мой пушистый, что случилось!
Тявина перекосило и он забавно покрутил носом.
-Счас стошнит! – тихо прошипела рядом Йиарна, - Ладно, когда это мама наедине говорит – тогда понятно, но так-то…
А в комнате Уртян жаловался семейству на жизнь, неудачу в таком простом деле, а ещё на злобного Крамеша и гусей с хомяком!
-Гуси? Хомяк? Сынок, ты что? Ты ж лис! – удивлялся отец.
-Замолчи! Посмотри… у него тут ссадина, и тут мордочка ободрана… - причитала мать.
-Да погодите вы! Урик, а почему этот… Сокол сказал, что ты владеешь иллюзиями? – бабушка души не чаяла в красавце внуке, но это вопрос не давал ей покоя. – Он же соврал?
-Эээ, ну… нет! Я действительно могу…
-Как? – ахнула мать, оглянувшись на супруга.
-И давно? – заинтересовалась бабка.
-Почти год как…
-Что? Но почему… почему ты нам не сказал? Мы бы сделали праздник… мы бы радовались! Это же честь для всего рода! Такой дар! – зачастила мать.
-Ты бы мог столько пользы принести нашей семье! – добавил отец.
-Да потому, что я не хочу приносить кому-то пользу! – выпалил Уртян. – Я хочу приносить пользу себе! А вы сразу род… род… семья!
-Но дар-то у тебя от бабушки! – напомнила мать, кивая на бабку-кицунэ.
Начало этой книги ТУТ
Начало первой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало второй книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало третьей книги серии "По эту сторону" ТУТ
Все остальные книги и книжные серии есть в Навигации по каналу. Ссылка ТУТ.
Короткие "односерийные" публикации можно найти в навигации по отдельным публикациям. Ссылка ТУТ
Ссылки на книги автора можно найти ТУТ
Все фото в публикациях на канале взяты в сети интернет для иллюстрации
-И что? Это просто компенсация за то, что я из-за неё вечно мучился! – Уртян передёрнул плечами.
-Что?! – кицунэ прищурила и без того узкие глаза. – Что ты сейчас тявкнул?
Соколовский усмехнулся и покосился на Тявина, у которого на физиономии зависло такое безграничное изумление…
-Что-что… то самое! Если уж у меня такая бабка, из-за которой я всё время огребал, должно же у меня хоть что-то хорошее возникнуть!
-Посмотри на меня! – резко приказала кицунэ, цапнув внука за плечи и повернув к себе.
-Что? Ну, что? Он же под мороком? – уверенно зачастила мать Уртяна.
-Нет… - бабка отступила, отпустив руки, которые бессильно упали, повиснув вдоль тела. – Он так сам… сам думает!
-Да как ты смел? – рявкнул отец.
-Да что я такого смел?! Ты что, не знал, что кицунэ презирают? Почему ты не подумал про будущих детей, когда женился на маме? Ты что, не знал, что она наполовину кицунэ? Знал! А ты… - он развернулся к матери и продолжил:
-Ты хоть представляешь, как мне трудно было? Ты меня Тяночкой называла и не думала, что меня так ОБЗЫВАЮТ! А ты? – прошипел он в сторону бабки:
-Где? Где твой подарок, а? Почему он не действует? Ты ж мне говорила, что подарила мне удачу! И где она сейчас, когда мне так нужна? Да если бы я достал пожелание неуязвимости, а твой дар действительно работал, то вот тогда я бы развернулся! А то я от тебя получил по наследству только иллюзии, но и их, оказывается, должен был вам предъявить и использовать по вашей команде! Да я хоть что-то от тебя полезное получил! Хоть какая-то компенсация за мои переживания из-за того, что я внук кицунэ!
-Чшштааа? – выдохнула самая старшая лисица. – Да как ты смел?
Узкая ладонь со всего маху врезалась в миловидную физиономию Уртяна так, что у него от неожиданности мотнулась голова.
-Я-то хотела тебя выкупить… заплатить виру, любую виру, а ты… а ты, оказывается страдал из-за меня, из-за своей матери и даже из-за своего отца, раз он полукицунэ выбрал?
Крамеш отчётливо увидел, как тонкие пальцы удлиняются, миндалевидные розовые ноготки превращаются в острые когти, а глаза начинают светиться синеватым холодным огнём.
-Эээ, уважаемая, спокойнее, пожалуйста! – окликнул её Соколовский. – Вы внучка-то не прибивайте, а то я с вас его долг стребую! Сами понимаете, мне до него дела нет никакого, но такое поведение спускать нельзя!
Кицунэ метнулась назад в кабинет хозяина, едва не сбив с ног Крамеша, и впилась взглядом в насмешливого Филиппа.
-Что ты с ним хотел сделать, если мы не заплатим виру?
-Ну, сначала с ним собирался пообщаться Тявин, а потом… Видите ли, у меня помещений много, а уборщика не хватает…
-Мой сын уборщик? – простонала мать незадачливого лиса.
-Молчи! – одёрнул её супруг.
-Уборррщик? – гневно раздула ноздри кицунэ. – А гррязи хватит?
-Хватит! – уверенно пообещал Соколовский. - Вот поверьте! Этого более чем достаточно!
-Ну, что ж! Раз ему родная нора была не мила, да плоха, раз я – его позор, а мать с отцом он стыдится, так тому и быть! – зло оскалилась кицунэ. – Только вот… подарочек ещё ему хочу сделать!
Она вернулась назад, шагнула к внуку и провела когтями обеих рук по его лицу.
-Получай! Раз тебе моё наследие было не по нраву, будь таким, пока тебя в этом виде не примут!
Она развернулась и вихрем промчалась мимо Соколовского, прихватив дочь и зятя.
Мать Уртяна оборачивалась, пыталась протянуть к опешившему сыну руки, но муж просто сгрёб её в охапку и вынес на руках за тёщей.
-Кицунэ… что вы хотите, - усмехнулся Соколовский, глядя, как Уртян потрясенно ощупывает лицо, мгновенно покрывшееся старыми шрамами и оспинами. – У них довольно-таки жесткое отношение к неугодному потомству. Пока внук был гордостью – один разговор, а раз он так себя повёл… ну, жалости или снисхождения не жди.
-Жалости и от меня можно не ждать! – Йиарна всё-таки метнула в Уртяна огненный сгусток, прилично подпалив остатки его гордости – волосы, собранные в хвост.
– Я не злопамятная, а просто злая и память у меня хорошая! К тому же, раз старшие так хорошо начали, мне и продолжить не грех! - выдала она.
-Тявин… а ты как? Продолжишь? – Соколовский с завидным самообладанием гостеприимно махнул на вопящего Уртяна, который пытался сбить с вспыхнувшей шевелюры лисье пламя.