"Открытие Морского канала совершилось 15-го мая, при обстановке, вполне соответствующей важному значению этого акта, служащего официальным заявлением о том, что отныне Петербург делался настоящим морским портом, доступным самым крупным коммерческим кораблям".
Так писал в 1885 году столичный журнал "Всемирная иллюстрация" о действительно знаменательном событии, имевшим огромное значение для развития внешней торговли России - завершилось строительство Морского канала - искусственного фарватера в Невской губе. Теперь любые, даже самые крупные, корабли могли разгружаться в порту Петербурга минуя Кронштадт.
Кронштадтский порт сохранил за собой разгрузку импортного угля и экспортного леса, но к этому времени надобности в общественной кухне уже не было - приготовление пищи теперь велось на камбузах пароходов. Здание Голландской кухни опустело и очень скоро превратилось в место ночлега для кронштадтских нищих. Полиция устраивала регулярные облавы, но разобраться с этой импровизированной ночлежкой можно было только одним способом - найдя зданию новое применение. Идей у Городской думы было много - от штаба крепости до жилого дома и начального училища. Ничего из этого реализовано так и не было по причине того, что в здании отсутствовал водопровод и канализация. В итоге, только в конце 1912 года в восточной части здания разместилась городская электростанция. Там были установлены дизельные двигатели, обеспечивавшие электроэнергией городское уличное освещение и тогда ещё не моногочисленных частных абонентов.
Электростанция в здании Голландской кухни проработала до весны 1940 года. Всё оборудование было вывезено, а здание и прилегающая территория были переданы военным. Более 60 лет доступ к Голландской кухне был закрыт. Здание использовалось как самый обычный склад. К тому же его фасад поверх кирпича был покрашен в желтый цвет, что полностью исказило его исторический облик.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...