"Таёжными тропами" 68
От долгой дороги и волнений Кузьма слёг. Санька бегал рядом и тыкал пальчиком в нового члена семьи : «Дед». Девчонки улыбались и подмигивали друг другу. Хозяин, свесив с постели здоровую, левую руку пытался заполучить в свою ладонь детскую ладошку.
Кажется, Санька ему нравился. Внучки рассказали Кузьме всю историю появления ребенка. «Да, Настасья не могла иначе. Не могла же она его оставить на произвол судьбы. Известное дело – в детдоме счастлив не будешь. А здесь, со старшими дылдами Софьей и Фенькой, да теперь и с ним – с дедом Кузьмой, мальчонка вырастит, окрепнет, а там, глядишь, и Шура воротится,» - думал Кузьма.
Когда ноги почувствовали силу, а дыхание стало ровнее, Кузьма встал. Ходил по своей лесной вотчине, глядел, наслаждался. Легкое дуновение ветра, клейкий, только что появившийся листочек, звонкая пичужка вызывали трепет, тепло в душе. А ведь раньше он этого даже не замечал, не ценил, не благодарил Создателя.
Пчелы были на месте и это особенно радовало. Ульи гудели, у летка кипела непонятная человеку, но упорядоченная природой, жизнь.
В огороде тоже половина участка была уже вскопана. «Хороших людей из внучек воспитал, не лентяек,» - одобрил сам себя Кузьма.
- Ну что, дед, всё ли так? – Соня тихо подошла сзади. Находясь в своих мыслях, он ее не заметил.
- Всё так. Молодцы, не забросили ни землицу, ни пчел. А я, честно скажу, сомневался. Знал ведь, что Настасье не до этого, а с вас какой спрос – не выросли еще.
- Да как же не выросли?
- Теперь то вижу, что невесты уже. А там, на войне, вы мне всё махонькими представлялись. Только вот женихи – то у вас будут ли? Сколько мужиков поубивало: и взрослых, и совсем зеленых, не сосчитать. Крепко мужик свою землицу кровью поливает. А бабы - слезами. Не приведи Господи еще раз через такое пройти. А судьба – то - она у всех разная. Глядишь, может, и на вашу долю счастья приготовила.
- Дед, да ладно тебе печалиться. Вот скоро война закончится, опять в деревне будет весело.
- Чего там о дядьке Тимофее слышно?
- Воюет. Был сильно ранен. Но после госпиталя опять на фронт возвратился. И Семка тоже ранен был, и тоже воюет. И Машка на фронте. А тетя Галя долго болела.
- Да заходил я к ней, да дома её не было. Видать в поле все бабы. Тоже воюют. А коли бы не они, так не видать бы нам на фронте никакого успеха.
- Ну что, Соня, на пчел будем глядеть? Очень уж мне хочется. Да и узнать надо, что там у них в гнездах после зимы, - спохватился Кузьма.
На следующий день смотрели ульи. Кузьма должен был признать, что и за ними чувствовался уход заботливых рук.
- Молодец, Сонька. Все запомнила, чему учил. Видать в мать пошла. Хозяйственная, книжками себе голову не забиваешь. А Фенька все так в них и торчит, в своих книжках.
- Нет, дед, Фенька тоже хозяйственная, только она еще и умная. Учиться осенью поедет. А я уж потом, когда война закончится. Тебе пока буду помогать, да за Санькой глядеть. А завтра я в тайгу схожу. Принесу травы, она разом тебе руку излечит.
- А не страшно тебе одной по тайге – то шастать. Медведь какой попадется, или еще кто?
- А я зверей чую. И они меня – тоже, не трогают. Да и нет здесь медведей, они дальше, туда человек не ходит.
- Всё равно больно – то не храбрись. Девка ты – и есть девка. Потому малосильная.
- Дед, да я недалеко. Да и соскучилась. От прошлого года в тайге не была.
Соня ушла утром. Кузьма переживал, пускать не хотел, но знал, что она всё – равно не послушает, сделает по – своему. Тем более, привыкнув с детства жить в лесу, внучка ничего не боялась, а тайга ее манила, звала, да и дарами одаривала.
Соня наслаждалась. Смотрела на многометровые сосны и кедры, прижималась к стволам, брала их силу. Решила дойти до болота, где стояла избушка. Прихваченную из дома, краюху хлеба решила съесть там, рядом с ручьем, попить живительной водицы.
По обыкновению, подойдя к избушке, решила поглядеть на неё издали. Так, для порядка. Соня чуть не вскрикнула, когда дверь открылась и из неё вышел человек. Она закрыла рот ладонью. Стояла не дыша.
Авторские права на произведение охраняются законом Российской Федерации. Единый номер депонирования литературного произведения в реестре: 224052301615.