- Какие к черту дети, какие дети!? Вы что, с ума что ли здесь посходили?! Вы где купили свой диплом?
Молодой юрист, то краснея, то бледнея, пытался утихомирить разбушевавшуюся посетительницу.
- Такова воля вашего мужа, ныне покойного, Ольга Александровна.
- Ты больной! У нас нет детей! - женщина отшвырнула кресло и стала надвигаться на молодого человека с желанием придушить этого щенка, который нес какую-то чушь про несуществующих детей.
- Держите себя в руках, - Ольга Александровна, - я всего лишь передаю волю вашего мужа.
На красивом лице Ольги отразилось полное презрение и к покойному мужу, и к его воле. Она отвернулась от испуганного адвоката и налила себе стакан воды из графина, который стоял на столе. Александр, так звали юриста, которому выпала нелёгкая доля сообщить вдове о воле ее покойного мужа, выдохнул и уже решил, что они смогут продолжить в более-менее спокойной обстановке. Не успел он об этом подумать, как в него полетел стакан с водой и только чудом он успел увернуться и стакан, полный воды, врезавшись о стену, разлетелся на мелкие осколки, оставив на дорогих обоях кабинета некрасивые подтеки. Александр спрятался за собственный стул, вытер капли пота со лба и дрожащим голосом произнес.
- Ольга Александровна, давайте перенесем нашу встречу на завтра, вы немного успокоитесь, и я смогу зачитать завещание целиком.
- Вот говорила мне мама, иди на врача, - подумал он, глядя на разъяренную фурию, которая стояла напротив и метала молнии.
- Ты что, идиот, мой муж не мог написать такое завещание! - голос повысился до фальцета, - откуда у него дети!
- Точная копия завещания есть у его матери, она сможет вам все разъяснить. Насколько я знаю, она лично вносила какие-то изменения, и он их подписал. Вы же знаете, они были в очень близких отношениях
- В курсе я, в каких отношениях они были! - Ольга развернулась и цокая высокими каблуками направилась к выходу. - Мы недоговорили, я приду завтра, и надеюсь, ты скажешь мне то, что я хочу услышать.
Дверь кабинета с грохотом закрылась, молодой адвокат упал на стул и отбросил завещание на дальний угол стола.
- Вот дал же Бог такой характер, как только Ярослав Петрович ее терпел. - проворчал он, понимая, что завтра будет ещё хуже, чем сегодня. Он был поверенным ее мужа и матери, но никогда не сталкивался с супругой Ярослава Петровича лично. И слава богу, не каждый выдержит общение с ней.
- Поехали, - Ольга села на заднее сиденье и захлопнула дверь- сволочь, даже после смерти меня бесит.
- Куда едем, дорогая, - водитель обернулся и улыбнулся Ольге.
- Не скалься, не до этого сейчас. Поехали к его мамаше, может эта идиотка мне все расскажет.
- Что произошло?
- Ничего, что тебе следовало знать, - зло ответила Ольга и откинулась на спинку кожаного сиденья.
Артем, так звали личного водителя Ольги Александровны, а по совместительству и ее любовника, решил не мешать ей злиться, когда она была в таком взвинченном состоянии, уместнее было промолчать, чтобы не нарваться на грубость с ее стороны. Да и целее будешь, потому что кроме грубости в его сторону могли полететь вещи, попавшиеся ей под руку...
В зеркале отразилась высокая молодая блондинка в свадебном платье. Если бы не искривлённые злобой губы и колючий взгляд, ее можно было бы назвать настоящей красавицей. Правильные черты лица, аккуратный носик, пухлые губы, скорее работа косметолога, чем подарок природы. Немного раскосые зелёные глаза, которые в данный момент источали крайнюю злость, превратились в узкие щелочки, высокая полная грудь поднималась и опускалась от волнения, это тоже была работа пластического хирурга, корсет платья выгодно подчеркивал результат его работы.
- Какого черта! Я просила расшить лиф кристаллами и жемчугом, а это что за хрень такая!
Две девушки, помощницы портнихи опустили глаза, боясь произнести хоть слово, одна из них даже попятилась, так ей стало страшно от гнева этой клиентки. Одна портниха, привыкшая к закидонам невест, спокойно отреагировала на проклятья в свой адрес, подошла поближе и начала методично отпарывать нитки жемчуга и страз.
- Все сделаем, как вы хотите, милочка. Вы же только вчера говорили, что хотите, чтобы жемчуга было много, а кристаллы Сваровски только на отделку края лифа. Мы все переделаем, не волнуйтесь
- Уж будьте любезны! Иначе я прикрою всю вашу шарашкину контору, не сомневайтесь!
- Хорошо, хорошо, милочка, завтра в десять все будет готово.
Ольга встала спиной к портнихе, разрешая ей расстегнуть на себе корсет, нежный шелк платья скользнул белым облаком к ее ногам, она переступила через него, наступив на платье каблуком, отпихнула его от себя и зашла за ширму. Две девушки кинулись поднимать платье, надеясь про себя, что острая шпилька не оставила на нем след и не порвала тончайшее итальянское кружево.
Ольга вышла одетая в элегантный костюм, который был на одном из последних показов французского дизайнера, махнула рукой мужчине, который все это время молча сидел на диванчике для посетителей и вышла из салона. Мужчина подхватил пакеты, оставленные несдержанной невестой и ретировался вслед за хозяйкой.
- Чего ты так долго, - зло сказала ему она, когда он подошёл к машине, открыть перед ней дверь
- Простите, Ольга Александровна…
- Простите, простите, - спародировала она его, - только и слышу от тебя. Отвези меня домой, и да, ты уволен, надоело слушать твое нытье.
Мужчина даже не взглянул на хозяйку, аккуратно закрыл за ней дверь, сел на водительское сиденье, завел машину и спокойно двинулся в нужном направлении. Его увольняли каждый день, иногда даже несколько раз, он уже привык к этому. И ещё он знал, что уволить его может только сам босс, а тот уже тоже не обращал внимание на эксцентричные просьба невесты. Он смотрел на нее в зеркало заднего вида. Красивая, настолько красивая, настолько самовлюбленная, эгоистичная и судя по всему, не слишком умная, если уже начинает показывать свой характер, не имея на своем красивом пальчике кольцо. В душе он надеялся, что босс передумает, а точнее одумается и отправит свою невесту восвояси.
- Нет, ты представляешь, милый, они расшили мне лиф платья жемчугом, а не стразами, - ворковала Ольга, прижимаясь к будущему мужу. Ее злость куда-то испарилась, в голосе появились нотки нежности, зелёные глаза распахнулись, сейчас она выглядела настоящим ангелом во плоти.
- Не волнуйся, Лиза знает свое дело, завтра уже будет так, как хочешь ты.
Жених- лысеющий мужчина, старше невесты на пятнадцать лет, с брюшком и залысиной, вряд ли представлял интересе для слабого пола, у него была неприятная бородавка около носа, маленькие хитрые глазки и большой, несоразмерно остальным частям лица, рот. Единственное, что привлекало девушек в этом мужчине- это размер его кошелька, и он об этом прекрасно знал. Знал он и о том, что эта юная красотка совсем недавно закатила сандал в свадебном салоне.
- И вообще, Оленька, тебе нужно уметь держать себя в руках.
- Перед кем? Перед ними?
- И перед ними тоже.
Ольга отстранилась от Ярослава Петровича, толкнула его в грудь, отвернулась и надула губы.
- Ну ну, девочка моя, я не говорю, что ты не права, права, конечно, но если ты научишься управлять своими эмоциями, ты будешь ещё выше их всех.
Это фраза понравилась Ольге, она улыбнулась, чмокнула будущего мужа в щеку и пошла наверх, переодеваться.
-Ой, да, чуть не забыла, я хочу нового водителя, - Ольга остановилась на верхние ступеньки лестницы и капризно посмотрела на Ярослава.
- Хорошо, хорошо, отмахнулся тот, прекрасно зная, что этого не сделает...
Это был уже третий брак Ольги. Она, наконец, поймала ту рыбу, о которой мечтала.
В пятнадцать лет Ольга ушла из дома, родители алкаши даже не сразу заметили отсутствие дочери. Девочка села на автобус, ехавший в столицу, и больше в родном городе не появлялась, даже не знала, живы ли те или нет.
Три года она работала, продавая свое тело, стояла у баров и ночных клубах и ждала подвыпивших посетителей, которые не прочь были поиметь молодую девчонку в подъезде соседнего дома. Возможно, она бы продолжила в том же духе, но на третий год проживания в столице, ее избили до полусмерти ее же клиенты, да так, что она оказалась в больнице с переломанными ребрами, сломанными пальцами и пробитой головой. Именно там, в больнице, она и познакомилась со своим первым мужем. Молодой доктор знал ровно столько, сколько должен был знать. Ольга сбежала от алкашей-родителей, работала официанткой и когда она поздно ночью возвращалась домой, ее избили и изнасиловали какие-то подонки. Эта версия была представлена и полиции, которая приехала после звонка из больницы.
Естественно, подонков не нашли. Никто сильно и не старался, у пациентки не было даже документов, по ее словам, сумочку украли тогда же. Молодой врач влюбился с первого взгляда, как только пациентка открыла глаза. Все время, пока она была в больнице, он таскал ей мандарины и яблоки и держал за руку, под хихиканье с соседних коек. А после выписки привез домой, где ее встретила будущая свекровь, с первого дня понимающая, какую невесту себе выбрал ее сын. Она всеми правдами и неправдами пыталась выжить невестку из дома, но Ольга вцепилась мертвой хваткой в Олега, так звали ее первого мужа, и в московскую прописку, что на все нападки свекрови отвечала слезами перед женихом и наглым, хамским поведением, когда женщины оставались одни. Мать как могла, отговаривала сына от опрометчивого поступка, но Олег был настолько ослеплён любимой, что ничего вокруг не замечал, а через шесть месяцев слез и уговоров заставил мать разменять квартиру в центре, оставшуюся от отца-профессора и купил им двушку в спальном районе. Маму он прописал в однокомнатной квартире рядом. Они прожили вместе два года, за это время следы бродячей жизни стёрлись с лица молодой супруги, она стала стильно одеваться, выкинула яркую косметику и обзавелась парочкой подруг в больнице. А потом она нашла себе добычу побогаче и посолиднее. На одном из корпоративов ей представили Альберта Анатольевича, мецената, который помогал детскому отделению лекарствами и необходимым оборудованием. Это был добродушный дядька, страдающий мигренями и ожирением, глава семейства, имеющий троих детей и солидный счёт в банке, которым он и делился в виде пожертвований в больницу. Ольга бросила на него все свое обаяние и уже на вечеринке он лапал ее своими потными жирными руками в подсобке больницы. Удостоверившись, что рыбка на крючке, она подала на развод и на раздел имущества, а именно на двухкомнатную квартиру, получила хорошие отступные от бывшей свекрови, которая пыталась сохранить семейное имущество, уехала отдыхать на Средиземное море, а потом сделав себе грудь, продолжила варить свою рыбку, подталкивая его к разводу. Он снял ей квартиру, выделил ей содержание, но с разводом не торопился. Проходив полгода в любовницах, она предоставила ему справку, что беременна, достав ее через старых знакомых со времён первого замужества и поставив ему ультиматум, ребенок или свадьба. Мужичок оказался очень сентиментальным, оставив большую часть своего состояния уже повзрослевшим детям и жене, он ушел к ней в съёмную квартиру, но прожив там недолго, они купили новый дом с огромной детской и садом для будущего малыша. Расписавшись без всякой свадебной чепухи, он отвёз молодую жену к морю подышать полезным воздухом, но сразу после прилёта у нее случился выкидыш, помогли все те же старые связи в больнице. Молодая супруга была убита горем и лишь дорогие подарки могли хоть на время отвлечь ее от переживаний. Прожив с ним ещё год, со скрежетом в зубах удовлетворяя его жирное тело в постели, Ольга второй раз подала на развод. Муженек нанял хорошего адвоката, но Ольга была полностью готова к такому повороту. Незадолго до развода она позвонила девчонке, с которой иногда работала вместе в клубе и заплатив ей втридорога, смогла заполучить фотографии своего муженька в объятьях пышногрудой брюнетки, благодаря этим фотографиям смогла оттяпать у мужа дом, предоставив их суду. Судья, увидев перед собой невинную жертву с белокурыми волосами и ангельскими глазами, к слову тоже мужчина, принял сторону Ольги, и она осталась в теплом гнёздышко с огромным садом. Насколько знала Ольга, бывший супруг быстро вернулся к первой жене и детям, покаявшийся и ею прощеный.
Ольга не долго думая, выбрала себе третьего претендента в мужья, накупила журналов со светской хроникой, залезла на сайт РБК и Коммерсантъ, взвесила все За и Против, и начала охоту за Ярославом Петровичем, входящим в список Форбс, пусть и не из первого десятка, но ей то уж точно хватит. На нем она и собиралась остановится по количеству штампов в паспорте, поэтому приложила все свои силы, чтобы обольстить, очаровать и заставить жениться.
Но это оказалось не так просто, Ярослав Петрович был приверженцем синглинизма, менял любовниц, как перчатки, впрочем, не обидев ни одну при очередном расставании. Единственной его привязанностью была престарелая мать, попавшая много лет назад в аварию и потерявшая возможность передвигаться самостоятельно. Она жила на первом этаже его роскошного дома и при любой возможности вызывала сына, когда ей становилось скучно. Он всегда ночевал дома, чтобы не обидеть мать, с любовницами встречался в роскошных съёмных апартаментах и никогда никого не приводил домой.
Сам процесс обольщения был продуман до мелочей. Именно напротив его дома, как раз в тот момент, когда его водитель выезжал из ворот, везя своего шефа в офис у нее пробило колесо. Узнать график его передвижений не составило труда, всего лишь неделя, проведенная в автомобиле рядом с его домом, сделали свое дело. Этот толстопузик оказался очень пунктуальным. Каждое утро, ровно в 7:35 открывались ворота и черный aydi Q8 выезжал со двора.
Она стояла у машины в обтягивающей юбке чуть ниже колен, белая блузка была испачкана и уже не подлежала восстановлению, в руках у девушки был крестовой баллон, который она вертела туда-сюда, не зная, что с ним делать. По щекам юной блондинки текли слезы, оставляя грязные следы на ее милом личике. Заметил ее водитель Ярослава Петровича, он обернулся к боссу
- Поможем?
- Что там случилось, Вить?
- Да вон у мадам похоже пробило колесо.
Ярослав Петрович взглянул на часы, отложил газету и махнул рукой, мол помогай, успеем.
Конечно, Ольга, знала, что сам Ярослав вряд ли выйдет из машины и захочет запачкать руки, да и вообще, вряд ли он хоть раз сам менял колесо. На то и был расчёт.
У нее не было запаски, а сама она уже торопилась на работу и это был вопрос жизни и смерти.
- Ну что там, - заднее стекло медленно поползло вниз и в окне появилась бородавка Ярослава Петровича. Девушка обернулась на голос, глаза, полные слез молили о помощи
- Вы не могли бы меня подбросить?
Ярослав Петрович оценивающим взглядом посмотрел на девушку. Грязная, расстроенная она выглядела так сексуально, что он сам открыл дверь автомобиля, приглашая ее сесть. Девушка ослепительно улыбнулась, пнула свою машину и села рядом с ним. Машина наполнилась ароматом ее духов
- Куда едем, - спросил водитель, поворачиваясь к боссу.
Босс вопросительно посмотрел на юную особу.
- На Кастанаевскую, - ответила девушка.
Это было далеко, ей как раз хватит времени показать все свои прелести будущему мужу. Она не собиралась заводить с ним разговор, только показать себя, а дальше должна была сыграть мужская потребность обладать красивой игрушкой, пока ещё ему не принадлежащей.
- Вы не против, если я немного приведу себя в порядок? - девушка улыбнулась и посмотрела на Ярослава Петровича как на спасителя.
- Конечно, - он нажал на какую-то кнопку, шторка между водителем и ими поползла вверх, делая пространство в салоне более интимным.
Ольга достала из сумки зеркальце и салфетки и очень нежно, как будто боясь поцарапать свою нежную кожу, стала стирать с себя разводы грязи, специально нанесенные на тело час назад. Она так томно прикрывала глаза и облизывала губы, что Ярослав Петрович все понял без слов. Он был далеко не дурак, прекрасно выучил все уловки молодых барышень, мечтающих попасть в его кошелек через постель. Эта была очень даже недурна собой, это было даже слабо сказано, она была очень хороша, у него даже вспотели ладони, пока он наблюдал за Ольгой. Он взял салфетку в свои короткие пальцы
- Давайте я помогу, у вас тут…- он потянулся и вытер темное пятно с ее носа, - и здесь…
Ольга подставляла те участки тела, которое он указывал и делала вид, что получает колоссальное удовольствие от его прикосновений. Он принял ее правила игры, его движения стали более смелыми и уверенными. Ольга улыбнулась, подбадривая его действия и расстегнула несколько пуговиц блузки, как бы приглашая его проверить, не испачкалась ли она там…
Уже через неделю она официально стала его любовницей, какого же было его удивление, когда она сама начала диктовать сценарий их отношений. Он привык общаться с женщинами, напрямую от него зависящими, самодостаточные леди не смотрели в его сторону, он никогда не льстил себе, прекрасно знал все о своей внешности и спокойно покупал любовь красивых женщин. Она разрушила все его стереотипы отношений, ни о чем его не просила, ничего не требовала, отменяла встречи и назначала свидания, когда сама этого хотела. Ее тактика сработала, он сам стал делать с ней встреч, больше чем она, он дарил дорогие подарки, которые она возвращала обратно, а потом, через несколько месяцев встреч, когда Ольга была уверена, что рыбка не соскользнет с крючка, объявила о своем расставании с ним. О, что тут было, он брызгал слюной, называл ее тем, кем она в принципе и являлась… Обвинял непонятно в чем, а потом приполз на колени и попросил ее руки. Она сыграла на самом важном инструменте этого толстосума-на самолюбии и не прогадала. Оставался один единственный ход-заручится поддержкой у его матери, если бы его мамаша сказала нет, то никакой свадьбы бы не было.
За тот спектакль, что она разыграла у постели его матери, ей бы дали Оскар. Она говорила о любви к ее сыну, о том, как мечтает подарить той внуков, заходила через каждые полчаса проведать старушку, кормила ее супом и кашей, и даже научилась делать массаж, четко выполняя инструкции медсестры, которая заботилась о матери ее будущего мужа. Ярослав Петрович был приятно удивлен, что Ольга нашла общий язык с его матерью и больше не сомневался в своем выборе. Он наплевал на свои принципы и решил, что готов, наконец, создать семью. Характер Ольги начал портится постепенно, уже после того, как она переехала к нему в дом, она начала капризничать, закатывать скандалы и ругаться с прислугой. Все списывалась на предсвадебное волнение невесты. Да и честно говоря, Ярославу Петровичу понравилось потакать капризам Ольги, он нашел в этом какой-то свой кайф.
Свадьбу играли на широкую ногу, было приглашено больше полумиллиона гостей, половину из которых не знал даже сам жених. Ольга прилетела к жениху на вертолете, о чем еще долго шептались за столом, чем очень польстили ее самолюбию.
После свадьбы страсти немного поутихли, Ольга пользовалась всеми благами, что давала ей замужняя жизнь с очень состоятельным человеком, перестала устраивать скандалы по поводу и без него, успокоилась и, казалось, была совершенно счастлива. Ярослав Петрович от жены многого не требовал, лишь переложил на Ольгу обязанности развлекать его мамочку и следить за порядком в доме. Все остальное время она могла посвящать самой себе, бесконтрольно тратя деньги супруга. Через несколько лет семейной идиллии, Ольга заскучала, опять начались скандалы на пустом месте и беспричинная злость на всех вокруг. Она поймала себя на мысли, что ей хочется почувствовать настоящую страсть к мужчине, а ещё точнее, Ольга вдруг захотела влюбится. Так, чтоб бабочки в животе, дрожь по телу и все, что так красиво пишут в любовных романах.
У нее была полная свобода действий, но Ольга решила, что любовник всегда должен быть под боком, не подобает ей прятаться по съёмным квартирам и отелям.
- Я хочу личного тренера, мне надоело таскаться по этим клубам, где на тебя все пяляться.
- Хорошо, детка, и ты не будешь дергать шофера, таская его по всем своим бабским штучкам.
- И личного водителя.
- Чем тебя не устраивает Виктор?
- Всем, хотя бы тем, что он постоянно пялится на мою грудь. И вообще, если ты куда-то уезжаешь, мне приходится торчать дома.
- Хорошо, я этим займусь
- Я сама хочу выбрать себе и тренера, и водителя, - топнула Ольга ножкой. А потом обвила шею Ярослава Петровича руками, увешанными золотыми браслетами и уже ласково прошептала, - ну пожалуйста, пупсичек, мне с ними проводить большую часть времени, можно я выберу сама?
- Ну хорошо, позвоню в агентство, пусть пришлют резюме.
Ольга довольна улыбнулась, усадила своего пупсика на стул, опустилась на колени и расстегнула ширинку. Ярослав Петрович откинулся на спинку и предоставил жене доставлять ему удовольствие.
Нет, она не влюбилась, просто захотела этого мужчину, захотела сама обладать красивой игрушкой. Она вдруг поняла, что оказалась на месте своего мужа, она хотела купить, оказывается, это своеобразное удовольствие, покупать не платье, а живого человека.
Артем смотрел на хозяйку с вожделением, к нему перемешивался азарт и нотки экстрима. Он уже представлял, как поимеет хозяйку прямо на заднем сиденье ее автомобиля.
- Ты мне подходишь, - Ольга сидела на диване и смотрела Артёму прямо в глаза, - можешь приступать завтра, Виктор все тебе расскажет, она кивнула водителю мужа и поднявшись с дивана, удалилась, призывно виляя бедрами. Она не видела, как водитель мужа, окинув ее нового водителя презрительным взглядом, сжал кулаки, усмиряя свое желание дать этому новенькому по его самодовольной роже. Ольга даже не могла назвать это романом. Ей просто нравилось, что ей теперь тоже кто-то принадлежит, теперь она сама могла подарить дорогие часы или золотую цепочку. Она наслаждалась своей властью над чужим телом, это разжигало в ней особую страсть…
Ярослав Петрович вызвал жену в свой кабинет, велел закрыть за собой дверь и указал на стул. Он выглядел или уставшим, или больным, на бледном лице проступил нездоровый румянец и без того маленькие глазки превратились в совсем тоненькие щелочки.
Ольга послушно присела и призывно улыбнулась мужу
- Можешь не тратить свое обаяние, - Ярослав бросил в сторону жены пачку фотографий. Я подаю на развод, и имей ввиду, в этот раз тебе ничего не обломится. Ольга посмотрела на фото, где они с Артёмом предавались страсти, пожала плечами и зло бросила мужу
- А чего ты хотел, думал, что если я вышла за тебя замуж, то обязана хранить верность? Мне надоело ублажать твое жирное тело в постели.
- Да как ты со мной разговариваешь, - Ярослав Петрович вскочил с кресла, схватился за сердце и начал оседать на пол.
Ни одна мышца не дрогнула на лице Ольги, она продолжала сидеть на стуле, пока ее муж хватал ртом воздух
- Вызови скорую, - чуть слышно прошептал он, - пытаясь развязать несуществующий галстук
- Ага, как же.
Она поднялась, отшвырнула носком туфли его руку, которую он тянул к ней и вышла из кабинета. Постояла около двери, схватилась за ручку двери, чтобы вернуться, но потом передумала и ушла к себе в комнату.
Спустя полчаса она услышала крик одной из горничной, быстрые шаги и бледная как смерть управляющая сообщила, что Ярослава Петровича нашли мертвым в своем собственном кабинете. Вдова была неутешна, она бросалась на гроб во время похорон и просила забрать ее с собой, так как жизнь без него ей не мила. Спектакль длился, пока последний желающий простится с усопшим, не удалился, выразив вдове соболезнования.
Ольга закрыла за последним гостем дверь, налила себе виски и чокнулась со своим отражением в зеркале. Ну вот и все, больше никаких жирных, вонючих мужиков в ее жизни, полная свобода и право самой выбирать себе любовников. Она прошла мимо холла, тренажёрного зала, звонко цокая каблуками по итальянской плитке, вышла через веранду во двор и зашла в гараж
- Ты мне нужен, - Ольга даже не взглянула на Артёма- Жду в спальне. Теперь не было смысла прятаться, она была вольна была делать все, что угодно. Она теперь являлась богатой вдовой и даже если она встретит чье-то осуждение, то ей глубоко плевать на него.
Нужно будет здесь все переделать, завтра же вызову дизайнера, подумала она, проходя мимо кабинета покойного мужа, и в спальне тоже…
- Здравствуйте, мама, - Ольга зашла в палату к свекрови и присела на краешек стула.
- Что, была у адвоката, - Мария Степановна вдруг рассмеялась- а ты думала, что он оставит все тебе?
- Значит вы в курсе завещания, - Ольга не стала ходить вокруг до около, да и со слов адвоката, эта вредная старуха приложила свою руку к его написанию.
- Я-то в курсе, а не была бы ты такой дурой, и ты бы была. Что, думала упрячешь меня сюда, бросишь умирать, а сама будешь жить припеваючи, - старушка зло посмотрела на Ольгу и ухмыльнулась.
- Про каких детей говорил адвокат? - Ольга старалась сдерживаться, чтобы не закричать на всю палату.
- Я скажу… скажу, но сначала ты вытащишь меня отсюда и увезешь домой.
- Ультиматум мне ставишь, старая ведьма? - Ольга встала и нависла над свекровью, - не боишься, что долго ты не проживёшь?
- Тогда ты не получишь не гроша! - Мария Степановна потянулась и нажала на кнопку звонка вызова персонала, через минуту в дверях палаты показалась медсестра.
- Ольга Александровна уже уходит, проводите ее.
Ольга оттолкнула медсестру и вышла из палаты.
Сразу после похорон изменения коснулись не только дома. Не желая видеть рядом с собой умирающую старуху-мать мужа, она отправила ее в хоспис. Боясь осуждения, она даже выбрала одну из лучших клиник, оплатила год содержания и напрочь забыла о противной старухе.
- Вернулась, - засмеялась свекровь, когда Ольга снова зашла в палату.
- Сегодня вечером вас привезут домой, я хочу получить копию.
- И ты ее получишь, дома, - Мария Степановна уставилась на Ольгу, - если ты и смогла запудрить мозги моему сыну, то это только с моего согласия. Ты что думала, что ты одна такая, которая пыталась охомутать его, знаешь сколько таких шлюх у него было. Ты здесь, потому что это я так захотела.
- О чем вы?
- У моего сына двое внебрачных детей, этот идиот умудрился обрюхатить одну из своих содержанок. Она умерла при родах, дети находятся в частном пансионате, мой сын не видел их больше двух лет. Не знаю, как тебе это удалось, но он вдруг решил, что ты будешь хорошей матерью для его детей. Придурок. Как будто не знал, с какой помойки ты вылезла.
Ольга вопросительно посмотрела на Марию Степановну, а та вдруг расхохоталась злым, скрипучим смехом.
- Он все про тебя знал с самого начала, как только высадил тебя из салона своей машины. Про тебя, про твоих родителей-алкашей и про то, как ты зарабатывала на жизнь. Нужно быть полной идиоткой, чтобы поверить, что в такую как ты, мой сын мог влюбиться!
- Тогда зачем, - Ольга перестала понимать смысл слов
- А черт его знает, ты так красиво играла роль заботливой невестки, я веселилась от души, решила, что ради денег ты и роль матери сыграешь не хуже.
- Что написано в завещании? - Ольга не хотела больше слушать этот бред от старухи
- Дома! И ещё, чтобы в моем доме духа не было твоего полюбовника.
Ольга зло посмотрела на свекровь и вышла, хлопнув дверью.
- Ну что, там, дорогая? - Артем посмотрел на притихшую Ольгу
- Отвали, я думаю
Артем вздохнул, завел машину и вырулил с парковки.
Значит эта жирная свинья, которого она так долго терпела, решил после смерти подложить ей свинью в виде своих внебрачных отпрысков. И по завещанию, все отходило его несовершеннолетним детям.
Сразу после того, как довольная свекровь устроилась в своей комнате, Ольга без лишних разговоров перешла к сути
- Каковы условия?
- Да все просто, милочка, становишься попечителем и живёшь дальше припеваючи. Или я вышвырну тебя вон с тем, с чем ты пришла.
- Я может что-то плохо понимаю, получше мать вы выбрать этим соплякам не могли? Начерта им мать-шлюха?
- Если бы могла... Но ты единственная, кто смог пройти дальше постели. Так что выбирай, или мои внуки или выметайся вон.
- Дайте мне копию
- Что, думаешь сможешь выкрутиться, нет, милочка, никаких обходных путей. А бумаги у Ярослава в сейфе, код- мой день рождения, надеюсь ты его знаешь.
Ольга сидела в кабинете и пила третий стакан виски. Этот идиот действительно решил, что нашел мать своим бастардам, если бы не сердечный приступ, ей бы пришлось подтирать сопли этим его детям и делать вид, что ей это безумно нравится. Но сейчас-то все по-другому. Она может забрать детей, нанять им нянек, пусть развлекают заодно и противную старуху, а сама жить в свое удовольствие. Как говорится и волки сыты и овцы целы. Ольга встала и начала ходить взад и перед, что означала крайнюю задумчивость. А эта старая лиса, прекрасно знала содержание завещания, теперь понятно, почему она так ухмылялась, когда ее забирали в хоспис, знала, старая ведьма, что скоро вернется. Знала и молчала. Ольга достала копию завещания и начала вчитываться в его суть.
- Сволочь, этот жирный гад решил похоронить ее в своем собственном доме!
Она еще раз прочитала завещание.
В итоге, если Ольга будет жить с этими сопливыми детьми до их совершеннолетия и не совершит ошибки, она получит дом, двадцать пять процентов акций и два отеля во Франции, о которых она даже не знала. Большую часть наследства разделят брат и сестра, за всем этим будет следить эта инвалидка и юрист, специально нанятый для этого. Ну с этим бедолагой она быстро разберется, а вот что делать с мамашей? Обратно в хоспис ее уже не отправить, придется терпеть ее здесь, под боком. Ладно, сколько она ещё проживет. Хотя... эта грымза будет цепляться за жизнь, лишь бы отравить эту жизнь Ольге. Здоровье у нее, как у лошади, если б не та авария, бегала бы сейчас по дому.
Да, подложил свинью муженёк! С другой стороны, этот жирдяй думал, что они будут жить все вместе, долго бы она роль счастливой жены играть бы не смогла, но теперь то его нет, она не обязана целовать задницы каким-то малолетним детям. Будет делать, все как прописано в завещании, ни больше не меньше. Ничего, потерпит, тем более что жить она будет, ни в чем себе не отказывая…
- Мама, мама, - девочка с двумя тощими косичками набросилась на нее и обняла за колени, - Ольга стояла в кабинете директора пансионата и пыталась высвободиться из цепких рук девочки.
- Никакая она не мама, - мальчишка, как две капли воды, похожий на сестру, взял ее за руку и оттащил от Ольги.
- Дети, познакомьтесь, это Ольга Александровна, супруга вашего отца, царство ему небесное, она была так добра, что решила забрать вас домой, - говорила директор пансионата.
Мальчик из-под лобья смотрел на Ольгу, девочка собиралась зареветь, это было видно по ее покрасневшему личику и глазами, наполнявшимися слезами.
- Не реви, дура, - он дёрнул сестру за руку. Ты шмыгнула носом и высморкалась в подол платья. От этой сцены Ольгу чуть не вырвало. Она еле сдержалась, чтобы не развернуться и уйти, наплевав на наследство.
- Привет, зайки, - она присела на корточки и потянула к детям руки, - собирайте свои вещи и поехали к бабушке.
Алена, так звали девчонку, недоверчиво взглянула на Ольгу и протянула ей руку, которой только что держалась за брата. Ярослав, надо же было назвать сына в честь самого себя, руки не дал, молча открыл дверь и пошел по коридору за своими вещами.
Ольга попрощалась и потащила девчонку, маленькие ножки не успевали за ней
- Тетя, тетя, - девчонка упёрлась ногами, заставляя Ольгу остановится
- Чего тебе ещё?
- Я сейчас упаду, - глаза опять наполнились слезами
- Ладно, пошли, да не реви ты.
Схватив две небольшие сумки, она усадила детей на заднее сиденье и села сама
- Поехали.
- Вы забыли пристегнуть детей, - Виктор с осуждением посмотрел на Ольгу.
- Тебя не спросила, - огрызнулась Ольга и потянулась за ремнями.
С Артёмом пришлось расстаться, Ольга приняла правила игры, решив, что найдет себе мальчика для утех и в не стен дома. Даже этот Виктор был прописан ее благоверным муженьком в завещании. Теперь им властвовала ее свекровь. Она его даже уволить не могла!
- Поехали уже…
Дети носились из комнаты в комнату, орали и задавали глупые вопросы через каждые пять минут
- Вы что, не можете успокоить детей, какого черта я вам плачу!?- Ольга уставилась на гувернантку
- Просите Ольга Александровна, на улице дождь, а им хочется побегать
- Отведите детей в детскую, у меня раскалывается голова от их криков.
Гувернантка взяла орущих детей за руки и повела наверх
- Ольга, Ольга - послышалось из комнаты свекрови. Вот наградил же Бог легкими, если она кого-то звала, слышно было во всем доме.
Боже, как мне все это осточертело, всего одна неделя прошла, как она забрала детей, а она уже с ума сходит.
- Чего вам? - Ольга встала на пороге и зло посмотрела на свекровь
- Хотела, чтобы ты привела ко мне детей
- Ну и попросите няньку, она здесь для чего?
- А ты здесь для чего? Приведи детей, - голосом, нетерпящим возражений парировала Мария Степановна.
Ольга готова была задушить ее, но молча развернулась и поднялась на второй этаж
- Пошли, бабушка по вам соскучилась
- Бабушка, бабушка, - запрыгала Алена, держа в руках куклу. Ярослав взял за руку сестру и потянул за собой, специально наступив на ногу Ольге
- Мелкий гаденыш, - прошептала Ольга и обернулась к гувернантке
- И чего стоим, кого ждём? Я что ли должна за ними следить?
- Простите, я подумала, что если дети пошли к Марии Степановне…
- А ты не думай, это в твои обязанности не входит, - Ольга вышла из детской вслед за детьми.
Она проснулась от того, что кто-то хныкал у нее перед лицом и больно тянул за волосы.
- Тетя, мне страшно.
- Боже,- простонала Ольга и отвернулась в другую сторону
- Вали к себе, дай мне поспать!
- Мне страшно, мне страшно, мне страшно, - ревела девчонка и дёргала ее за одеяло
- Ладно, пошли, - Ольга встала, взяла девочку за руку и повела в соседнюю комнату. Ярослав спал, раскинувшись на кровати, одеяло сползло на пол, он прижимал к себе плюшевого медвежонка и сейчас выглядел совершенно беззащитно, а не вел себя как дикий щенок, огрызавшийся на любое слово. Она уложила девочку в кровать, накинула на мальчишку одеяло и включила ночник
- Так лучше?
Алена высунула нос из-под одеяла и кивнула
- Спи уже.
Надо будет уволить эту чёртову няню, спит в соседней комнате и ни хрена не слышит, на черта они тогда покупали эту радио-няню.
- Тёть, расскажи сказку
- Чего?
- Сказку, без сказки я не засну…
- Не знаю я никаких сказок, ясно, - Ольга взялась за ручку двери, но услышала за спиной всхлипы, готовые превратится в настоящий рев.
- Ладно, черт с тобой, - она вернулась, села на край кровати и задумалась
Родители пили не всегда, она помнила свое детство, ей было лет пять, когда отца выгнали с работы, завод закрыли, работников отправили восвояси без выходного пособия. Он перебивался случайными заработками и все чаще прикладывался к бутылке. Мама, как говорится, начала пить, чтоб ему меньше досталось. Она работала пекарем на хлебозаводе, тащила мужа и ребенка, а потом сама за несколько лет превратилась в собутыльницу мужа. Когда Ольге было десять лет, маму с позором выгнали после очередного запоя. Ольга помнила одну единственную сказку, которую рассказывала ей мать, когда Оля была совсем маленькой. Эта была сказка про белую бедную овечку, которая отбилась от стада и заблудилась в лесу. Она долго плутала по лесным тропинкам, пока не наступила ночь. Тогда бедная маленькая овечка постучалась в первую попавшуюся дверь. Дверь открылась и на пороге стоял злой и страшный серый волк. Увидев на пороге своего дома заблудившуюся овечку, он с радостью пустил ее в дом, планируя съесть ее за завтраком. Но когда он проснулся, он увидел, как овечка накрывает на стол и достает из печки вкусную реповую кашу. Он оставил овечку у себя, оберегал и защищал ее от обителей леса. Овечка считала его своей семьей и даже когда выросла и знала, как выбраться из леса, не бросила одинокого волка.
Ольга почувствовала, как соленые слезы потекли по ее щекам, когда она вспомнила, как мама, рассказывая ей эту сказку, гладила ее по волосам и целовала макушку.
- Ложись и закрывай глаза, - скомандовала Ольга и села поудобнее, готовясь рассказывать сказку про эту белую овцу.
- Они спят, - Виктор сидел у Марии Степановны и пил горячий кофе.
- Хочешь сказать, она спит в детской?
- Гувернантка заходила утром проведать детей, не стала их будить.
- Значит мой сын действительно что-то там в ней разглядел, - пробормотала Мария Степановна самой себе, - иди и попроси, чтобы мне принесли шарлотку с чаем.
- Конечно, Мария Степановна.
- Ну ну, значит у этой девчонки тоже есть сердце, - старушка улыбнулась собственным мыслям...
Ольга скинула детскую руку, которая во сне упала ей прямо на лицо. И надо же было заснуть прямо в детской. Она осторожно, чтобы не разбудить девочку сползла с кровати на пол, встала, поправила халат и тихонько прикрыла за собой дверь.
- Черт вас подери, где вы шляетесь, - за дверью маячила фигура няньки.
- Я заходила, но вы спали, я не стала вас будить.
- Ещё раз ко мне среди ночи прибежит кто-нибудь из детей, вы будете уволены.
- Я поняла, Ольга Александровна, такого больше не повторится.
Ольга пошла в свою комнату и закрыла дверь.
- Чёртовы дети, чертов муж, чертова сумасшедшая старуха...
- Я уезжаю, уложите детей и смотрите, чтобы ночью они спалила не шлялись по комнатам
- Хорошо, Ольга Александровна.
- На сегодня ты свободен, - обратилась она к Виктору, который встал вслед за выходившей из дома хозяйки- я возьму такси.
Ольга собиралась в ночной клуб, ей надоело сидеть дома с мелкими сопляками, она сама становилась какой-то мямлей, рассказывая ночами хнычущей девчонке сказки
- Ну и куда молодая мамаша собралась?
- Она в ночном клубе, уехала на такси
- Да, рано я обрадовалась, такие как она не исправляются. Как была шлюхой, так есть и осталась. Был бы жив Ярослав...
Виктор смотрел на хозяйку и совершенно не понимал, зачем им вообще нужно было нянчится с этой взбалмошной особой. Ещё при жизни Ярослав Петровича, он по его же просьбе пробил всю подноготную Ольги, знал каждый шаг ее прошлой жизни, искренне удивился, когда его шеф всё-таки решил после всей этой информации связать с ней судьбу. Он в то же время восхищался этой женщиной, которая шла по головам к своей цене, готовая продать не только тело, но и душу. Но дети? Он был уверен, что она не выдержит и сбежит в первый же месяц. После смерти Ярослава Петровича он остался работать на его мать, он выполнял роль не только водителя ее невестки, но и должен был докладывать о каждом ее шаге, что, впрочем, делал и при жизни босса, каждый день лично ему…
Голова гудела так, что ее просто невозможно было оторвать от подушки. Вчера она набралась так, что не помнила, как добралась до дома
- Тетя Оля, тетя Оля, - в комнату ворвался лохматый вихрь и начал прыгать на кровати
- Светлана, уберите это чудовище, - крикнула она няне и накрылась с головой одеялом. Аленка за этот время полностью освоилась, совершенно перестала стеснятся кого-то ни было, обожала сидеть у бабушки и перебирать ее шкатулку, а ещё очень любила будит тётю Олю, прыгая по кровати и совершенно не обращая внимание на ее ворчание. С Ярославом было сложно, он был сам в себе, маленький ёжик, который огрызался на каждое слово, постоянно одергивал сестру, за то, что она так быстро со всеми подружилась. Он все время сидел в детской и молчал, единственный человек, кто заслужил его доверие, это Виктор, он забирал мальчика в гараж и рассказывал о машинах.
Бывший сотрудник МВД, списанный по здоровью, он верной и правдой больше десяти лет служил Ярославу Петровичу, выполняя функции и охранника, и водителя, и личного частного детектива. У него не было семьи, кроме матери, жившей очень далеко, о́н отправлял ей часть своей зарплаты и каждый год приезжал на ее день рождения. Виктор очень прикипел к мальчишке, старался хоть немного помочь ему адаптироваться в новой обстановке. Мальчик отвечал ему тем же, начиная потихоньку доверять свои маленькие детские переживания взрослому человеку.
- Простите Ольга Александровна, не углядела, няня схватила девочку на руки и унесла в детскую.
Ольга закрыла голову подушкой и всхлипнула. Вот и все, считай похоронила себя в четырех стенах с этими спиногрызами. И ради чего? Каких-то вшивых миллионов. Она же не дура и не уродина, найдет себе ещё одного папика. Правда уже не девочка, по меркам богатеньких старикашек она уже старая, хотя ей нет ещё и тридцати. Им всем нужно молодое тело. Ну ничего, можно обратить внимание и на второй, и на третий сорт, но нянчится с чужими детьми, вот так, всю жизнь. Когда они вырастут, ей будет уже за сорок, кому она нафиг будет нужна со своим наследством. Голова ещё болит так дико, на черта она вчера так наклюкалась, и ладно бы стало легче, так нет, ещё хуже. Смотрела на молодых, красивых, свободных девчонок и завидовала черной завистью. Она столько лет продавала мужикам свое тело, чтобы вот так же быть беззаботной и счастливой, а в итоге оказалась запертой с двумя детьми в золотой клетке.
- Ну тетя Оля, давай поиграем, - Аленка опять стояла у кровати, босая и лохматая и умоляюще смотрела на Ольгу
- Вот ты где, проказница, - гувернантка, запыхавшись показалось на пороге.
- Ладно, оставьте ее, - махнула Ольга и похлопала по кровати, приглашая девочку запрыгнуть на кровать. Та запрыгала от счастья и через несколько секунд уже сидела на животе у Ольги, та пригласила ей волосы и обняла, маленькие пухлые ручки тоже взлетели вверх и обняли Ольгу за шею.
Это расплата за мои грехи, подумала Ольга. В последнее время она все чаще вспоминала хриплые стоны Ярослава Петровича, с какой болью и мольбой он просил ее о помощи. А она стояла и смотрела, как он умирает. Вскрытие показало, что скорая все равно бы не успела, но этот тяжкий груз давил на Ольгу и не давал ей спать по ночам.
- Ну и чем займёмся, - Оля посадила малышку рядом и похлопала ее по голой коленке, - а где твой брат?
- Он с дядей Витей в гараже
Зачем она спросила, ответ она и так знала, мальчишка сутками торчал в гараже или своей комнате и почти ни с кем не разговаривал, кроме Виктора.
- Ладно, пошли сходим, посмотрим, чем они там занимаются.
Ольга встала с кровати, накинула халат, посмотрев на себя в зеркало поморщилась и отвернулась. Старая, помятая после ночного приключения женщина с двумя детьми. Впору начать спиваться, как ее мать.
- Вот смотри, если мы нажмём на эту кнопку, то машина заведется.
Виктор сидел на водительском сиденье, на его коленях елозил Ярослав и крутил руль во все стороны. Виктор заметил Ольгу и пересадив мальчишку на пассажирское сиденье, вышел из машины
- Доброе утро, Ольга Александровна, вам нужна машина?
Вот и этот смотрит на нее так же, как и на Марию Степановну, просто как на работодателя. А ещё несколько лет назад, когда она только появилась на горизонте Ярослава, она часто замечала на себе его заинтересованный взгляд. И когда он возил ее по магазинам, даже когда она на него орала и увольняла, она чувствовала, что нравится ему, как женщина. Казалось, это было так давно.
- На сегодня ты свободен, - Ольга открыла дверь и произнесла, обращаясь к Ярославу, - выходи давай, пошли завтракать.
Мальчик вылез, посмотрел на Виктора, как на спасителя, но не увидев в его глазах желаемой поддержки, вздохнул и пошел вслед за сестрой и Ольгой в столовую. У двери она остановилась, пропуская детей вперёд, обернулась к Виктору и спросила
- Ты меня вчера забрал?
Виктор кивнул головой и хотел было что-то сказать, но она его перебила
- Спасибо.
Виктор не ожидал от нее слов благодарности, за столько лет это было первое спасибо от Ольги, он улыбнулся ей и ответил
- Не за что…
Он влюбился в нее с первого взгляда, как только увидел ее у той машины с гаечным ключом. Он ведь тогда вернулся за ее машиной по поручению Ярослава Петровича и сразу все понял. Колесо было проколото специально, а сама встреча подстроена. Он был уверен, что девчонка, как и десяток других таких же до этого, надолго в постели его босса не задержится. Оторвёт небольшой кусочек его кошелька, получит дорогую безделушку в качестве отступных и исчезнет из жизни Ярослава Петровича навсегда. Но она задержалась, и не только задержалась, а смогла окольцевать самого отъявленного холостяка. Тогда он уже все о ней узнал, положил папку с ее биографией на стол боссу, будучи уверенным, что больше Ольгу не увидит. И ему очень хотелось этого, уж больно сильно ее образ бередил ему душу, а ведь знал всю её подноготную, какими путями она попала в дом к боссу, но все равно ночами представлял ее в своей постели. Со временем чувства поутихли, она была женой его начальника, табу, о котором он запретил себе думать. Сумасшедшая, эгоистичная, самовлюбленная баба, именно так он заставил себя о ней думать. А потом Ольга сделала роковую ошибку, она решила, что она умнее всех и завела себе любовника. Он бы и так подал рапорт на нее, но тут ещё было задето его мужское самолюбие. С каким удовольствием он нес фотографии боссу. Если бы он тогда знал, чем закончится этот день. Никто из домочадцев не знал, что у Ярослава Петровича больное сердце. Если бы Виктор об этом услышал, он бы не вручил ему конверт. Он бы и сам разобрался с ее любовником, лично от себя врезал бы ему так, что тот бы сбежал, поджав хвост. Эти фотографии практически убили его босса. В этом была и его вина. Он остался работать на Марию Степановну, он знал о завещании, он тогда лично отвозил Марию Степановну в хоспис, куда ее отправила невестка, возмущался ее поведением и советовал Марии Степановне отстаивать свои права. Тогда он все узнал, и с лёгким сердцем попрощался с хозяйкой, зная, что она очень скоро вернётся домой.
А потом в доме появились дети, и он начал замечать, что Ольга меняется, становится более мягкой, терпимой. Она, конечно, боролась с обстоятельствами, в которые ее поставили, огрызалась, истерила, бросалась из крайности в крайность, но все равно потихоньку сдавалась перед напором очевидного, она привязывалась к детям и ничего не могла с этим сделать.
- Когда вы ей скажите всю правду? - Виктор сидел в комнате Марии Степановны
- Скажу, скажу, ещё и не время, три месяца еще не прошло…
- Мне кажется, что ей и этого времени хватило. А что будет, если дети к ней привяжутся?
- Да я сама не знаю, надеюсь, что, уговорив сына прописать этот пункт в завещании, я не ошиблась.
Виктор кивнул и хотел было уже выйти
- А я ведь не слепая…
Он остановился и посмотрел на хозяйку
- Она ведь тебе нравится, да?
- Это не имеет значения, Мария Степановна, она мой работодатель и никаких симпатий у меня быть не может
- Ну ну, - Мария Степановна хитро прищурилась, - пути господни не неисповедимы.
- Я могу идти?
- Иди, иди, - Мария Степановна махнула рукой.
Ольга сидела в детской и читала детям книжку. Опять нахлынули воспоминания, это было так давно, что было почти не правдой. Она вспомнила, как сидела у отца на коленях и слушала сказку о Белоснежке. Это потом, вместо сказок он орал матом, требуя очередной порции водки. Ольга вдруг почувствовала острую необходимость узнать, что стало с ее родителями, жили вы ли они.
- Мне нужно уехать на пару дней, - Ольга стояла у кровати свекрови и отпрашивалась. Отпрашивалась, блин, как будто была обязана это делать. Она взрослый человек, вообще не должна была ни перед кем отчитываться.
- Куда это ты собралась?
- Я хочу проведать родителей.
- Я думала, они умерли, - Мария Степановна удивлено посмотрела на Ольгу
- Нет, да, я сама не знаю, я не видела их очень много лет.
- Езжай. Виктора возьми, он тебя отвезёт, и мне спокойнее.
Ольга не подумала об этом, но это была отличная идея, он ее и отвезёт.
- Хорошо…
Уже на следующий день они мчались по магистрали в сторону московского захолустья.
Здесь все поменялось, Ольга смотрела в окно и не понимала, где она находится.
- Ольга Александровна, а точный адрес вы не знаете?
- Да не помню я... Так, вот сейчас налево… Нет, направо, стой. Здесь должны быть старые двухэтажки, я точно помню. Двухэтажек не было, они заехали в новенький спальный район.
- Посидите здесь, я сейчас всё узнаю.
Виктор вышел и стал кому-то звонить. Он говорил долго, кому-то перезванивал и опять спрашивал. Потом сел в машину и завел мотор
- Ну что там?
- К сожалению, ваши родители умерли пять лет назад, в доме был пожар, спасти не смогли. Дома снесли пару лет назад.
Ольга откинулась на сиденье и посмотрела в окно. Чествовала ли она что-нибудь, услышав эту новость? Она думала, что ей все равно, но ей было больно, а ещё противно от самой себя, что за столько лет даже ни разу не узнала, как они, живы ли вообще и нужна ли им помощь.
- Отвезешь меня на кладбище, насколько я помню, оно здесь одно? - Виктор увидел в зеркале заднего вида расстроенное лицо Ольги, надо было сразу все узнать по своим каналам, а не тащиться в такую даль, чтобы услышать эту новость.
- Поехали.
Они узнали у сторожа, как найти могилку. Сами бы они никогда ее не нашли, ее практически не было видно из-за выросшей до колен травы, покосившейся крест без фотографий, так хоронят людей, у которых нет родственников.
Ольга села на колени и расплакалась. Она плакала о детстве, которого у нее не было, о загубленной молодости, которую она разрушила сама, о своей сегодняшней жизни, где она не принадлежала самой себе, о родителях, которых она совсем забыла.
Когда ей стало немного легче, она встала с колен, погладила крест, на котором была табличка с именами
- Я распоряжусь, чтобы все привели в порядок, - Виктор дотронулся до ее плеча
- Да, спасибо, поехали домой.
Ольга сидела в машине и ждала Виктора, который договорился со сторожем, объясняя, что ему нужно сделать. Она видела, как старику дали денег, и он расплылся в довольной улыбке и закивал головой. Хотелось плакать, она свернулась калачиком на заднем сиденье и закрыла глаза…
Проснулась от резкого толчка и чуть не свалилась на полик машины.
- Все, приехали, - Виктор вышел из машины и открыл капот. Заспанная Ольга вышла вслед. Был поздний вечер, по всем подсчётам, они должны были вернуться домой под утро, значит они ещё очень далеко
- Что случилось?
- Движок крякнул
- Чего?
- Что-то с двигателем
- Я думала, такие машины не ломаются
- Я сам так думал, - Виктор захлопнул капот и вытер руки тряпкой
- И что делать?
- Ждать попутку. - он посмотрел на телефон, - черт, ещё и связи нет. Ольга достала из сумки телефон
- У меня тоже.
- Это проселочная дорога, хотел сократить путь, дай бог, машина проедет только утром, идите в машину, может удастся заснуть
- А ты?
- Я буду здесь, мало ли, может ещё какой дурак решится ехать по этой дороге ночью
- Можно я с тобой посижу?
- Сидите.
Она пристроилась рядом с ним, опершись спиной о капот машины. Было прохладно, Ольга поежилась от холодного ветерка. Виктор снял пиджак и накинул ей на плечи.
- Спасибо
- Не за что.
Они помолчали
- Почему ты решил стать водителем?
- Так получилось, меня списали из органов по здоровью, сначала работал в частной охранной фирме, потом устроился к вашему мужу.
- Ясно.
- Почему вы не навещали родителей до этого? - Виктор знал ответ, но ему очень хотелось, чтобы она сама рассказала
- Я уехала из дома, когда мне было пятнадцать, родители начали пить, когда я была совсем маленькой. Я почти ничего не помню с того возраста. Зато я помню, как постоянно хотела есть, все, что отец смог заработать шабашками, они пропивали. Мать после увольнения уже нигде не работала. Два раза меня отправляли в школу-интернат, но я сбегала оттуда, потому что там было хуже, чем дома. Воровала, связалась с такими же беспризорниками, редко приходила домой, мы ночевали на вокзале и в подвалах. Школу бросила в седьмом классе. А когда все-таки возвращалась домой, видела, как отец лежит в собственном говне, а мать рыщет по квартире в поисках ещё одной бутылки. Часто кроме родителей в доме были такие же алкаши. Я запиралась в чулане и пряталась там до утра. Однажды мои родители напились до беспамятства, ко мне полез один из их собутыльников, он застал меня в врасплох, я спала, когда он навалился на меня...
Ольга запнулась и замолчала. По ее щекам текли слезы, плечи вздрагивали от неслышных рыданий. Виктор притянул девушку к себе и обнял за плечи. Ольга уткнулась к нему в плечо и продолжила
- Он меня изнасиловал, а потом откатился от меня и захрапел. Я провела в ванной больше часа, пытаясь отмыться от всей этой мерзости, а потом уехала и больше не вспоминала о них до недавнего времени. Хотела все забыть.
- Девочка моя, бедная
Ольга казалось даже не заметила, как он обратился к ней, она почувствовала потребность высказаться, хоть кому-то рассказать о том, что с ней произошло, почему она стала такой жестокой, беспринципной и злой.
- Я приехала сюда, без денег, без вещей. Мне было страшно, очень страшно. Два дня я прожила на вокзале, воруя у проезжающих их жалкие гроши. Потом меня заметила полиция и мне пришлось спрятаться, у меня даже паспорта тогда не было. Я ночевала в парке, там, на лавочке ко мне подсела женщина. Я доверилась ей, мне просто было необходимо кому-то доверится. Она отвела меня к себе, накормила, отмыла, дала одежду. А на следующий день подложила меня под своего знакомого, за деньги... Я кусалась, брыкалась, дралась, но он вырубил меня со второго удара. Она держала меня взаперти почти больше двух недель и каждую ночь приходили новые мужчины. Мне лили в глотку водку и чем-то кололи, я смутно помни эти дни. Мне чудом удалось сбежать. Вот тогда я поняла, что единственное, что у меня есть, это мое тело...
Ольга молчала, воспоминания нахлынули на нее, она не могла больше сдерживать рыдания, Виктор прижал ее к себе и гладил по голове. Этого он, конечно не знал. У него были сухие факты из ее биографии. Ушла из дома, занималась проституцией, была замужем два раза, каждый раз имея жирный кусок после развода.
- Решила, что сама смогу продать себя, работала у кафешек, баров. Ты не представляешь, через что я прошла, чтобы заработать на хлеб. У меня не было документов, крыши над головой. Мне не было ещё шестнадцати, меня бы никто не взял бы на работу, это был единственный выход выжить, - голос Ольги повысился, она почти кричала, она развернулась к нему лицом, начала бить кулаками в грудь
- Вы не понимаете, никто не понимает, вы все умеете только осуждать. Меня трахали в грязных вонючих подъездах, избивали, иногда я валялась в собственной блевотине и их сперме и мечтала быстрее сдохнуть. Однажды меня сняла пьяная компания. Их было пять человек. Они пустили меня по кругу, а потом избили так, что я оказалась в больнице с переломленным черепом. Я даже рада была там оказаться. Я спала на нормальной кровати и не могла наесться казённых харчей. А потом этот врач, он проявил заботу и доброту ко мне, приносил сладости и мандарины. Я почти влюбилась в него. А когда он забрал меня из больницы к себе, поклялась никогда больше не оказываться на улице. Я поклялась сама иметь мужиков! Он помог с документами, а потом и вовсе решил женится на мне.
Виктор молчал, думая над ее словами. Ольга затихла в его объятьях, плотнее прижалась к его груди, как бы ища защиты.
- А теперь эти дети, они никому не нужны, как и я! Если я уйду, их отправят в пансионат.
Виктор молчал, не зная, говорить ли ей правду, это была не его тайна, и не ему об этом говорить.
- Я не знаю, что мне делать! Я просто хочу быть счастливой! Я хочу, чтобы меня любили, а не покупали, я сама хочу любить. - Ольга говорила тихо, почти шепотом, ему пришлось наклонится к ее губам, чтобы расслышать ее слова... А потом он ее поцеловал, она замерла на секунду, а потом робко, как будто целовалась в первый раз, ответила ему на поцелуй. И вся страсть, которая копилась годами вырвалась наружу, она отвечала ему так же пылко, поймав себя на мысли, что первый раз дарит себя мужчине, а не продает.
Разгоряченную кожу охлаждал ночной ветерок, Ольга поежилась, теснее прижавшись к Виктору, он обнял ее ещё крепче, а потом подхватил на руки и отнес на заднее сиденье. Когда он оставил ее одну, Ольга почувствовала острое одиночество и обхватив колени руками, уткнулась в них лбом.
Он покинул ее ненадолго, включил теплый воздух, чтобы прогреть салон автомобиля и вернулся к ней.
- Я не знаю, что сказать - Виктор сел рядышком и обнял Ольгу
- Я тоже.
Она положила свою голову ему на колени и закрыла глаза. Ольга не помнила, когда так спокойно и безмятежно спала, она периодически просыпалась, но чувствовала рядом Виктора, его рука гладила то ее щеку, то руку, то волосы. Ольга улыбалась и снова закрывала глаза.
- Вставай, машина, - Ольга теребила Виктора за руку. Под самое утро он заснул, а она, наоборот, проснулась, и, тихонько выскользнув из его объятий, вышла из машины. Теперь она совершенно запуталась, вчерашняя ночь показала ей, как многого она лишила саму себя. Променяла настоящую жизнь, любовь, ради денег, какой-то мифической свободы, которую они дают. После вчерашней ночи, она хотела все бросить и, наконец, начать жить в полную силу, по-настоящему. У нее был дом, доставшийся ей со второго брака, его всегда можно продать и купить небольшую, но уютную квартирку, устроится на работу. Да, она ничего не умеет, но она такая цепкая, быстро всему научится. С другой стороны, были дети, всего за несколько недель она к ним очень привязалась. Старалась отгородиться от их глаз, требующих ее любви и внимания, но не получилось. Залезли в душу эти сопливые малыши и все, не хотели оттуда выходить. Она ходила вокруг машины и думала, думала, думала. А потом увидела вдалеке свет фар.
Виктор вскочил, вышел на дорогу, и они вместе махали проезжающему водителю.
- Что будет с машиной?
- Ее заберут через несколько часов и доставят в сервис
- Хорошо, - Ольга сидела рядом с Виктором и не знала, что ему сказать. Сейчас они вернуться домой, он вернётся к своим обязанностям, и они сделают вид, что ничего не было. Сможет она? Нет, не сможет. А он? Что для него значила эта ночь. Она обнажила перед ним свою душу, сняла защитную оболочку своего сердца, теперь он прекрасно знает, что все черты ее характера, это всего лишь защитная реакция. Он может воспользоваться этими знаниями, чтобы играть с ней по своим правилам. Нет, он не такой, она не могла так ошибиться в нем. Она смотрела в окно и надеялась, что дорога будет очень долгой и она сможет собрать все свои мысли в кучку и по приезду домой уже точно будет знать, что ей делать. Одно она знала точно, так, как раньше, уже не будет. Играть роль хозяйки и делать вид, что между ними ничего не было? Нет, точно нет. Тем более, вчерашняя ночь дала ей больше, чем просто ночь с мужчиной, которого она хотела сама. Она поняла, что умеет давать, а не только брать, что она хочет сама дарить свою любовь, а не принимать ее, она не хочет больше, чтобы ее покупали, она не хочет покупать сама. Она просто хочет жить, как все, миллионы людей на земле, любить и быть любимой.
Попутная машина довезла их до ближайшего поселка, там уже их ждало такси, не теряя времени они пересели в машину, поблагодарили водителя и поехали домой.
- Ты всю дорогу молчишь? - Виктор взял ее за руку и посмотрел в глаза
- Я не знаю, что сказать?
- Жалеешь о вчерашней ночи?
- Да, нет... Я не знаю, нет, не жалею, просто не знаю, как мне себя вести с тобой. Ты слишком глубоко залез ко мне в душу...- Ольга опустила глаза, но руку не убрала.
- Только тебе решать, хочешь ли ты быть со мной
- А ты, ты, после всего, что было в моей жизни, сможешь ли ты быть со мной.
Виктор нежно взял ее за подбородок, заставляя смотреть на него
- Я тебя люблю, давно, очень, с самого первого дня, как увидел тебя на обочине с пробитым колесом, которое ты сама же и пробила
Ольга сглотнула
- Ты знал?
- Знал? И ещё я знал о том, чем ты зарабатывала на жизнь, и про мужей знал. - Он помолчал, - все знал, но все равно любил. Не знал правда, что у каждой медали две стороны. Считал тебя расчётливой, капризной стервой, но от этого любил не меньше.
Ольга почувствовала, как слезы заполняют ее глаза…
- Я не могу бросить детей, у меня было так много времени подумать. Я их не оставлю. По завещанию, никакой личной жизни, пока дети не вырастут. Мне не нужны деньги, правда, - она взяла его за руки, - ты мне веришь?
- Верю
- Я запуталась, я не знаю, что мне делать. Мне нужно время, чтобы разобраться.
- Я так долго тебя ждал, я подожду
- Спасибо, тебе!
Она обняла его за шею, нашла его губы и нежно поцеловала.
Они приехали уже к вечеру, Виктор проводил ее к крыльцу и скрылся за фасадом дома.
- Наконец-то! - Мария Степановна выехала в холл на кресле, - и где вы так долго пропадали.
Ольга вдруг поняла, что даже не хочет грубить этой старушке, ведь по сути, кроме нее, у нее в жизни и нет никого. И если бы Ольга с самого начала действительно попыталась с ней подружиться, она могла бы стать ей настоящим другом.
- Машина сломалась и связи не было, пришлось всю ночь ждать попутку. Как дети?
- Дети в саду.
- Я пойду, очень устала.
- Иди, иди
Ольга приняла душ и легла в кровать. Сказалась усталость, ночь на неудобном сиденье, долгая дорога- она закрыла глаза и провалилась в сон…
- Мария Степановна, когда вы скажите ей всю правду? - Виктор катил коляску по саду
- А что, думаешь пришло время? Или я что-то пропустила, - Мария Степановна подняла голову и посмотрела на Виктора.
Тот смутился под пристальным взглядом мудрой женщины.
- Значит пропустила, тормози, - она развернула свое кресло, чтобы видеть его лицо, - ну, и долго я буду ждать?
- Я хотел бы уволится, Мария Степановна
- Это с чего вдруг?
- Я люблю вашу невестку. Если вы отпустите ее, мы сможем быть вместе.
- А она тебя?
- Я не знаю, но я и не узнаю, если она будет привязана этим договором.
- Думаешь, она откажется от денег?
- Не знаю, не уверен, но она привязалась к детям, она сможет сделать правильный выбор
- Ты уверен, что хочешь быть с такой взбалмошной особой, как Ольга. Я до сих пор не понимаю, как мой сын мог терпеть ее капризы.
- Она совсем другая, он просто не смог ее разглядеть. Или не захотел.
- А ты смог? - Мария Степановна ухмыльнулась
- Я думаю, что смог.
- Что ж, я поговорю с ней вечером. - Она развернулась, - давай, вези меня к детям...
Ольга зашла в комнату свекрови сразу после ужина, Мария Степановна ждала ее, сидя в кресле
- Вы меня звали?
- Звала, звала, присаживайся.
Ольга села напротив Марии Степановны.
- Ты ведь читала бумаги о наследстве?
Ольга напряглась, что ещё придумал ее муженек, под влиянием своей мамочки, какую ещё свинью он ей подложил.
- Читала.
- Есть кое-что, о чем ты не знаешь.
- Что это? - голос дрогнул и она посмотрела на свекровь, ожидая все самое плохое.
- Есть небольшой пункт, который не вошёл в основной договор.
- Говорите уже, Мария Степановна, зачем тянуть
- Какая ты нетерпеливая. Так вот, есть небольшой пункт. Он говорит о том, что, если ты сможешь прожить с детьми три месяца, а потом решишь уйти, у тебя останется все, что причиталось бы тебе, если бы ты осталась с ними до их совершеннолетия.
- В чем подвох? - Ольга даже встала от волнения
- Нет подвоха, ты можешь уйти в любой момент, прямо сейчас и остаться при деньгах.
- Я не понимаю, с чего бы Ярославу прописывать этот пункт?
- Его уговорила я. Ты молодая, красивая женщина, стерва, конечно, но запирать тебя в этом доме с больной старухой и чужими детьми. Я не такая плохая, как ты думаешь.
Ольга ходила по комнате из угла в угол
- Что будет с детьми?
- Мне не разрешат их оставить, не сегодня, завтра я могу отойти в мир иной, их отправят обратно в пансионат, пока им не исполнится восемнадцать. Потом они получат долю своего наследства, и надеюсь, распорядятся им правильно.
- Что будет, если я останусь?
- Хочешь остаться с детьми?
Ольга подошла к окну и открыла его, в комнату ворвался свежий ветер, она вздохнула его полной грудью и повернулась к свекрови.
Она не хотела, чтобы ещё два человека жили в одиночестве, понимая, что они никому в этом мире не нужны. Она сама так жила.
- Я остаюсь
Ольга быстро вышла из комнаты, чтобы не передумать...
- Она осталась, - Мария Степановна улыбалась Виктору.
Он выдохнул и встал со стула
- Я знал, что она сделает правильный выбор, я очень хотел в это верить
- Я так понимаю, ты увольняешься?
- Да. На те деньги, что платил ваш сын, я открою свое частное агентство.
- Ты знаешь, я всегда тебе помогу, если будет нужна помощь.
- Спасибо, Мария Степановна, - завтра вам пришлют нового человека, я проверил его лично. Уверен, он будет служить вам верой и правдой
- Жаль, не так, как ты.
Ну или сюда, обниму тебя.
Виктор подошел к старой женщине и наклонился, чтобы обнять ее.
- Ну иди, иди, она похлопала его по плечу, - уверена, что Ольга будет счастлива услышать от тебя такую новость.
- Спасибо, Мария Степановна
- Не прощаемся, надеюсь, увижу тебя очень скоро совсем в другом качестве. Я всегда относилась к тебе, как ещё к одному сыну.
Виктор улыбнулся, поцеловал женщину в морщинистую щеку и вышел...
- Я не могу предложить тебе много, но я могу предложить тебе свою любовь, - Виктор с Ольгой сидели в саду. Он знал, что она там, он видел, как после разговора с Марией Степановной, она, накинув плед вышла в сад.
- Я осталась с детьми не из-за наследства
- Я знаю
- Я очень хочу попробовать начать все заново...- она замолчала и посмотрела на него, - хочу попробовать заново с тобой.
Он обнял ее прижал к себе
- Ты ведь понимаешь, что я теперь женщина с прицепом? - рассмеялась она, подставляя для поцелуя свои губы
- Знаю. - он поцеловал ее очень медленно и нежно, обещая продолжение, - ещё я получил благословение твоей свекрови.
- Серьезно? Я была уверена, что она уговорит тебя не делать такой глупый шаг
- Она пыталась. Но я не смог устоять перед твоим обоянием.